Я успела схватить Кору за руку и отвести вверх, прежде чем она нажала на курок. Раздался выстрел, Кора ахнула, бросила пистолет и закрыла лицо руками. Мама даже не моргнула. Подошла к квадроциклу, бросила сумку на заднее сиденье рядом с Мишелем и села на место Пола.
– Вперед, – велела она Виоле.
– Мам, – вмешалась я.
– Поехали! – повторила она резче. – Здесь небезопасно!
Виола послушно вдавила газ в пол, и квадроцикл, резко развернувшись, нырнул назад в лес. Все-таки Виола круто водит! При других обстоятельствах я бы даже позавидовала.
– Где ты научилась так водить? – спросила я.
– Сказала же: папа не одну тебя учил, – ответила Виола.
Папа. К горлу подступил ком. Я оглянулась на маму: та подобрала брошенный Корой пистолет и вертела в руках. Она еще не знает, видимо. Она теперь вдова, а мы с Виолой наполовину осиротели. Можно рассказать ей обо всем прямо здесь, в лесу, пока мы убегаем от монстров, которых никогда прежде не видели, о чьих повадках ничего еще не знаем, или подождать, пока мы вернемся домой – и выложить все на глазах у ребят, которых она даже не знает. Что так, что так – дрянной расклад.
– Это ты подпалила бок тому бегемоту? – спросила я, обернувшись назад.
– Мне нужно было спугнуть стадо, – ответила мама, запихивая пистолет за ремень. – И ты их видела, да?
Я кивнула.
– Что это за существа?
– Не знаю, – поморщилась мама. Ну еще бы – великому ксенобиологу не знать обо всех монстрах вселенной стыдно, по ее мнению. – Ничего подобного не встречала. Они появились со стороны гор – похоже, выбрались с того шаттла, что там разбился.
Я снова молча кивнула.
В глазах у мамы – смертельная усталость, и я поняла, что она знает. Наверное, так лучше – уже не нужно мне говорить ей, что папа умер. Но облегчения нет – напротив, такое ощущение, что у меня что-то украли, будто это было последнее, чем мы могли бы поделиться как семья. Все тело у меня ноет от стресса, страха и надвигающейся скорби. Скоро все это ударит по мне одним большим залпом, и я стану совершенно беспомощной и бесполезной, когда это случится.
– Будьте сильными, – шепнула мама. – Никто не ожидал, что так выйдет, и, боюсь, вам сегодня придется узнать много такого, о чем вы знать не захотите… но, прошу вас, будьте сильными. Если сдадитесь – погибнете, а я не могу потерять и вас тоже. Только вы у меня и остались.
– Мы с Виолой тебя не бросим, – ответила я. Мама снова поморщилась, будто что-то в моих словах причинило ей боль. – Папе удалось послать нам видеосообщение с борта того корабля. Это была запись. Не знаю, как давно она сделана. Он сказал, что ты должна мне что-то сказать, что пришло время мне узнать что-то – как-то так. О чем он говорил?
Неужто в ее глазах вспыхнул страх?
– Подожди, пока мы вернемся домой, – сказала она и отвернулась. И вдруг рассмеялась. – О, никогда не думала, что мне придется это делать одной. Черт побери, Джон, чем же ты только думал?
– Кто-нибудь объяснит мне, что тут, блин, происходит? – вмешался Мишель. – Вы же самый крутой биолог в колонии – хотите сказать, что эти твари незнакомы вам? Они убили Пола. Почему не вас? Почему не эту белобрысую? – Он ткнул пальцем в сторону Виолы.
Я готова была взорваться, но вопрос-то, если подумать, хороший. Виола стояла перед монстром вплотную – и он почему-то не тронул ее. Но по логике вещей…
– Пыльца! – вдруг догадалась я.
Мама, воздев брови, уставилась на меня.
– Что?
– Он не тронул Виолу из-за пыльцы, верно? Мы используем ее, чтобы сбить со следа львиных червей. Пыльца маскирует запахи. Та тварь не тронула Виолу потому, что в воздухе было полно пыльцы – она ее учуять не смогла. – Меня охватил азарт. – Виола, а ведь подумай! Надо собрать пыльцы побольше. Распылим ее над домом, и…
– Нет, – мягко перебила меня мама, – дело не в пыльце.
– Но монстр же не тронул Виолу!
– А вашего друга – убил, хотя тот тоже бежал через облако пыльцы. Я знаю, как сильно ты хочешь найти простой ответ, дорогая, но правда тебе не понравится. – Мама огляделась по сторонам. – Мы почти дома – держитесь крепче, и я все объясню, как только мы доберемся…
– Но мам!
– Я обещаю – я объясню все.