— Изучишь, если будешь стараться, — заверил его Макс, и указал на дуб. — Если я передам тебе энергию, и мы подожгем вот это дерево-переросток, сможешь направить огонь так, чтобы он никуда не перекинулся?
Патрик задумчиво почесал затылок.
— Господин, такое под силу лишь настоящему магу, — прокряхтел Дряхлый. — Говорю вам, Патрик сам перегорит, и пламя не сдержит. Ежели верховой пожар пойдет? Погорим! И лесопилка наша, и деревня! Все погорит!
— Почему же так говорите, деда? — насупился мальчишка. — Помните, как мой дед говорил, что я самый сильный в роду!
— А-а-аййй! — поморщившись, махнул рукой старик. — Много ли мог сказать деревенский кузнец? Любил тебя сильно, вот и казалось ему, что ты самый-самый. Обычное ведь дело, когда родители приписывает своим недорослям достоинства, коих у тех и не было никогда. Или были, но мизерные. Так что, я бы на твоем месте…
— Дед говорил, что я по способностям могу стать самым настоящим магом! — с вызовом перебил его Патрик. — И пламенем меня управлять учил! Пусть не на таком расстоянии, и не со столь здоровым в размерах, но научил! В ауре господина много энергии, так что я вполне могу справиться.
— … оказывается, могли давно лесопилку отбить от мелких тварей. Видно, теряет хватку Дряхлый… — краем уха поймал Макс голос одного из крестьян, тихо делившегося своим мнением с соседом, и решил положить конец спору:
— Прекратили прения! — гаркнул он. — Дряхлый, если ты до сих пор сам не догадался, как отбить лесопилку, то не надо другим ставить палки в колеса! Патрик, сейчас расскажешь, как передать тебе силы, а вы, — указав пальцем на рыжего, Макс кивнул в строну телеги, — для начала загрузите хворост в телегу, — после чего досконально объяснил крестьянам порядок их действий, в процессе даже поспорив с рыжим по некоторым деталям наспех сверстанного в голове плана.
Вот ведь практичный мужик оказался! Эдакий крепкий хозяйственник, привыкший все продумывать до мелочей. Дряхлый же от обсуждения самоустранился, обиженным сычем заняв позицию дальше по дороге.
Закончив с разьяснительной работой, Макс застал Патрика рядом с начерченной на земле звездой, точь в точь повторявшей ту, с помощью которой производился обряд наложения печати.
— Я готов, господин!
— Что мне делать? — Макс обошел вокруг магического рисунка, неожиданно для самого себя обнаружив некоторые сомнения, о которых до сих пор как-то не задумывался.
А вдруг что-то неполучиться? Вдруг что-то пойдет не так, и произойдет нечто страшное? С него вполне хватило и одного раза, когда ему казалось, что он находится на полпути в страну предков.
— Ничего сложного, господин, не требуется. Хотя… — Патрик замешкался. — Вы еще ауры не видите?
— Нет.
— Тогда чуть сложнее. Встаньте в одну из вершин пиктограммы, расслабтесь, и мысленно представьте, что собираете всю энергию своего тело вот здесь, — мальчуган коснулся солнечного сплетения. — Когда я скажу, представьте, как толкаете эту энергию ко мне. Остальное же я сделаю сам, — Патрик вступил внутрь рисунка. — Главное, не волноваться.
— Энергии-то во мне хватит? — кольнуло Макса очередное сомнение.
— Хватит, и еще много останется. По объему ауры вы намного превосходите меня. Эвон, сколько линий ее прошивают!
— Что за линии?
Патрик почесал затылок, по всей видимости, что-то припоминая.
— Э-э-э… дед говорил… А! Вспомнил! По умному их энергетическими каналами называют! По ним энергия ваша ходит. Еще какие-то функции вроде есть, но дед вскользь о них упомянул. Не помню уже.
— Ладно, — вздохнул Макс, занимая указанное мальчуганом место. — Давай пробовать.
Прикрыв глаза, и сосредоточившись, попытался полностью абстрогироваться от окружающего мира.
Удалось лишь с третьей попытки — мешал фоновый шум, сочетающий в себе переговаривающихся между собой крестьян, шелест перекладываемого ими хвороста, и всевозможные звуки леса. Зато дальше пошло куда легче. Максу не составило труда прочувствовать все частички своего тела, вообразить, как из них пошли ручейки энергии, по ходу движения объеднявшееся между собой и создававшие маленькие речушки, впадающие в районе груди в некое озеро.
— Ну как, господин? — точно сквозь пелену пробился до его сознания голос Патрика.
— Вроде получается, — не открывая глаза, прошептал Макс. — Что дальше?
Последовавшее легкое касание в области грудной клетки чуть не выбило Макса из состояния транса, и ему стоило немалых усилий, чтобы сохранить концентрацию.
— Попробуйте передать энергию мне.
Из воображаемого озера вырвалась бурная река, стремительный поток которой понесся в сторону тщедушной лапки Патрика, лежавшей на могучей груди ситаха. Миг, и ее «воды» достигли цели, вызвав слабый вскрик мальчишки:
— Ааай! Не столь много!