— Утром ты не завтракала, — отметил Лавров. — И я отвез тебя в больницу. Ни в качестве пациента, ни в качестве посетителя ты там, я думаю, не ела. Это очередная женская глупость, какая-нибудь диета? — голос его зазвучал презрительно, вероятно, вновь заиграли животрепещущие воспоминания о Викки. Моя драгоценная мачеха любила сидеть на диетах, но не сказать, что выглядела она идеально. Кроме диет нужна ещё наследственность, а у Викки она была, как у дворняги, где в десятом колене погулял какой-нибудь дорогой пес.
— Нет, — вынужденно улыбнулась я. — Это от волнения. В условиях стресса я не могу есть.
— Ну ведь я правильно понимаю, что источник этого стресса — не я? — усмехнулся Олег. Пришлось кивнуть. Ужин с привлекательным мужчиной нынче последняя из моих проблем.
— В таком случае, предлагаю расслабиться и все-таки не изводить свой организм, — он сам открыл меню, очевидно, подавая мне пример, и как будто невзначай отметил: — Когда я приглашаю даму в ресторан, я оплачиваю счет сам. Надеюсь, ты не возражаешь?
— Не возражаю, — отозвалась я. — Но я правда ничего не хочу.
— Предоставляешь выбор мне?
— Да, — пришлось согласиться.
Я откинулась на спинку дивана и даже не обратила внимания на то, что он говорил официанту, как раз подошедшему к нашему столику. Еда меня сейчас волновала мало; организм, конечно, нуждался в дополнительном источнике энергии, но я сомневалась, что мне вообще кусок в горло полезет.
— Что ж, — вновь заговорил Олег, когда официант отошел, — у нас есть пятнадцать минут, пока мы ждем еду. Предлагаю обсудить дела.
— Какие у нас могут быть дела? — усмехнулась я. — Боюсь, информация о моих доходах несколько преувеличена, если ты собираешься заключать со мной какие-нибудь сделки.
— Я не жду от тебя денег, — ответил мужчина. — У меня есть свои. Но мне нужна помощь.
О да. Я как раз в состоянии кому-то сейчас помогать.
— А в ответ, — продолжил Олег, — я помогу тебе. Сколько?
— Что? — подняла голову я.
— Сколько нужно денег, чтобы оплатить лечение твоей матери?
Глава четвертая
Я застыла, чувствуя, как резко перестало хватать воздуха, а сердце отчаянно заколотилось в груди, стремясь вырваться на свободу. Услышать прямой вопрос относительно матери было в последний год моим самым большим страхом. Понять, что отцу всё известно и он просто ждет момент, чтобы ударить больнее…
— Откуда? — только и смогла выдавить я.
— Задал несколько вопросов нужным людям, — спокойно ответил Олег. — Можешь не волноваться, это точно не та информация, которой я стал бы делиться с твоим отцом. Я же всё понимаю. Он был бы не в восторге.
— Спасибо, — облегченно выдохнула я, заставляя себя хотя бы немного, но всё-таки успокоиться.
— Так всё же, какая сумма? — повторил свой вопрос Олег.
Я назвала её, подумав, что в Саваже обычно распоряжаются гораздо большими деньгами. Впрочем, возможно, я немного преувеличиваю масштабы сделок, которые обычно здесь заключают, и все куда прозаичнее. Но… Какая разница? При любом раскладе мне мало что светит.
— Ведь я правильно понимаю, что это достаточно много для девушки, не обладающей собственным бизнесом и свободой распоряжаться своей жизнью, — протянул Лавров.
— Да, — кивнула я.
Его слова были констатацией факта. Факта, разрушившего всю мою жизнь и лишавшего всяких надежд спасти маму. О какой бы сделке ни шла речь, она ему слишком дорого обойдется, если он вдруг вздумает оплачивать лечение моей матери. Согласится ли Олег на такое? Очень сильно в том сомневаюсь.
— Я так понимаю, нам больше не о чем разговаривать? — тихо спросила я.
— Почему же? — изогнул брови Олег. — Конечно, просто так выдернуть эту сумму со счетов не удастся. Нужно время, чтобы сделать это без особенных потерь.
Я закусила губу, боясь произнести хоть слово.
— Две недели.
— Две недели? — переспросила я, пытаясь понять, не послышалось ли мне.