— И ты здесь, мастер, сотворяющий богов и бардуагов?
— Разве мой конь скачет хуже других?
— Дело не в коне, а в тебе самом.
— Что ж, я и сам не выроню отцовский меч!
— Я знаю, сынок! Но рука, огрубевшая от рукоятки меча, и душа, очерствевшая от таких зрелищ, теряют нежность, которая нужна мастеру, когда он творит.
— Ты сам говорил, что богов и бардуагов творят не только руки, но и глаза, и сердце, и…
— И душа… Но если нет сердца и глаз, а остались только душа и руки? Тогда что?
«Мастер без глаз и без сердца?» Тох ударом меча рассек вражеского воина, замахнувшегося саблей на Еухора.
Вырвавшиеся из теснин тимуровские сотники остановили взбешенных коней и пытались дать бой наступающим аланам.
«Увлеклись погоней и забыли об излюбленной хитрости воинов хромого. Не дрогнуть бы нашим сейчас!» — мелькнуло у Еухор а.
— Эй, аланы! Бей сыроедов! — крикнул вождь, увидев своих сыновей Матарса и Биракана. Почему же опаздывают дружины, засевшие в Турусойском ущелье?..
— То-о-ох! — кричал откуда-то Кодзыр.
— То-о-ох! — гремел боевой клич.
Справа, перерезав убегавшим врагам дорогу, выскочила конная дружина. «Успели!» — засиял от радости вождь аланов.
— Тох, сынок, тебя зовут!
— А, мардза! Мы теперь все называемся Тохами! Бей сыроедов!
От неожиданного бокового удара противник смешался. Оглушительный крик и боевой клич аланских воинов наводили на него ужас. Запаленные кони с трудом одолевали крутой подъем. Но Еухор решил остановить свои дружины.
Удивленные аланы замедлили ход лишь за поворотом, когда уже было не видно кожаных рубах сыроедов.
— Нельзя оставлять в живых убегающего врага! — крикнул Тох.
Слова юноши больно кольнули в сердце Еухора.
— Ты думаешь, что это было все войско хромца?
— А как же?
— Я еще не видел самого хромого льва. Кто знает, может, он засел где-нибудь в ущельях Грузии, поджидая нас!.. Далеко смотрит хромец! Нам нужно укрыться, пока сыроеды не оглянулись…
Разгоряченные кони, приседая на крутых склонах, храпели и грызли удила.
— Ты считаешь, что самого хромца здесь не было? Значит, услышав об этом поражении, он станет искать новую дорогу? — предположил старый Кодзыр.
— Ломиться во второй раз в Дайран ему невыгодно.
— Через какие же ворота он может пройти?
— Думаю, что он повернет на восток через земли грузин, чтобы просочиться на север к Дербентским воротам.
— Дербент можно спасти так же, как и Дайран! — воскликнул Тох.
— А ты думаешь, что Дайран уже спасен? — вырвалось у Еухора. Он прикусил язык, но было уже поздно.