Между тем нарушаются нами не только посты, но и другие церковные правила. Особенно пагубно, что здесь принято устройство благотворительных развлечений под праздники. Они отвлекают христиан, наших богомольцев, от богослужения. Тогда, когда происходит главная часть богослужения праздника, когда совершается всенощное бдение, на котором прославляется то или иное событие, Господом Богом совершенное для нашего вечного спасения, когда прославляются угодники Божии, когда в дивных церковных песнопениях и чтениях излагается их жизнь, указываются светлые примеры, тогда большинство богомольцев отсутствуют и вместо того идут на развлечение. По канонам церковным устройство таких развлечений является тяжким грехом. Правда, главным богослужением является литургия. Литургия – это кульминация, конец богослужения, когда мы уже должны вознестись на такую духовную высоту, чтобы осознать значение Таинства, и если не устами, то духом причаститься Святых Христовых Таин. Для того нам и нужно всенощное бдение, чтобы мы духовно сблизились с праздником и уже действительно посещение литургии было бы для нас полноценно и спасительно. Могут сказать, что такие увеселения устраивались у нас в России. Так, к прискорбию, было в последнее время. Еще при Александре III твердо держалось, что никаких развлечений, никаких увеселений, никаких театральных представлений не было в постные дни и кануны праздников. Только когда загремели уже и стали потрясать Россию раскаты революции, то постепенно стали даваться свободы, которые привели к теперешним «свободам», когда порабощены миллионы людей. Правда, так было не только в последнее время. Святой Иоанн Златоуст был выслан из Константинополя за то, что произнес громовую проповедь против устройства скачек в день Усекновения главы Иоанна Предтечи. И в те времена народ уходил от богослужений для того, чтобы смотреть на какие-нибудь состязания, или комедии, или еще что-нибудь. Так же было и тогда, однако Иоанн Златоуст пошел на изгнание, но не оставил своей проповеди. И вот послезавтра мы будем вспоминать, как торжественно были возвращены его мощи в Царьград. Да, так было. Но это не значит, что с этим не надо бороться. Есть еще более тяжкие преступления, как, например, убийство: так, Каин убил Авеля; однако никто не считает, что раз то в древности совершалось, то оно дозволено и теперь. И теперь и церковь, и власти стараются бороться с такими преступлениями. Древность преступления не оправдывает его, потому мы должны всемерно сопротивляться таким явлениям. Особенно вредно, когда этими развлечениями отвлекается молодежь. Теперь еще старые люди помнят о прежних праздниках в России, и время от времени их тянет, в особенности в великие праздники, посетить богослужения. Молодежь не особенно привыкла к тому, а если с детства не привыкнет, то что будет после? Напрасно тогда мы строим здесь церкви, они будут пусты через два десятка лет. Мы должны всемерно способствовать [тому, чтобы] особенно в детях закладывать любовь к храму, и хвала тем родителям, которые с детства приучают их к церкви, особенно тем, которые приучают их прислуживать в церкви и активно участвовать в богослужениях. Это естественно западает в их души и, способствуя благолепию богослужения, в то же время их воспитывает в нашем церковном русско-православном сознании. Церковь – не земное учреждение. Я должен немного о том сказать, чтобы мы имели ясную картину того, что мы хотим делать. Церковь стоит на земле, но ее глава возвышается выше неба, и Глава Церкви – Сам Господь Иисус Христос. Он установил, чтобы Церковь управлялась через лица, которые получили от Него благодать Святого Духа, благодать, которая способствует вести людей к вечному спасению, к Царствию Божию. Поэтому главное руководящее значение имеют в Церкви те, которые получили благодать через рукоположение, то есть священство. И раз они руководят духовной жизнью, то ясно, что остальные могут быть только помощниками; лица, не получившие благодати Святого Духа, могут только помогать духовенству. Ведь абсурдно было бы, если бы во главе стояли не те, которые могли бы исполнять главные назначения того или иного учреждения, а [занимающие] только второстепенные [должности]. Мы не можем себе представить, чтобы председателем суда был заведующий зданием того суда или если бы, например, армией командовал заведующий хозяйством. Правда, при советской власти были попытки, чтобы армией командовали не военные, а политруки, которые имели целью политическую пропаганду, но что тогда получилось, кроме развала? Так же и в Церкви во главе могут стоять только те, которые Духом Святым уполномочены, Духом Святым прияли благодать руководить Церковью для вечного спасения. Вопросы хозяйственные, как они ни важны, могут и должны вестись мирянами, но под руководством пастырей Церкви. Поэтому все мирские должности при церкви только вспомогательны при духовенстве, но никак не являются руководящими. И ктиторы храмов, и старосты, по уставу, являются только помощниками настоятелей. Приходские советы возникли у нас после революции специально для поддержки духовенства. Я был в первом составе приходского совета после революции в нашем приходе; мы собрались для того, чтобы помогать нашему батюшке. И сейчас приходские должности являются вспомогательными при духовенстве. Посему не может быть никакой речи о том, чтобы они имели какую-либо самостоятельную работу и чувствовали себя как бы главными в церкви. Главными миряне могут быть в частном обществе, в каком-нибудь художественном, литературном, коммерческом предприятии, но никак не в Церкви.
