Алладин. Невероятные приключения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– В твоих словах звучит забота о нашем государстве и нашей дочери, – задумчиво произнес султан. – Наверное, мы должны обдумать твоё предложение, визирь...

Обрадованный Джафар поспешил закрепить свой успех.

– О, великий и блистательный повелитель правоверных, – заискивающе начал он, – позволь мне заметить, что я ещё достаточно молод, чтобы стать мужем великолепной Жасмин. Я уже привык к её сумасбродным поступкам и смогу по-отцовски их понять и не обижаться.

– Ты убедил меня, Джафар, – сказал Бахтияр вставая, – но всё же я дам принцессе три дня. Если за эти три дня к Жасмин никто не посватается из принцев, она будет твоей. Слово султана!

Довольный визирь низко поклонился вслед уходящему Бахтияру. На губах его появилась презрительная улыбка. Скоро он станет султаном Багдада и тогда уж отыграется на старом Бахтияре за свои униженные поклоны!

Как только султан удалился, визирь нажал на один из кирпичей стены, и тотчас же открылась потайная дверь, ведущая в покои Джафара. Он переступил порог, и дверь закрылась.

Оказавшись наедине с самим собой, визирь удовлетворённо потёр руки. Полдела было сделано, и он уже не сомневался, что через три дня будет султаном Багдада. Однако, он хотел большего. Молча он прошёл в тёмный угол, где стоял большой кованый железом сундук, вынул из складок своей чёрной одежды ключ и открыл крышку. Сундук доверху был наполнен колдовскими книгами и разными предметами, необходимыми для колдовства. Джафар достал из глубины сундука большую чёрную книгу, украшенную серебряными черепами и костями, уселся на ковёр и стал читать. Из этой колдовской книги он узнал, что нужно сделать, чтобы стать властелином мира. От радости, что и вторая его мечта может сбыться, Джафар расхохотался, только смех его был зловещим, и все, кто его слышал, ежились, будто от холода.

Чтобы стать властелином мира, Джафару достаточно было заполучить из сокровищницы, спрятанной от людских глаз, волшебную лампу. Но из этой же книги он узнал, что войти в сокровищницу и выйти из неё невредимым может только человек с добрым сердцем и чистыми помыслами. А где найти такого, визирь не знал. И тут он вспомнил о колдовском зеркале. Оставив книгу на ковре, он снова стал рыться в сундуке, пока не достал оттуда зеркало с чёрным стеклом. Он положил его рядом с книгой и начал читать нужные заклинания. Зеркало стало светлеть и ожило. В самом его центре появилось изображение красивого юноши в бедной одежде. Он шёл по базару, а на плече у него сидела обезьяна и с интересом поглядывала на прилавки, полные фруктов. Колдун пристально всматривался в лицо юноши. Он хотел запомнить его, чтобы потом отыскать, но изображение быстро растаяло. Заклинания не могли долго его удерживать. Джафар расстроенно вздохнул:

– Вот если бы у меня был перстень Бахтияра, я узнал бы всё об этом оборванце! Но ничего, – успокаивал колдун сам себя, – скоро султан подарит мне его, и тогда я добьюсь власти над миром!

Джафару не терпелось вновь прочесть заклинания и увидеть того, кто обладал добрым сердцем и чистыми помыслами, но зеркалу нужен был отдых, и визирь с сожалением отнёс его и книгу на прежнее место в сундуке.

Глава вторая

Юношу, которого Джафар увидел в своём колдовском зеркале, звали Алладином. Он был сыном бедного башмачника. Несколько лет назад, по доносу шпионов главного визиря, отца Алладина бросили в тюрьму, где он и умер от жестокого обращения. Имущество бедного башмачника вместе с домом стало принадлежать визирю. А Алладин с матерью оказались на улице. Мать не вынесла свалившегося на неё горя и вскоре вслед за отцом отошла в мир иной. Так мальчик остался совсем один. Чтобы не умереть с голоду, он просил милостыню на базаре, и сердобольные люди помогали сироте, чем могли: кто даст кусок лепёшки, кто старые башмаки или рубашку.

