— Почему вы не предупредили меня о практике заранее? Я выглядела совершенно неприемлемо! Я конечно понимаю, что едва устроилась сюда, и, в общем-то, только благодаря вам…
Она вдруг сбилась, погрузив пальцы и растрепав и так далеко не послушные яркие волосы.
— Кстати, я так и не поблагодарила… — пробубнила она, вдруг покраснев. — За вашу помощь.
— Называй меня на “ты”, - каким-то низким, подозрительно негромким голосом сказал Рейнар.
Арлин подняла голову, вновь посмотрев на него, и увидела, что его лицо совершенно серьезное. Без капли флирта или иронии. Кроме того легкая мрачность, застывшая на нем, наталкивала на мысль о том, что мужчину что-то злит, но он тщательно это скрывает.
Фея выдохнула, сжав губы и продолжила, стараясь не замечать дрожь, скользнувшую по спине:
— Спасибо вам, что помогли мне. Вы знаете, что без этой проклятой розы таким, как мы, приходится туго…
Каждый раз, называя его на “вы”, она словно пыталась подчеркнуть статус, который их разделял. И те отношения, которых они обязаны были придерживаться.
И каждый раз Рейнар мрачнел все сильнее.
— Однако, — продолжала она, стараясь перейти на официальный тон, и даже отвернулась от мужчины, — я считаю, что мы должны придерживаться отношений “ректор-преподаватель”, и никаких иных. Я бы не хотела выслушивать о себе нелицеприятные истории, случайно очутившись за спиной какого-нибудь болтливого студента… или студентки.
Рейнар приподнял бровь, но ничего не ответил.
— По академии поползут слухи, — говорила она, сжав руки в кулаки. — И кто-нибудь может заинтересоваться нашей… моей природой.
— В нашей академии не запрещены связи ни между преподавателями, ни между студентами, — будто промежду делом сообщил ректор. — Это не школа с неоформившимися подростками. А учебное заведение для взрослых людей, которые сами могут ответить за свои поступки.
Рейнар сцепил руки за спиной, глядя на Арлин сверху вниз. В такой позе он выглядел еще более угрожающе. И вообще в данный момент ректор производил странное впечатление. Он вроде бы не приставал к ней, как в прошлые разы, однако и не говорил, что не собирается этого делать.
Иногда Арлин и вовсе чувствовала себя глупо, потому что словно бы говорила о том, чего и нет вовсе.
Она вдруг занервничала, почувствовав себя загнанной в угол.
— Вы не должны вести себя так… словно я ваша собственность, — уже не так уверенно говорила она. — Словно раз вы помогли мне получить эту розу, — она нервно ткнула в брошь, прикрепленную на платье под левым плечом, — то я теперь обязана за это расплатиться.
Рейнар ничего не ответил. Он просто шагнул к ней.
Широкая мужская фигура стала ближе на один шаг… но Арлин стало горячее градусов на сто.
Она резко втянула воздух и замерла, а Рейнар снова негромко проговорил, взрывая у нее сноп искр под кожей:
— Называй. Меня. На “ты”.
Арлин вскинула подбородок, плотнее сжав губы, словно собиралась сражаться.
И не мудрено: он не стал оспаривать ее слова! Будто согласился с тем, что она обязана расплачиваться за должность!
- Вы обращаетесь со мной неподобающим образом! — воскликнула она, ощущая, как молчание Рейнара давит на нее и сгибает, заставляя покориться. — Я — ваша подчиненная, а не… что вы там себе надумали…
Мужчина снова ничего не ответил. Не спорил и не подтверждал ее слова. Он просто сделал еще один шаг.
Казалось, всего пару минут назад он стоял возле нее так близко, что их тела почти соприкасались. В начале разговора, когда он держал ее за руку. Но именно сейчас, когда он медленно надвигался на нее, как хищник на жертву, она чувствовала себя не в безопасности. Именно сейчас от каждого пройденного им метра ей становилось все хуже.
Жарче.
От нервов Арлин прикусила губу, а затем вдруг начала лепетать то, что совсем уж не относилось к делу:
— Вон, даже благородные герцоги, которые вот-вот войдут в свиту короля, приветствуют меня, целуя кончики пальцев, а вы обращаетесь со мной, как с животным! — воскликнула она, чувствуя, как сердце стучит в горле.
После этих слов глаза Рейнара ярко вспыхнули.