Главное значение Церкви – ведение к вечному спасению, а всё остальное должно приноравливаться к этому. Церковь имеет прежде всего своей задачей борьбу с грехом, и в том ей должны помогать миряне. Я очень благодарен от себя, и Святая Церковь благословляет тех, кто, правильно понимая свое назначение, являются помощниками для устроения Церкви как корабля, ведущего нас через житейское море туда, куда ведет нас Христос, – к Царствию Небесному.
Я призываю всех в настоящий пост усердно посещать богослужения. Помните, что причащаться раз в год – это минимум, после которого человек выбывает из состава Церкви. По уставам церковным, тот, кто три недели не посетил литургии без уважительных причин, считается отпавшим от церковной общины. Поэтому те, кто нарушает правила исповеди церковной или правила о посещении церкви или же кто открыто презирает церковные законы, если даже руководится правилами гражданскими, могут состоять в гражданских учреждениях, но никак не в церковных. Наша Церковь имеет свои правила и, независимо от того как смотрят окружающие, идет своим путем. Она пережила время Нерона и Диоклетиана...
За границей действуют иные законы, мы принуждены считаться с гражданскими властями; ведь и в Советском Союзе те законы, которые не направлены прямо против Церкви, исполняются теми, кто там живет. Тем более мы должны там, где Церковь не гонима, где государство дает Церкви возможность всячески развивать свою деятельность, исполнять все законы, но в своей внутренней жизни мы должны руководствоваться только церковными законами. Никто нам не может предписать принять членом общины или допустить до церковных должностей того, кто, скажем, нарушил правила о браке; кто не получил благодати Святого Духа при Таинстве брака, является преступником перед церковными законами, как бы то ни считали государственные власти. Церковь имеет свои законы, и Церковь идет своим путем. Государства образуются и исчезают, а Церковь вечна.
Я призываю вас прежде всего быть православными христианами, а всё остальное может быть лишь к тому приложено.
Из слова на собрании прихода Пресвятой Богородицы
Всех скорбящих Радости 25 января/7 февраля 1965 г.
Обращение к общеприходскому годовому собранию
Нынешнее общее собрание происходит в день воспоминания о Страшном Суде, и все мы должны помнить, что некогда предстанем пред Судией всего мира, видящим даже сокровенные наши мысли, и должны внимательно следить за своими желаниями, словами и мыслями, дабы не быть осужденными на Суде. Собрание наше есть собрание церковное, чтобы решать дела, касающиеся наших храмов и церковной жизни. Посему, хотя мы собрались не в храме, мы должны себя вести, как в церкви, не допуская ничего, что не может допускаться в церкви, в том числе шумных выражений одобрения и негодования.
Мы чада Православной Церкви и должны прежде всего подчиняться ее законам, законам Православной Церкви, установленным Самим Господом Богом (основные законы положены Им). Господь сказал: Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей (Мф. 16, 18) и также сказал: се, Аз с вами во вся дни до скончания века (Мф. 28, 20). Господь вдохнул Дух Святой в апостолов, дал им власть держать и разрешать грехи и дал власть и обязанность проповеди Евангелия по всей вселенной. Проповедуя Евангелие, они устрояли Церковь на земле как ученики и друзья Христовы. Свою власть они затем передали своим преемникам, то есть епископам, которых они поставили. Мы видим это уже из Священного Писания, Деяний апостолов и Посланий апостола Павла – для христиан важны все законы Церкви.
