Сначала Тони только покачал головой, но когда он обернулся, его глаза были красными.
- Спасибо, что спас ее. Я понимаю. Два года назад я мог бы разозлиться.
Он усмехнулся.
- Я бы ... черт возьми, разозлился, но сейчас все по-другому. То, что ты сделал, прошение, деньги... свобода Клэр, ты вернул мне мою жизнь.
- Я разговаривала с Роуч и просто не понимаю, что с ней случилось. Но если ты сможешь... если когда-нибудь будет возможность спасти ее снова... мне все равно, кого ты обманешь... просто пожалуйста, ради нас обоих, ради Николь ... сделай это.
Кортни даже не пыталась скрыть слез.
- Мне так хочется обнять тебя.
Тони сглотнул.
- Жаль, что ты не можешь.
- Тони, она не знала... сначала. Как только она узнала, единственная причина, по которой она скрывала это от тебя, была ради нас.
Тони протянул руку и накрыл ладонь Кортни своей. Его карие глаза были окаймлены красным. Со своей знаменитой ухмылкой он сказал:
- Мы в порядке. Я совсем не расстроен. Я должен тебе.
Он широко улыбнулся.
- Думаю, около 100 000 долларов.
Кортни покачала головой.
- Нет...
- Нет, не должен, - сказал Брент. - И ты нам ничего не вернешь. Ты уже это сделал.
Глаза Тони вопросительно расширились.
- За последние пару лет мне несколько раз повышали зарплату. Я решил, что заслужил это.
Усмешка Тони превратилась в широкую улыбку.
- Заслужил, дружище, заслужил.
Брент наклонился вперед и заговорил тише:
- Возможно, у меня есть новости, которых ты еще не знаешь.
- Какие?
- Эмбер МакКой обвиняется в связи со смертью Саймона Джонсона.
Туман, нависшей над темными глазами Тони, свидетельствовал о его обдумывании.
- Я не понимаю. Я думал, что Национальный совет по безопасности на транспорте не обнаружил признаков взлома.
Брент пожал плечами.
- Они не обнародовали больше никакой информации, только то, что было достаточно доказательств для предъявления обвинения.
- Что происходит с «СиДжо»? - спросил Тони.