— Слышишь? — спросил я сонного Славку.
— А что это?… — зевнул он.
— Журавли.
— Журавли?! — мгновенно проснувшись загорелся он. — Пошли посмотрим!
— Да я ходил уже… За болотом они, не видать ничего.
— Вечером туда слазаем! После работы.
— Вечером их уже не будет, я их повадки по прошлому году помню.
Лучше подождем, пока выйдем во вторую смену, тогда с утра за ними и отправимся.
— Заметано, — ответил Славка.
Мы не успели съесть безвкусное подобие каши, сотворенное нашими полуживыми поварихами, как к лагерю, оглушительно сигналя, подъехал разбитый грузовик.
— Эй, работники городские, мать вашу растудыт так и эдак!!! — заорал шофер, молодой кудрявый парень в цветастой рубахе. — Живо кончай жратву, на работу пора ехать!
— Остынь, а то радиатор, на хрен, выкипит, — ответил Саша-К. — Сейчас, еще пять минут. Чай допьют и поедем. Мы же первый день, не думали, что ты так рано появишься!
— А я не могу ждать! — заерепенился тот. — Сказал садись — значит садись.
А то сейчас развернусь и уеду, и будете шесть километров до полевого стана пешком баздюхать!
Он опять загудел и нажал на газ. Двигатель дико взревел на холостом ходу. Славка закашлялся, поперхнувшись чаем.
— Давай-давай, — кричал шофер. — Это вам не в городе перед телевизором!
Через коленку вашу мать!! Еще полминуты, и адью!
— Какой ты скорый, а, — вдруг пропела рыжая Вика, вставая из-за стола. — Ты все остальное тоже так же быстро… Или хоть что-то не торопясь умеешь?
Она подошла к машине и, встряхнув дьявольскими своими волосищами, нежным движением погладила капот.
— Немного еще подожди.
Шофер замолчал, будто его выключили и выпучился на нее с разинутым ртом.
— А ты зайди пока к нам, молока вчерашнего выпей, — продолжала Вика, склонив голову и поводя плечами.
Груди ее шевельнулись, как живые, под чистой белой футболкой, надетой на голое тело.
— Не… Спасибо… — хрипло выдавил шофер, не спуская с нее горящих глаз. — Молока не надо. Я так подожду…
Мы быстро управились с невкусным завтраком и полезли в грузовик. Вика молча забралась к шоферу в кабину. Мы со Славкой подсадили в кузов девчонок — Катю и секретаршу Люду, — запрыгнули сами, и машина понеслась.
Саша-К, которому надо было с утра поймать председателя, Аркашка и наш бригадир Володя сидели на корточках в углу кузова, девчонки пристроились на каком-то тряпье. А мы со Славкой стояли в полный рост, держась за помятую кабину.
Когда машина пролетала ухаб, кузов подпрыгивал, словно желая оторваться от шасси и лететь своей дорогой — и сердце замирало, мгновенно облившись сладким ужасом. Встречный ветер бил нам в лица, трепал волосы, забирался мне под китель, обжигая утренним приятным холодком.
Колхоз, лето, дорога, ветер навстречу… Молодость.
В душе было радостно и свободно.
Шофер завез Сашу в правление, потом сгрузил девчонок на краю морковного поля и, наконец, доставил на полевой стал нас. Так началась наша работа.