— А ну отошел от нее! — крикнула Луиза.
— Ты на ногах еле стоишь!
— Зато у меня меч есть! — хмыкнула Луиза. Они переглянулись с Мирушей.
Козломордый кинулся к Луизе, чтоб добить ее, но Мируша кинулась на него, толкая. Луиза с криком из последних сил кинулась на него. Добив, она осела на землю. Мируша оттащила ее в сторону и устало села рядом.
— Уходи, — сказала Луиза.
— И тебя одну оставлю? Не дождешься, — она положила ее голову себе на колени. Сняла шлем, отложив его в сторону. — Так и не поняла зачем ты кому отрезала. У тебя такие волосы были красивые. Не то, что у меня.
— Зато так легко голове стало. Она такая тяжелая была, — ответила Луиза. — Небо сегодня красивое. А я никого не вижу. Обычно говорят, что если воин на поле боя умирает, то за ним спускается конь и с собой забирает.
— Не надейся.
— Я знаю, что труслива для таких почестей.
— Ты никогда не трусила. Всегда смелой была. Я только из-за тебя ничего не боялась. Знала, что ты мне спину прикроешь куда бы мы не полезли, чего бы не придумывали.
— Это ты придумывала.
— А ты поддерживала, — сказала Мируша, перебирая ее волосы. Она подняла глаза к небу. — Красивый сегодня закат.
— Жаль, что последний.
— А вот это ты зря, сестренка, — Мируша сжала ее руку. — Если по жизни вместе шли, так и помирать вместе будем, а я не могу сейчас. Я Силия люблю. Он без меня пропадет. Поэтому закат проводим, а рассвет встретим. Как раньше. В детстве.
Бой закончился. Варинт оглянулся по сторонам. Лу сидела в стороне. Он спешился, привязал лошадь к дереву. Вытерев пот со лба, он пошел к ней. Только подойдя ближе, он понял, что рядом лежала Мира. Опять они вместе. Кровь проступила сквозь доспех Миры. Глупая девчонка зачем-то за меч взялась…
— Она неглупая. Хотела сильной стать, как ты. В ней и есть сила. Смелость. Она это не знает, но все это есть, — ответила Лу.
— Не думал, что это вслух сказал.
— Не говорил. Подумал, — она посмотрела на него. — Я ее не отдам.
— Лу, может лучше отпустить? Раны тяжелые. Следы оставят.
— Нет, я Мируша. Сам так обозвал. А трудности… Мы к ним привыкли. Зато живы. Я этому рада. Рада, что пусть и так, но каждый рассвет встречаю и провожаю, что воздухом дышу и люблю. Пусть и не так полно, но я в этом мире. Никогда зла не держала на тебя, — она улыбнулась. — Я знаю, что делаю. Дети в яме прячутся. Отведи их в крепость, а потом воды принеси и тряпок чистых. Или пусть кто-то принесет. Надо еще костер разжечь.
— Мируша…
— Я знаю, что делаю. Иди, — поторопила она его.
Силий никак не мог найти Мирушу. И никто ее не видел. Никто ничего не знал о ней. Пока Силий не столкнулся с Варинтом.
— В саду. Пытается вытащить Ми… Луизу, — ответил тот.
Силий не стал уточнять, что это значит. Он чуть не побежал к саду. Вокруг крепости пылали костры. Люди устраняли последствия боя. В саду около костра ползала Мируша. На траве лежала Луиза и не подавала признаков жизни. Мируша же что-то бормотала. Когда он подошел к костру, то увидел, что она чертит ножом внушительных размеров круг.
— На огонек решил зайти, Силий? У нас сегодня ночь веселья будет. Много крови пролилось. Погибло много. Они ее забрать хотят. А я не вижу, кто друг, а кто враг. Значит никого не пущу, — нервно сказала она. — Мы и сами справимся. Верно, Силий? Раньше справлялись, так и сейчас справимся. И трудности нас не пугают.
— Птичка…
— Я тебя пугать буду. Думаешь совсем головой двинулась? Так я всегда такой была.
— Пойдем в крепость?
— Нельзя. Ее трогать нельзя, а то умрет. Я не могу этого допустить, Силий. Все так запуталось, Силий. Все судьбы так переплелись, что и не знаешь, как распутать этот клубок. А я плохо спицами перебираю. Это ты умеешь вязать. А я плохо вяжу. Так ты зайдешь в круг или там останешься? — спросила она. Силий подошел к костру. Мируша закрыла круг и подошла к Луизе. — Надо ей раны обработать. Много крови выдалось, но это плохая кровь. И узелки делать нельзя. Нитка чистая должна быть.