Бывают разные взаимоотношения между Церковью и государством. Вначале Церковь была жестоко гонима. Были моменты, что государство не преследовало за веру, если исполнялись государственные законы, причем государственным законом было почитать кесаря как Бога; а далее были этапы, когда говорилось, что можно продолжать молиться по-своему, только следовало принести жертву кесарю или жертву какому-нибудь идолу, и этого было достаточно. Но христиане не исполняли таких законов. Они шли на мучения. Мы их прославляем как мучеников: святых Игнатия Богоносца, Димитрия, Пантелеймона и других. А что они сделали? Они пошли [на смерть] за веру Христову, не оказывая уважения тем законам, которые были противны вере. До конца века будут христиан преследовать, и будут мученики до конца века... А те, которых на смерть не посылали, – те прославлены как исповедники. Недавно, когда мы были на Дальнем Востоке, вышел закон японцев, которые оккупировали Маньчжурию, чтобы все жители города шли на поклонение в храм богини Аматурасы – это было объявлено государственным законом, так как богиня почиталась как начальница императорского дома. Что же, пошли ли туда христиане? Некоторые пошли, но Харбинский митрополит Мелетий с архиепископом Димитрием, отцом нашего первоиерарха митрополита Филарета, мужественно восстали против этого. И когда один из священников, занимавший видное место в Харбинской епархии, пошел было на соглашательство, он сразу был лишен всех своих должностей и запрещен в священнослужении и не был разрешен, пока японцы не согласились свой закон не применять. Так и паства осталась верной своим архипастырям, потому что закон этот шел против веры Христовой. Мы должны мужественно всегда стоять за правила церковные. Если от нас требуют чего-либо невыполнимого, то мы не должны то выполнять.
Мы видим, как наши братья страдают в нашем Отечестве. Многие из них мужественно терпят за исповедание веры Христовой. Их лишают мест, их лишают заработка, лишают пищи, и они всё-таки исповедуют веру Христову. Если так, то насколько должны мы, находясь здесь на свободе, где закон не преследует за веру, исповедовать свою веру. В здешней стране законы никого не преследуют за веру. Правила, касающиеся церковной жизни, установлены лишь для внутренней жизни, не мешая другим. Когда же это никому и ничем не угрожает, исповедание своей веры предоставляется каждому лицу и каждой общине. Мы в своей внутренней жизни можем руководствоваться безбоязненно только уставами Православной Церкви, за которые должны быть готовы умереть, если бы было иначе.
Церковь Христова есть Божественное учреждение, и основы ее устройства даны Христом и Святым Духом через апостолов и святых мужей. Развитие церковных правил и руководство Церковью было поручено епископам, как то видим из посланий апостольских и их ближайших преемников.
Как Православная Церковь, так и Католическая почитают церковное Предание также, как и Священное Писание. Тем отличаются от них протестанты и протестантские секты, не признающие Священного Предания. Священное Предание относительно церковного управления говорит в канонах. Каноны суть церковные правила, являющиеся основой церковной жизни, как в государстве – основные законы. Разница, однако, та, что в государстве они составлены людьми, а Церковь вдохновляется Святым Духом. Глава Церкви – Христос, и власть устроить земную Церковь Он дал апостолам. Вот что говорит 41-е правило святых апостолов: «Повелеваем епископу имети власть над церковным имением, аще бо драгоценныя человеческия души ему вверены быть должны: то кольми паче о деньгах заповедать должно, чтобы он всем распоряжал по своей власти». Согласно дальнейшим церковным правилам, он должен иметь управляющего церковным имуществом (26-е правило IV Вселенского Собора). Сначала то были клирики, потом стали то поручать и мирянам, но руководство ими продолжало оставаться в руках епископа, как и духовная власть, так как «ему вверены люди Господни и он даст ответ о душах их». Почему так? Потому что в Церкви всё должно быть согласовано с главной целью: спасение душ человеческих через веру и жизнь по заповедям Христовым и направление жизни их к Небесному Царствию.
