Живой обелиск: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

От хохота Малдзыга тряслись горы и ухало ущелье:

— Чтоб тебе со своим Тедо жилось сладко!.. Я Малдзыг, Малдзыг! Запомни, чтоб у тебя кувшин с бобовой похлебкой опрокинулся! — Он выпрямился и, приложив руки трубкой к губам, крикнул еще раз: — Постой-ка, Тедо-о-о!.. Ха-ха-ха!.. Да хранит тебя Уастырджи, Тедо-о-о!..

«Тедо-о-о!..» — вторили горы.

VI

В горах безлунная ночь похожа на чрево матери. Конь шел осторожно, не спотыкаясь. Окреп ветер, завыли ущелья. Мелкая изморозь секла лицо путника. Но и в кромешной тьме он чувствовал: скоро Нар. Треск хлыста рассек тишину, конь взвился пружиной, но не поскакал. Чернота и тьма, чернота и тьма. Внизу под скалой шумела река.

Где-то мерцал свет лучины.

«Там сидят у больного или у праха близкого родственника!» — подумал он и направил коня прямо к мерцающему огню.

«Чья же это сакля? Только в ней горит свет!»

Сердце забилось в такт топоту коня:

Капп-купп! Капп-купп! Каппа-куппа! Каппа-куппа!

Снег метался взвихренными лохмотьями.

«Это же сакля Сауи Томайты!.. Что там у него?..»

Каста привязал коня и направился к сакле.

— Хадзаронта! Хадзаронта![33]

Учуяв присутствие чужого, пес выскочил с лаем. Путник присел на поваленный плетень.

— Корис, Корис!

Корис завилял хвостом и жалобно заскулил..

— Узнал!.. Молодец!.. — обрадовался ночной путник. — Жив, Корис!..

Корис лизнул шершавым языком лицо путника, будто говорил ему по-собачьи: «Жив, жив, но одряхлел, Готта! И ты, наверное, достиг своего трудного возраста!»

Подошли к порогу сакли.

— Хадзаронта! — крикнул Коста, приглушая голос.

Никто не откликнулся. Корис заскулил, завыл, толкнул лапой ветхую дверь, и, когда она приоткрылась со скрипом, Коста увидел сквозь завесу дыма чуть мерцавший очаг.

— Не хватало, чтоб ты впускал к нам стужу! — сказала возившаяся у очага женщина, не оглядываясь.

Гость стоял у порога как вкопанный, пес лизал ему руки.

Теперь он знал: не ветер завывал в щелях сакли. Это причитала женщина у очага. Сырой можжевельник чадил и обволакивал саклю дымом. Чугунный котел, висевший на закопченной надочажной цепи, кипел с шумом. Дети, лежавшие вокруг огня, бормотали во сне: «Гыцци, сними же котел с бобами!»

«Наверное, Сауи тоже ушел на охоту!»

Жена Сауи укутывала детей в лохмотья и подбрасывала в огонь щепки сырого можжевельника. Но почему она в черном?

— Гыцци, не сварились бобы? — шептал самый младший.

— Потерпи, милый Года, всем достанется вдоволь!

«Почему она дотянула с ужином до полуночи?.. Наверное, ждет Сауи, чтоб вся семья села за ужин вместе!»

[33] Хадзаронта — хозяева.