Шло время. Из маленького мальчика Алладин превратился в красивого юношу. Теперь ему стыдно было выпрашивать милостыню. Но он не мог заработать себе на хлеб, ведь никто не обучил его какому-нибудь ремеслу. Поэтому он целыми днями ходил по базару в поисках случайных заработков: относил купленный богатыми горожанами товар им домой, прибирал в лавке заезжего купца. За свою работу он получал гроши, которых хватало разве что на свежую лепёшку.

Нелегко жилось Алладину, но жизненные невзгоды не сделали его сердце злым и жестоким. Он остался таким же весельчаком и балагуром, каким был в детстве при отце с матерью. Юноша никогда не проходил мимо нищего, не поделившись с ним своей лепёшкой, но он не проходил и мимо жадного купца, торговавшегося с бедняком из-за последней монеты. Алладин так умел поддеть богача, так пошутить над ним, что тому становилось стыдно. Ремесленники и бедные горожане любили юношу за доброе сердце и весёлый нрав, а богачи боялись попасться на его острый язычок.

Год назад подобрал Алладин на базаре отбившуюся от бродячих артистов обезьянку. Бедняжка была голодной и забралась в лавку торговца фруктами. Тот поднял такой шум, что прибежали стражники. Чтобы не попасть в тюрьму, бродячие артисты бросились врассыпную, а бедная обезьянка осталась в руках пыхтевшего от злости торговца.

– Кто возместит мне убытки?! – орал он. – Держите этих бродячих артистов!

Стражники бросились вдогонку, да где там: артистов уже и след простыл. Разгневанный торговец фруктами не унимался:

– Она съела у меня целых два апельсина! Кто мне за них заплатит? – спрашивал он, зло обводя глазами потешавшуюся над его жадностью толпу.

– У обезьяны нет денег, – заметил сквозь смех горшечник Ахмед. – Тебе придётся отпустить её или отправить на суд к визирю.

После этих слов люди засмеялись ещё громче, даже стражники не смогли удержать улыбок. Зато лавочник от гнева весь налился кровью.

Испуганная обезьянка с ужасом ожидала своей участи. Большими чёрными глазами смотрела она на смеющихся людей, словно искала среди них того, кто может за неё заступиться.

После минутного раздумья лавочник повеселел.

– Вот вы смеётесь, – обратился он к собравшимся вокруг его лавки людям, – а я и без визиря уже решил, как мне возместить убытки...

– Наверное, ты заставишь бедную обезьяну выплюнуть твои апельсины, – поддел торговца Алладин, чем вызвал новый взрыв хохота.

– Ты не угадал, глупый оборванец, – скривился лавочник. – Просто я сдеру шкуру с этой воровки, а потом продам её. Никто не запретит мне сделать это. Раз нет желающих возместить убыток, я заберу её шкуру.

В толпе раздались возмущенные возгласы, но никто не заплатил за съеденные обезьяной апельсины. У одних не было денег, у других были деньги только на обед для семьи, а третьи вообще считали это не своим делом. Толпа у лавки торговца фруктами быстро редела. Когда почти все разошлись, Алладин подошёл к лавочнику и спросил:

– Сколько, о, сребролюбивый, должна тебе эта почтенная обезьяна?

– Она съела у меня два самых больших и красивых апельсина, – соврал торговец, – за каждый из них я мог бы получить по целой таньга. Ты ведь не сможешь отыскать в своих дырявых карманах столько денег, оборванец? – он ехидно рассмеялся и крепче сжал несчастную обезьяну. – А теперь убирайся отсюда и больше не попадайся мне на глаза!

Но Алладин не сдвинулся с места. Из кармана своей старой порванной рубашки он достал несколько монет, отсчитал две таньга и протянул торговцу. Тот с жадностью схватил деньги и уже пожалел, что потребовал меньше, чем оказалось в кармане Алладина.

С грустью посмотрел юноша на оставшуюся монету. Целый месяц собирал он деньги, чтобы купить себе у старьёвщика целые башмаки. Теперь придётся ещё долго ходить босиком. Но Алладин тут же улыбнулся, вспомнив, что спас от жуткой расправы обезьянку. Подумаешь, пара башмаков! Да разве можно из-за них отдать на растерзание толстому лавочнику эту симпатичную весёлую обезьянку? Алладин протянул проказнице руку и подмигнул: