Любовь: читать начало книги онлайн

— Сочувствую, — сказал я.

Она развернулась и пошла вглубь квартиры.

— Вот твоя комната, если понравится, конечно. Отдельная ванная, отдельная кухня и спальня, как видишь.

— Здорово, — сказал я.

— И вход у тебя тоже свой. А захочешь уединиться, например, чтобы сидеть писать, просто закрой вон ту дверь.

— Я готов снять комнату, — сказал я. — Когда можно будет переехать?

— А когда хочешь?

— Вот как? Тогда я к вечеру заявлюсь с вещами.

Гейр только заржал, когда я все ему рассказал.

— Понимаешь, это просто невозможно — приехать в Стокгольм, никого тут не зная, и найти жилье на Бастугатан. Так не бывает. Понимаешь? — сказал он. — Одно объяснение, что боги тебя любят.

— Но не Цезарь, — ответил я.

— И он тоже, но еще и завидует.

Три дня спустя я позвонил Линде, сказал, что переехал, и спросил, не хочет ли она выпить вместе кофе. Да, ничего против не имеет, и через час мы уже сидели в кафе на «горбу» — повисшей над отвесным обрывом улице Хурнсгатан. Линда показалась мне более радостной — это первое, на что я обратил внимание, когда она села за столик. Она спросила, плавал ли я сегодня в бассейне, я улыбнулся и сказал нет, а она плавала, рано утром, это было волшебно.

Мы сидели, водили ложкой по капучино, я закурил, не зная, о чем говорить, и сказал себе, что сегодняшний раз — последний.

— Ты театр любишь? — спросила она.

Я покачал головой и сказал, что не видел ничего, кроме спектаклей Бергенского нацтеатра, но им по завлекательности рыбы в аквариуме фору дадут; да пару постановок на Бергенском международном театральном фестивале, в том числе «Фауста», где актеры с приделанными длинными черными носами весь спектакль бродили по сцене, что-то бормоча. В ответ она сказала, что тогда нам надо сходить на «Привидения» в постановке Бергмана, и я ответил, давай, дам театру еще один шанс.

— Тогда уговор? — сказала она.

— Да, — кивнул я, — звучит хорошо.

— И захвати с собой твоего норвежского друга, познакомимся, — сказала она.

— Он наверняка рад будет, — сказал я.

Мы посидели еще четверть часа, пауза затягивалась, Линде наверняка хотелось уже уйти, как и мне. Наконец я положил сигареты в карман и встал.

— Может быть, вместе сходим и купим билеты? — сказала она.

— Хорошая идея.

— Давай завтра?

— Давай.

— Полдвенадцатого здесь же?

— Хорошо.

За двадцать минут, которые мы шли от «горба» до «Драматена», мы не сумели сказать друг другу ни слова. У меня было такое чувство, что ей я могу сказать все или ничего. Сейчас ничего, и так будет, видимо, всегда.

Я молчал, пока она заказывала билеты, потом мы пошли назад. Солнце залило город, первые почки набухли на деревьях, везде мельтешили люди, в основном по-весеннему радостные.

Мы шли через Кунгстрэдгорден, она смотрела на меня, щурясь от яркого света низкого солнца.