Алая печать (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

========== Кошмар начался или же это галлюцинации? ==========

Дарлин

Последний учебный год в университете права всегда представлялся мне чем-то особенным. Это же последний год, когда я смогу побыть частью моего любимого Гарварда, в который мне посчастливилось попасть три года назад, выиграв грант на бесплатное обучение. Его приходится подтверждать каждый семестр, выучивая материал так, чтобы он отскакивал от зубов даже во сне, но это того стоит.

Гарвард — это невероятное место. У нас есть абсолютно всё, о чём может мечтать любой студент. В свободном распоряжении каждого из нас находится несколько спортивных площадок, оснащённых по полной программе самыми современными конструкциями; множество различных кафешек, где можно выпить не только вкусный кофе, но и опробовать на вкус несколько видов кухни; музеи различных видов; выставки по всевозможным областям науки и искусства и многое другое, чем отличается наш вуз.

Плюс ко всему, мы живём в общежитиях или домах, предоставляемых абсолютно любому студенту. Не бесплатно, но стипендии достаточно, чтобы оплатить проживание, медицинскую страховку и всякие мелкие расходы.

— Ты чего зависла? — Элли поправляет свои белокурые локоны, укладывая их.

Элли Ларсон — моя лучшая подруга и соседка по комнате. Если бы не она, я бы точно сошла с ума в этом огромном месте. Она слишком много говорит, иногда беспричинно, но она довольно забавная. И искренняя. Очень искренняя. Её белокурые локоны идеально сочетаются с утончёнными чертами европейского личика. А эти незатейливые и огромные серо-голубые глаза сводят с ума не только мужскую половину нашего института, но и женскую. Полные губы, аккуратный носик и милая улыбка лишь дополняют её ангельскую красоту. Иногда мне казалось, что она и вправду была ангелом, сошедшим с небес.

— Это наш последний год. Хочу вдоволь насладиться этим местом. И этим домом, — встаю с кровати, подходя к большому напольному зеркалу, имеющему чёрную рамку и подсветку. Оцениваю свой внешний вид.

До уровня Элли мне далеко. Я точно не первая красавица нашего вуза, но вполне себе симпатичная и даже сказала бы, что сексуальная. У меня длинные черные волосы, опускающиеся практически до поясницы; чуть полные нежно-розовые губы и небольшой носик. Я практически ничем не отличаюсь от большинства других студентов. Разве лишь глазами. Элли всегда говорит: «Твои каре-зеленые глаза, вроде бы, совершенно обычные. Но как только бросишь хоть один взгляд на них, то уже невозможно оторваться. Есть в них что-то необыкновенное». Но она мне льстит.

Мы выходим из нашего дома. К счастью, или к сожалению, мы удостоились чести жить в Леверетт хаусе за особые успехи в обучении. Я никогда не могла понять, как у Элли выходит уделять время учёбе, да и ещё учиться на отлично, когда она ходит на свидания практически каждый день. У меня на одно лишь право уходит по три часа в день, а это только один из множества предметов, что мне приходится изучать в Гарварде.

Нас встречает кембриджский осенний воздух, насквозь пропитанный ароматами природы, а точнее цветами. Неподалеку от нашего Хауса располагается цветочный сад, являющийся одной из главных достопримечательностей вуза. Идти к нашему корпусу нужно было сквозь небольшую зелёную полянку, по обе стороны которой располагались причудливой формы кустики и металлические скамейки с фирменной гравировкой вуза. Студенты называли это место зоной отдыха, а мы с Элли любили проводить здесь вечера, любуясь на закаты. Именно отсюда было видно их во всей красе.

За лето корпус не изменился. Белые стены каменного здания встречали нас своей родной атмосферой: большие старинные окна с волшебными решётками и витражами, мозаика на стенах во внутреннем убранстве, статуэтки философов и мыслителей практически на каждом углу. За три года мы полюбили это место практически так же, как и своих родных. Институт права считался одним из лучших факультетов Гарварда, и мы гордились тем, что являемся частью этого места.

— Ну что, идёшь сегодня на вечеринку в честь нового учебного года? — Ларсон держала в руках небольшую афишу с кричащим заголовком: «Оторвемся по полной».

— Если там снова будет эта ужасная музыка, что была в прошлый раз, то я пас, — я закатила глаза, вспоминая прошлогоднее празднование. Я никогда в жизни ещё не слышала столь ужасного плейлиста. Тогда сложилось такое впечатление, что диджей включал треки с закрытыми глазами и ушами. Ну невозможно было бы включить такую ахинею, имея уши и глаза при себе!

— Нет, в этот раз обещали крутую живую музыку. Дар, — Элли ласково называла меня так. — Чего дома сидеть-то? Ну пойдём! — она посмотрела на меня своими прекрасными глазами, наигранно пытаясь изобразить всем своим видом мольбу.

