— Зато здесь водятся волки, — шепнул он мне на ухо, я отодвинулась и закрыла ухо плечом, с сомнением посмотрела на парня — молодой, скуластый, глаза зелено-ореховые, волосы темно-серые у корней, совсем белые ближе к кончикам, короткие на затылке, наверху подлиннее, торчат во все стороны. Он мне уже нравился, рядом с ним я не буду выглядеть лохматой даже с утра. Он улыбнулся, опять показывая зубы и крепкую челюсть, я изучила его толстую шею, широкие плечи и крупные ладони, опять посмотрела на зубы и с прищуром уточнила:
— Волк?
— Ага, — кивнул он, ткнул пальцем в мое плечо, потом в свою грудь, — "заяц — волк", видела такой мультик?
— Нет, — я отвернулась и опять стала высматривать единорога, парень наклонился к моему уху:
— Я тебе покажу. Как зовут-то тебя, заяц?
Я с досадой поморщилась, понимая, что не отделаюсь — если он егерь, то имеет право меня задержать на сколько угодно, и единственная причина, почему он до сих пор не начал заполнять протокол, это то, что я ему понравилась и он решил позаигрывать. Если я ему подыграю, может, отпустит без штрафа, я же ничего плохого не делаю, просто сижу, смотрю как птички воду пьют.
Он продолжал смотреть на меня с многообещающей улыбочкой, я изобразила гордое лицо и представилась без фамилии, а то раструбят на всю Грань, что дочь великого старосты по дикому лесу одна бродит, зареванная и грязная.
— Уллиниэль.
Он прищурился и переспросил:
— Еще раз, по буквам?
— Ул-ли-ни-эль!
Он почесал затылок, осмотрел меня с ног до головы, взял за плечо и кивнул:
— Я буду звать тебя Юлька.
У меня отпала челюсть. Он рассмеялся и поднял ладони:
— Можно Улька. Тебе как больше нравится? Выбирай, я сегодня щедрый.
Настала моя очередь щуриться:
— А ну еще раз?
— Юлия или Ульяна, Юля-Уля.
Я вздохнула и махнула рукой:
— Нормально, — отвернулась и продолжила смотреть на свою единорожью поилку. Парень помялся, повздыхал и спросил:
— Что, все?
— А что ты еще хочешь? Мне надо единорога ловить.
— Зачем тебе единорог? — устало спросил он, я закатила глаза, но ответила:
— Я хочу такого фамильяра, чтобы на нем можно было ездить. С нашей стороны ничего крупнее лисы не водится, так что я поймаю его здесь и тихонько притащу туда, чтобы во время Призыва он мог прийти.
Парень хлопнул себя по лбу, тяжко вздохнул, но ничего не сказал, я сама продолжила:
— Я видела его, в чаще, вон в той стороне, нам запрещают туда ходить, никто не знает, что он там живет, но я его видела. Темно правда было, но я все равно видела. И потом еще раз, когда было очень жарко и даже та лужа пересохла, я притащила сюда поилку, сюда все звери пришли, и он приходил, я видела следы.
— Так это твой бассейн, что ли, там стоит?
— Да.
— А как ты его притащила сюда?
— Телепортом.