– Вам дороги лишь вы сами.
На губах Берта появилась грустная улыбка и тут же исчезла.
– Я помогу вам сменить платье, – голос мужчины внезапно стал мягче. Его руки потянулись ко мне, но я резко сделала шаг назад, восстанавливая дистанцию.
– Возможно, мне не нужна ваша помощь, – я говорила совсем не о платье, и он тоже это понимал, – думаю, дальше я отправлюсь одна.
Рука советника замерла. Пальцы сомкнулись в воздухе, и он опустил ее.
– Вам лучше уйти, – я не была уверена в своем решении, но понимала, что если не прогоню его как можно быстрее, то пожалею о том, что сказала.
– Если вам будет угодно, – голос его вновь стал чужим и отстраненным. Развернувшись он двинулся к выходу, но прежде чем покинуть комнату замер у двери. Так и не коснувшись ручки, Берт внезапно обернулся.
– Ивет родилась в том приюте еще когда его спонсировал отец графа Риверса. Я получил эту информацию перед отъездом и не был уверен, что это правда. Мне необходимо было это проверить.
Сказав это, он распахнул дверь и покинул комнату, оставив меня с бешено колотящимся сердцем.
Глава четвертая
Я замерла посреди комнаты, растерянно переваривая информацию, которая на меня свалилась. Родилась здесь? Что ж, это меня не сильно удивляло, но что это могло дать? О чем это говорило? Интуитивно я понимала, что это может быть важно, но не могла охватить всю картину целиком.
Покинув комнату, Берт оставил дверь открытой. Я увидела на пороге Вистана, который взялся за ручку, чтобы закрыть ее.
– Вистан, позови моих фрейлин, скажи, что мне нужна помощь с платьем.
– Хорошо, ваше величество, - покорно ответил гвардеец.
Когда дверь закрылась, я начала раздеваться. Платья, которые Дина готовила для сегодняшнего вечера, оставались вверху сундука, и я вытащила одно из них, особо не беспокоясь о выборе наряда.
В дверь постучали и на пороге появилась Элоиза.
– Гвардеец сказал, что вам нужна помощь.
– Заходи.
Элоиза тут же подошла ко мне и принялась помогать с одеждой.
– А где Анна и Мария? – спросила я девушку, удивляясь, что она пришла одна. Мне бы хотелось для спокойствия иметь в поле зрения всех фрейлин.
– Я не знаю, вероятно, гвардеец нашел меня первой… Вы в порядке?
Я поспешно подняла руку к лицу, вытирая щеку, по которой сползла слеза.
– Да, все хорошо.
– Вы выглядите грустной. Может, вы устали?
Мой взгляд упал на испорченное платье, брошенное на постель.
– Я расстроилась, что испортила такое красивое платье.
– Это ваше любимое платье?
Я смогла взять себя в руки и подавить собственные слезы, которых и вовсе не должно было быть.
– Да, это мое любимое платье.
– Возможно, его еще удастся спасти слугам или же сшить в точности такое же.