— Хорошо! Только ради тебя! — я подняла руки вверх, сдавшись под натиском этих глаз. Иногда мне кажется, что я бы и сама не против сходить с ума по лучшей подруге. Она ведь и вправду ангел.

Мы расположились в просторной аудитории на третьем этаже, стены которой украшали портреты великих правоведов. Огромное пространство занимали преподавательская трибуна и около десяти рядов с местами для студентов. Мы с Элли заняли любимые места на втором ряду. Здесь было хорошо слышно и видно профессора Дэвидсона, к которому я не питала особой любви. Этот немолодой мужчина с сединой на висках и заметной залысиной на затылке, которую он всячески пытался скрывать под смешными головными уборами; хоть и был добрым дядечкой, но очень строгим и требовательным к своему предмету. К его экзамену приходилось готовиться на протяжении всего семестра, ведь он мог задать абсолютно любой вопрос из курса.

Студенты начали потихоньку собираться в аудитории, рассаживаясь по своим привычным местам. Когда аудитория была полностью заполнена нашими одногруппниками, профессор Дэвидсон предстал перед нами в своём чёрном костюме, который он носил неизменно три года подряд. Рядом с ним стоял высокого роста и спортивного телосложения шатен с аккуратной и ухоженной щетиной, прибавлявшей ему несколько лет. На вид ему было около двадцати пяти лет. Его большие медовые глаза изучали аудиторию, пока профессор подбирал слова.

— Добрый день, дорогие студенты, — манерно и громко поздоровался правовед, ожидая полной тишины. Когда она наступила, он продолжил.

— Рад всех вас видеть в здравии и в хорошем расположении духа. Этот год будет для вас решающим. Но об этом мы успеем ещё поговорить, а сейчас представляю вашему вниманию нашего нового студента, — он окинул взглядом парня, запустившего в свои густые каштановые волосы ладонь, взъерошив их. На доли секунды мне захотелось прикоснуться к этим блестящим волосам, но я тут же отбросила эту мысль.

— Стэнли Росс, — не выдержав, пока профессор представит его, кареглазый заговорил властным и сильным голосом с приятной хрипотцой. Все девушки сразу же обратили внимание на новенького, начав перешёптываться, чем вызвали у красавца насмешливую ухмылку. Даже Элли смотрела на него с взглядом, полным влюбленности, что было совсем на нее не похоже.

Мне же парень показался немного странным. Слишком уж идеальные черты внешности и до боли приятный голос. Таким голосом мог обладать кто угодно, но уж точно не обычный парень. Всего два слова, произнесённые им на всю аудиторию, заворожили всю женскую половину группы. Хотела бы я иметь такую силу.

Бросив свой взор на целую аудиторию, Стэнли Росс будто бы изучал не её убранство, а людей, пытаясь одним лишь взглядом заглянуть в их души. Когда его глаза встретились с моими, я почувствовала, как по телу медленно разливается холод, а пальцы рук немеют. Я вздрогнула, опустив глаза в тетрадь, и холод сразу же исчез. Стэнли же расположился на первом ряду прямо передо мной, отчего меня бросило в дрожь.

***

В первый учебный день нас обычно не загружали парами. Проходило лишь одно занятие по основному предмету нашего факультета и организационное собрание, где мы отмечались в журнале с помещениями и записывались на предстоящие события. Сегодня такое собрание проходило на свежем воздухе в зоне отдыха.

— Ну что, ты примешь участие в этом году в конкурсе поэтов? — подруга держала в руках свою анкету, просматривая список событий вуза, расписанный на год вперёд.

Я принимала участие в этом конкурсе три года подряд и все три года оставалась на один шаг позади первого места. Его неизменно занимал Сирил Грэйс, учившийся на факультете дизайна. Мы вечно с ним соперничали, но, благодаря своей широкой и белоснежной улыбке, он постоянно одерживал верх надо мной.

— Нужно же хоть раз обыграть Сирила, — я поставила в своей анкете галочку напротив данного мероприятия, продолжив изучать список. Всё как прежде. Конкурсы красоты между парнями и девушками. Песенные конкурсы. Спортивные мероприятия. Список оставался неизменным традициям Гарварда.

— Девушки, — тело бросило в дрожь от громкости голоса стоявшего позади человека. — Не подскажете, что это за конкурс поэтов? Услышал, что вы его обсуждали. Извините, если напугал вас, — Росс положил на моё плечо свою ладонь, от чего мне стало неуютно и очень холодно. В голове возникло странное ощущение, похожее на ощущение смерти. Что-то тёмное и очень холодное, даже леденящее, было в его прикосновении.

— Ежегодное соревнование между студентами, сочиняющими и читающими свои стихи, — я аккуратно убрала ладонь новенького, помассировав плечо в попытках его разогреть.