Эльфийка. Переполох в Академии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ага, — иронично кивнула я, вскарабкиваясь к лосю на спину, умудрилась сесть ровно и толкнула лося пятками: — Поехали!

Он мягко побежал в сторону леса, было уже темновато, но забор крайней улицы перед лесом я рассмотрела. Но сделала вид, что не рассмотрела. Лосик все понял, ускорился, и перемахнул забор высоким прыжком, при котором я не свалилась только благодаря левитации, перебежал огород и прыгнул еще раз, стал углубляться в лес, тихо сказал:

— В дикий поедем спать?

— Поехали. Я хочу поорать, овраг отлично экранирует мои вопли.

— В смысле "поорать"?

— Сейчас приедем — я тебе покажу. И научу. Я чувствую в тебе большой потенциал.

Через полчаса мы с лосиком стояли на холме над болотом и вопили в две глотки, это было так весело, что я забыла обо всем на свете, и просто самозабвенно орала, сначала ругалась, потом стала сочинять ерунду, потом предложила лосику спеть, у него обалденно получилось. От его голоса дрожала земля и по воде шла рябь, из нор выползали перепуганные болотные крысы, птицы проснулись и улетели прочь, натыкаясь на ветки в темноте — отлично, в общем, у лосика получалось. Я научила его испохабленной перепевке одной эльфийской баллады, в оригинале там было про запретную любовь, а в переделке обсуждались способы утихомиривания тещи, постоянно лезущей в жизнь молодых, лосик не запомнил мотив, и каждый куплет пел по-новому, я не стала его переучивать.

Через пару часов я выдохлась и решила присесть, а потом и прилечь, лосик тоже сказал, что устал, и лег в траву рядом со мной, сразу же захрапев впечатляющим бегемотьим храпом. И из ближайших кустов вышел волк, его светящиеся в темноте глаза горели хитрым огнем.

— Ну наконец-то ты научился не выскакивать как черт из табакерки, — фыркнула я, он улыбнулся всеми зубами, подошел ближе и лег рядом, я потрепала его за шею, погладила ухо: — Не съела тебя мама?

— Она пыталась, но я плохо жуюсь, — он выглядел вполне довольным, я тоже решила не демонстрировать свое на тряпки порванное состояние души. Он сказал чуть серьезнее: — Они тебя отпустят. Я сказал им, что я связан контрактом на крови, поэтому обязан курировать тебя в течение семестра, вне зависимости от того, где ты будешь учиться — в Академии Граней, в местной школе, или вообще сама по книгам. Так что отослать меня с письмом у них не получится, я остаюсь тут, или еду туда, куда едешь ты.

— Ты правда подписал контракт кровью? — нахмурилась я, он усмехнулся и придвинулся ко мне ближе, шепнул:

— Учитель твоего папы — мой прадед. И не знаю, как тут у вас, но у нас в семье друг друга любят, и если я попрошу деда соврать ради меня в официальных документах, он соврет.

У меня мурашки внутри побежали от его голоса и его слов — соврать, ради меня… Он лежал так близко, я чувствовала его дыхание на лице, моя рука до сих пор лежала на его загривке, пальцам было очень тепло, в него хотелось закопаться целиком.

Что-то изменилось, силуэт в темноте перетек в другую форму, и вот моя рука уже гладит горячую человеческую шею, короткие волосы на затылке, длинные над ушами. Это было до невероятности неприлично, но в темноте, когда я не видела его лица, это казалось таким правильным. Он придвинулся еще ближе, я ощутила прикосновение к щеке, улыбнулась, ничего не сказала. Под кожей тек горячий шорох песчинок, они щекотали и согревали, мне хотелось ощутить их везде, не только на щеке, или на шее… Он придвинулся ближе, я продолжала гладить его шею, я знала, что сейчас будет — эльфы пытались меня поцеловать, я всегда пыталась этого избежать, они не были настойчивы. А Роман был. И его я не пыталась избежать, я бы с удовольствием двинулась навстречу, если бы знала, как. Но я не знала, поэтому просто ждала, в груди бешено колотилось сердце, пальцы дрожали в его волосах.

Он приподнялся и оказался очень близко, я ощутила его дыхание на шее, он провел носом по моей щеке, по уху, по шее, обратно. Тихо прошептал на ухо:

— Ты знаешь, что у оборотней по полнолуниям крышу сносит?

— Да? — я мягко провела по его шее вниз, погладила голую спину, плечо, вернулась к шее, шепнула: — Я не замечала. Правда сносит?

— Напрочь, — кивнул он, уткнулся лицом мне в шею, часто глубоко дыша и мелко подрагивая, как будто был напряжен до предела. — Вот только сейчас еще не полнолуние. А крыша почему-то уже все.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я опять запустила пальцы в его волосы, поглубже, чувствуя, как он начинает дрожать сильнее, тихо спросила:

— И в чем это проявляется?

Он приподнялся на локте, погладил меня по щеке пальцами, потом ладонью, у меня внутри от каждого его движения как будто волновался рой пчел, гудящих, пушистых и опасных, я сама уже дрожала всем телом. Его лицо коснулось моего, медленно, так кошки ласкали друг друга, как будто гладились, с таким самозабвенным удовольствием, это было что-то настолько новое и необычное, что я не дышала, боясь что-то пропустить и не понять. Со мной никто никогда такого не делал. Все мои ухажеры-эльфы просто закрывали глаза и тянулись ко мне губами, с расстояния в полметра, это было жутко стыдно и неловко. А Роман… если все оборотни такие, то я буду общаться только с ними, всю оставшуюся жизнь.

Его прерывистое дыхание на моей шее вызывало дрожь, все тело горело жаром, мои пальцы на его шее ощущали вставшие дыбом волоски, они щекотали кожу.

— Юля, блин… — его голос звучал так, как никогда до этого, — скажи что-нибудь.

— Поцелуй меня.

И он накрыл мои губы своими, мягко и сильно, его руки тронули шею, затылок, пальцы в волосах как будто разбудили что-то новое, чего я никогда не чувствовала, это хотелось продолжать. Губы пульсировали, я пыталась понять, что должна делать, но никак не могла разобраться, тело вело себя так, как будто мне не принадлежало, или безвозвратно изменилось вот только что, и я теперь не знала, как оно работает, искала пути на ощупь, с радостью находя новые источники удовольствия, они все были в нем. Касаться губами, сжимать, прикусывать, царапать, дышать глубже. Его руки на моем лице, на шее, я поняла, насколько это приятно, и тоже стала гладиться об них сама, как кошка, наконец понимая, что он в этом находил, это невероятно. Он опять поцеловал меня, на этот раз сильнее и смелее, сминая губы, приглашая их приоткрыть… и случилось что-то настолько сильное, что я тихо всхлипнула от внезапности этого ощущения, но тут же опять попыталась его найти, без него было почти больно…

— Юль, слушай, — он дышал как в лихорадке, прижимал меня к себе, покрывал поцелуями щеку и ухо, медленными, сильными, — Юлечка, шла бы ты домой спать, а? А то мы тут и останемся. Я не знаю, полнолуние это или что, но моя крыша держится из последних сил. Иди домой.

Я молчала, гладила его шею, плечи, медленно целовала скулы. Ощущать его напряжение и понимать, что это я с ним такое сделала, было нереально круто, это пугало, но я не собиралась его отпускать.

— Юль, иди.

— Не пойду.

— Может быть, я тогда пойду? — смущенно сказал лось.