Православной Церкви чуждо народовластие. В Церкви Христовой всё идет от Божественного начала, и Богу дается конечный отчет за свои деяния. Посему во главе церковного управления стоят епископы как преемники апостолов. Дабы им и остальному клиру не погружаться в дела мирские и житейские, в тех делах им помогают и иногда почти всецело берут на себя заботу миряне, но действуя в духе указаний пастырей, так как за жизнь церковную несут ответственность пастыри и в особенности глава их, епископ. Руководство продолжает оставаться в руках епископов, и епископа нужно почитать, пока он не отходит от истинного учения, то есть не станет еретиком и не отступит от священноначалия. Епископ отвечает как за души, так и за церковную жизнь.
Распространенное выражение «глас народа – глас Божий» относительно верно. Когда народ чувствует потребность в помощи Божией, усердно молится и хочет прежде всего следовать воле Божией, тогда Господь вразумляет, осеняет добрыми мыслями, и решения бывают на пользу. Так поступали христиане в древности. Так поступали и наши предки. Когда собрался Земский собор в 1613 году, настал Великий пост, все собравшиеся и весь народ молились и постились и только после причащения Святых Таин едиными устами нарекли царем Михаила Феодоровича Романова – и тогда действительно глас народа был гласом Божиим. Но вот мы читаем в Евангелии о том, как происходит суд над Иисусом Христом, как ведут Его к Пилату и как Пилат выводит Его к народу: Весь народ стал кричать: смерть Ему! а отпусти нам Варавву. Пилат... возвысил голос, желая отпустить Иисуса. Но они кричали: распни, распни Его! (Лк. 23, 18, 20–21). Был ли тот глас народный гласом Божиим? А когда «народные представители», поддержанные главнокомандующими всего фронта, мнившими себя выразителями гласа армии, потребовали от императора Николая II отречения от престола, а шумные толпы ходили тогда по Петрограду и приветствовали наступление так называемой демократии народной, был ли тогда «глас народа гласом Божиим»?
Глас Божий мы слышим в Священном Писании, звучит он и в Священном Предании, им должно повиноваться, соблюдать церковные уставы, тогда и коснется нас глас Божий, а не когда хотим действовать по своей воле. Сейчас мы знаем, что во всём мире идет борьба против Священного Предания.
Собравшись для решения дел нашего прихода, мы должны ясно сознавать, что приход есть частица великой Вселенской Церкви, веточка Поместной Русской Церкви. Мы должны руководствоваться правилами церковными, созданными на основании и в духе канонов Церкви, в духе тех церковных устоев. Если мы не доверяем церковным канонам, отклоняемся от них, мы тем самым становимся на путь протестантизма и уже теряем право именоваться православными христианами. Когда мы собираемся на церковные собрания, мы должны думать о том, как бы
принять решения во славу Божию. Во славу Божию – это значит во спасение наше. Когда мы делаем что-нибудь во славу Божию, мы уподобляемся Ангелам, которые вечно славословят Господа Бога. Будем думать не о том, что нам приятно и желательно, а [о том], что согласно с правдой Божией и ведет всех нас вместе и каждого в отдельности к вечному спасению и доброму ответу на Страшном Судилище, на котором все мы предстанем, хотим мы его или желали бы избежать, помним мы о нем или не помним. И, вспоминая слова Христовы: От словес своих оправдишися и от словес своих осудишися (Мф. 12, 37), будем ныне вести собрание наше, как в преддверии Страшного Суда, к чему призываемся мы в нынешний день Евангелием и церковными молитвами. Начнем же наше церковное собрание во имя Отца и Сына и Святаго Духа, Троицы Животворящих и Нераздельных.
Сан-Франциско, 1966 г.
Часть III
Из указов и распоряжений святителя Иоанна
О причащении на Пасху
«Снестся нами Агнец Божий во священной и светоносной нощи Воскресения» (Неделя мясопустная, стихира на стиховне вечера). Мы о том молимся, еще лишь начиная готовиться к посту и затем неоднократно в течение Великого поста: чтобы Господь сподобил нас приобщиться в нощь Святой Пасхи. Особенно действует тогда благодать Божия на сердца людей. Мы приобщаемся тогда Христа Воскресшего, делаемся участниками Его Воскресения. Конечно, надо поговеть раньше и, уже причастившись Великим постом, снова причаститься Святых Таин. Пред пасхальной литургией нет времени подробно исповедоваться, это нужно сделать раньше. А в светоносную ночь, получив общее разрешение, приступать к Божественному Агнцу, залогу нашего Воскресения. Пусть никто не уходит из церкви преждевременно, торопясь вкусить мяса животных, вместо того чтобы вкусить Пречистых Тела и Крови Христовых.
