— Окей, босс!
— Я для этого дела даже доверну тебе кораблик нужной частью!
— Да нет проблем, босс! — продолжал веселится друг, как видно так же ловя кайф от нашего, мероприятия.
А если они сдетанирует?! — вновь пришла ко мне поздняя мыль. И я довернул бортик обратно, пряча уязвимое днище.
— «Пибим!» — пискнул компьютер, радостно сообщая о ядерном бабахе за кормой.
ЧТОБЮ ВАС! ВАЛИТЬ! Двигатели на максимум! Но куда свалишь от скорости света?! В прочем, гамма волна идет с меньшей скоростью… Но это нас не спасет!
— Эхем… мы еще живы? — поводил я глазами из стороны в сторону, а потом по приборам. — А почему?
А, понятно. Нас прикрыл нас же двигатель, сыграв роль поля искажении. Его тяга куда как больше, чем «тяга» радиационной волны, и она просто завернула обратно в месте, где раскаленная плазма рвется наружу. Ну а то, что обошло корабль справа и слева, сверху и снизу — тут вакуум! И нет частиц, что могли бы нести на себе радиацию, так что страшна только сама волна.
Может нам и не нужна никакая противорадиационка?! Просто, будем подворачивать под бабахи двигателем? Нее! Плохая идея! Да и пушку, починить надо. Так что… двигатель на все там же максимуме, и прем нахрапом прочь от планете.
— Граждане землян — вы придурки! А мы еще вернемся! — проговорил я, на этот раз уже с нормальной, частотной модуляцией, в эфир планеты земля, будучи уверенным, что меня точно услышат.
— И все-таки, почему они нас атаковали? — проговорил уже во внутренний канал через пару минут, закрывая гермостворки ангара и активируя в нем гравитацию, пока бедного Чака там по стенке не размазало, из-за ускорения и перегрузки.
— О! — выдал Чак, переслав мне, сначала фото своей распухшей морды, потом, с мордой, где он явно пытается что-то сказать, но не может, а морда у него больше на блин похожа, а после фото борта корабля, сделанное пока тот стол в «ангаре» бывшей пиратской станции.
— «Пибим!» — отвлек меня бортовой компьютер, сообщая, что мы таки сломали пару силовых элементов корабля резким выводом двигателя на максимальную мощность.
И это не смотря на то, что режим «двигатель на максимум» двигатель на такой уровень мгновенно не выводит! И только уже после разборки с системой, и примерного представления о том, чем нам все это грозит, внимательно взглянул на присланное американцем фото.
— Ва-ха-ха-ха-ха! — разразился смехом на весь мостик, поддерживаемый редкими смешками приятеля с грузовой палубы.
Жопа. Огромная, алая, задница, во весь борт корабля! А я еще все думал, куда подевались те бесконечные запасы алой краски!? И чем был занят Чак последние два дня на той задрипанной станции, пока я поковал и сортировал барахло.
И ведь не просто зад нарисовал! Схематичный, и непонятный, трактуй как хочешь! Не-е-ет! Яркая, красочная, детализированная! Какой талант пропадает! В прочем… при помощи компьютера доспеха можно и не такое нарисовать, если иметь модель для разбивки на сектора, ну и краскопульт для исполнения.
Где модель взял? Неужто свою отсканировал?! С него станется! Хотя мог и чью-то из наших — по тем же причинам!
Так, а откуда ракеты стартовали? Э… это у нас что… Мексика? Или США все же? А может… Куба? Ну почему на поверхности планеты не прорисованы границы стран!? И их названия, заодно. Пойду что ли Аньку по терроризирую этим вопросом! Только сначала дотащу Чака из ангара до «больнички», а то он там походу вырубился уже. Ладно хоть живой, по показаниям приборов.
Примечание от автора:
Ни гг, ни кто либо еще на борту, этого не понял, но вам, как читателям, я, как автор, все же поясню:
Представьте себе, черную тень в небе, несущеюся на огромной скорости, на недосягаемой высоте, и с чем-то красным на борту. У кого-то сдали нервы.
Глава 37
Цивилизация
— Эй Аня! Аня! — где ты пропадала? Мы тут с… ыыыы… Ча-а-ком… устроили для земли самый настоящий феерКверк подарков! — по идиотские лыбясь, поинтересовался я у вошедшей в «мед отсек» девушки.
Девушка, помахав пред носом ручкой, врубила систему фильтрации воздуха на полную. Оно и правильно! А то мы тут уже от этой дыхательной смеси на двух нариков стали похожи! Ржем без причины, и лыбимся, как идиоты.
Точнее один нарик — я! Чаку как бы, не до смеха сейчас. И он скорее стонет, чем смеется. Все же семь «Жи» это вам не шутки! И его поломало и по уродовало, как черепаху. Рожа распухла, внутри есть микро разрывы, и вообще… плохо парню! Плохо! Как только до мед-отсека дошел — ума не приложу.
А я… дав ему наркоз, сам его нанюхался. Нет, я не прекратил делать необходимые операции для облегчения страданий, и продление жизни, подключать оператору, и делать инъекции, попутно отдирая буквально вросшуюся в некоторых местах в кожу одежду, но на «хи-хи» — пробило знатно!
— Аня… хи… Эхе, ке-хе! — подавился — так… Хъыгде… кехе! Была?
— Я, в отличие от вас, обалдуев, делами занималась! — проговорила она суровым тоном, опуская свою попку на соседнею койку.
— Ик! И какими? Молчишь? А мы вот…