Пока они сидели на пластиковых стульях и ждали, усталость, какой Гарри никогда раньше не чувствовал, заполнила все его существо. В висках у него стучало от мыслей, проносящихся в голове. Ему нужно позвонить матери. Ему нужно позвонить матери Саймона. Ему нужно написать рапорт о своем отказе от допроса. Но ничего из этого он не хотел делать. Гарри хотелось забраться в постель и не вылезать оттуда несколько дней. Он хотел притвориться, что все в порядке. Он хотел вернуться в то время, когда Саймон был жив... нет, еще дальше, когда Илона сказала ему, что беременна.
Гарри закрыл глаза и сжал плечо Лиз. Она прислонилась к нему головой. Было бы так легко положить голову на ее... и попытаться забыть.
Глава 20
- Любовь - это не чувство счастья. Любовь - это готовность к самопожертвованию
Майкл Новак.
- Ненавижу зиму, - заявил Тони, глядя в большое окно кабинета Джима.
- Ты всегда ненавидел зиму?
Тони сверкнул глазами. Казалось, не имело значения, сколько раз он говорил, что ненавидит эти вопросы, это было все, что Джим умел делать.
- Нет, я не испытывал ненависти. Я никогда этого не замечал.
- Разве ты не жил в Айове?
- Я действительно живу в Айове. Это, - сказал он, махнув рукой, - не жизнь.
Джим усмехнулся.
- Значит, ты живешь в Айове и никогда не замечал зимы?
Тони снова повернулся к заснеженной местности. Яркие цветы, которые он помогал сажать, и зеленая трава, которую он помогал косить, теперь были покрыты толстым белым одеялом. Он отметил, что тротуары, которые он расчистил всего несколько часов назад, на дюйм или два покрылись новыми наносами. Черт возьми, когда он выберется из этой адской дыры, он поклялся, что никогда больше не поднимет лопату для снега. Честно говоря, он, вероятно, никогда не косил бы траву, но если Клэр нужна была помощь в саду, он был более чем готов сделать это. Звук преувеличенного кашля Джима напомнил Тони об их разговоре. Это был разговор? Это была терапия, но за последние восемнадцать месяцев это было самое близкое, что он имел к разговору, кроме тех случаев, когда у него были гости.
- В Айове есть зима, - ответил Тони. - Там снег и всякое дерьмо, но я всегда был так занят, что никогда не обращал внимания. Большую часть времени я проводил на работе или в разъездах. Погода не имела значения.
- Значит, ты не слишком много времени проводил на улице?
Тони пожал плечами, подошел к креслу и сел.
- Не до Клэр.
Мне было легче говорить о ней, чем раньше. Пока они держались подальше от дерьма в этой чертовой книге и сосредоточились на втором шансе, Тони действительно наслаждался прогулками по дороге памяти. Конечно, они заставляли его грустить, но жизнь была печальна, а Янктон - отстой. Если он все равно собирался спуститься вниз, то с таким же успехом мог думать о Клэр.
- Расскажи, что вы с ней делали на улице?
Тони закрыл глаза, и его щеки вспыхнули. Улыбка была приятной.
- Она любила гулять по лесу. У нас акры земли, покрытой деревьями. Я прожил там около пятнадцати лет, прежде чем она приехала в поместье...
- Энтони, - перебил его Джим. - Честность. Клэр приехала в поместье?
Тони вздохнул и начал снова: - Я прожил там около пятнадцати лет, прежде чем привез Клэр в поместье.
Он открыл глаза и увидел, что Джим кивает.
- Я никогда не отваживался выйти в лес. Я не хотел этого делать. Я осматривал землю с вертолета, когда купил ее. Это было единственное, что я знал о том, что скрывается за деревьями. Я знал, что ей нравится бывать на улице. Однажды, когда меня не было в городе, она стала уходить в лес не на несколько часов, а на целые дни.
- Как ты отнесся к тому, что ее не было целый день?