Возможное участие духовенства в общественной жизни
Имея главной целью своего служения возрождение душ человеческих и ведение их к вечному Царствию Божиему, приявшие дар священства не должны отвлекаться от делания апостольского и тратить время на дела мирские. То, что дает людям священник, не может дать никто иной, и ничто не может сравниться с тем вечным благом, к которому он ведет людей. Посему священнослужитель не смеет отвлекаться от своих прямых обязанностей, заниматься даже полезными мирскими делами, помня, что он страж душ человеческих и даст ответ на Страшном Суде Божием за каждую овцу, погибшую по его нерадению. Пример показали апостолы при возникших в среде учеников их спорах о раздаянии пособий, сказавшие: неугодно есть нам, оставльшим слово Божие, служити трапезам (Деян. 6, 2). Церковные каноны строго воспрещают клирикам заниматься мирскими попечениями и брать на себя общественные должности. Однако то не значит, что священнослужители совершенно могут устраниться от всех мирских дел. Люди состоят из души и тела, и невозможно, заботясь о душе, совершенно забыть о потребностях тела. Господь заповедал проявлять любовь к ближним в делах милосердия, о которых спросит на Страшном Суде. Многие святители и преподобные являлись деятельными участниками событий, происходивших в их времена, иногда даже возглавляли государства. Но то бывало тогда, когда оно вызывалось настойчивой необходимостью. Когда нужно спасать людей в бедствиях, когда необходимо участие пастыря, чтобы наставить их на правый путь, пастырь не смеет оставаться безучастным. Он не только может, но и должен прийти им на помощь. То относится как к делам частным, так и общим. Побуждать людей к благотворительности и, если нужно, стать во главе благотворительных учреждений, дать согласное духу Христова учения направление общественным делам – долг пастыря. Но при том он должен оставаться всегда священнослужителем и пастырем. Недопустимо вступление в какую-либо партию с подчинением ее дисциплине. Неподходяще для пастыря также погружаться в чисто житейскую сторону дел общественных. Всё то, что могут делать миряне, нужно оставлять им, стараясь сосредоточиться на делах духовных, являющихся делом пастырей. Священство есть свет мира, и участие его в общественной жизни должно заключаться в том, чтоб освящать путь личной, общественной и государственной жизни. Долг священнослужителя – указывать нравственные основы, на которых жизнь общества должна устрояться, и вдохновлять его деятельность, напояя ее духом Христова учения. Не опускаясь сам в гущу житейской суеты, пастырь должен парить над паствой и, зорко наблюдая над ней, спускаться, когда нужно поддержать слабых духом или телом, пресечь и обличить зло, побудить на добрые дела и подвиги, укрепить в делании добра. Наивысший же и важнейший дар священнослужителя обществу есть призвание на него и низведение благословения и благодати Божиих, для чего пастырь должен быть особенно усердным в молитве и, памятуя, что прежде всего он является служителем Божиим, быть образцом верным, словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою (1 Тим. 4, 12), молитвою, примером и наставлением ведя их [пасомых] к Царствию Божиему.
Резолюция касательно раздачи яиц в ночь Пасхи
...на прошение... о разрешении... раздавать молящимся в храме-памятнике после пасхальной заутрени красные яйца, «так как большое количество одиноких, престарелых, немощных и неимущих богомольцев не могут оставаться до конца Божественной литургии и затем возвращаться до своего места жительства в сырую, холодную погоду», – его Высокопреосвященством, Высокопреосвященнейшим архиепископом Иоанном положена нижеследующая резолюция:
Главное в Светлый день Пасхи – наше общение со Христом Воскресшим, что особенно проявляется в причащении в Светлую службу, о чем неоднократно возносим моления в службах Великого поста.
Уход с пасхальной службы до окончания литургии есть грех или непонимание церковной службы.
Если же то заставляет делать непреодолимая необходимость, то яйцо, являющееся лишь символом Воскресения, не может заменить самого действительного вкушения Воскресения в Божественной литургии, и раздача яиц до литургии была бы презрением к Божественному Таинству и обманом верующих.