- Нет. С вами лично мы не знакомы. – Загадочно произнесла она. – Я знала вашу мать.
Оливия, подобралась, всматриваясь в черты женщины, но так и не находя ответов на вопросы. Что ей известно?
- Вы, наверное, обознались. Моя мать находится в другом округе. – Слукавила девушка, следя за реакцией женщины.
Незнакомка же, не собираясь прощаться, села на траву, вытягивая ноги и закидывая голову, чтобы рассмотреть стеклянный потолок.
- Ваша мать погибла при разрыве. Так что я не ошиблась, Оливия. – Женщина вновь посмотрела на портрет, продолжая. – И сестра ваша мертва, как вы считаете.
- Кто вы такая? – В голосе непроизвольно прозвучали враждебные нотки, а рука потянулась к поясу, где обычно находился пистолет. Вспомнив о выходном, Оливия аккуратно опустила руку на термос.
- Не беспокойтесь. – Незнакомка спокойно прокомментировала движения девушки. – Я вам не враг.
- И мне следует так просто поверить вам?
- У вас нет выбора, дорогая. – Вернули в ответ, улыбаясь. – Кроме того, я столько лет хранила вашу тайну. Зачем мне раскрывать ее сейчас.
- Зачем тогда вы пришли ко мне сейчас? – Подобралась девушка, из-под ресниц наблюдая за группой студентов, спешащих по алее в сторону выхода.
- Затевается большая драка за власть, а я единственная, кто может хоть как-то повлиять на это. Но не суть. – Женщина скрестила ноги, резко повернувшись к Оливии и положив руку на альбом, тем самым заставляя дернувшуюся девушку сидеть. – У меня для вас послание от вашей матери.
- Ну так дайте мне его. – Сквозь зубы прошипела девушка, глядя в светлые глаза.
- Когда тебе понадобится ответ на вопрос, когда на кону будет стоять все, что тебе дорого, ты сама придёшь ко мне. – Не обратила внимание незнакомка на выпад, поднимая указательный палец к губам. – Я буду ждать в Доме цветов на Вишневой улице.
Женщина улыбнулась и Оливии показалось, что в глазах ее плещется веселое безумие. Она хотела было встать, но незнакомка аккуратно обхватила ее голову руками, резко придвинувшись, пока ее горячие губы не прикоснулись ко лбу Оливии.
- Спи дитя. – Тихо прошептала женщина, помогая опуститься теряющей сознание девушке на мягкую траву.
Женщина еще раз посмотрела на незаконченный портрет, аккуратно вырывая лист с альбома и пряча сложенную бумагу в карман. Кончиками пальцев пригладила выбившийся медный локон Оливии и встала, не торопясь направившись на выход из Большого сада. Как только она вышла за кованную ограду парка, Оливия раскрыла глаза, глядя в стеклянный купол.
- Неужели заснула? – Удивленно спросила она себя, пальцами прикоснувшись ко лбу.
Девушка поднялась, сев на траву и оглядываясь. Странно, у нее возникло такое знакомее чувство, будто бы здесь был кто-то важный. Будто бы мама поцеловала ее, мягко прижав к себе и погладив по голове. И вместе с тем сердце колотилось как бешенное, грозясь выпрыгнуть с груди. Оливия встряхнула головой, приказывая себе успокоиться. Коммуникатор показывал час по полудню, а значит она неплохо проспалась. Под рукой лежал оброненный альбом и карандаш.
- От куда это непонятное ощущение? – Девушка провела рукой по чистому листу, беря в руки карандаш. Всего за час, будто бы рисовала этого мужчину не в первый раз, не задумываясь о пропорциях и правильности линий, на бумагу лег портрет Юлиана. Кажется, Оливия очнулась, когда странный запал пропал, но портрет так и не был закончен. – Так… Главное не терять разум. Девушка захлопнула альбом, так и не закончив и, собрав рюкзак, направилась на выход. Ей вдруг захотелось пройтись по улицам города, пока окончательно не стемнело.
В преддвериях заката город менялся. Зажигались вывески на стенах зданий. Заканчивали день рабочие кварталы и начинали кварталы развлечений. Некоторые улицы жили лишь ночью, зазывая трудяг в тесные бары и лавки. Выходили на работу жрицы любви, приглашая мужчин в свои объятья, маня короткими яркими нарядами. Открывались салоны с самым разнообразным спектром услуг от простых парикмахерских до мини салонов модуляции и коррекции внешности. Оливия спокойно шла по одной из самых оживленных улиц города, разглядывая витрины магазинов. Огромные светодиодные рекламы, голубой яд планеты, кричали о необходимости приобрести ту или иную инъекцию, купить платье или кухонную утварь. Кто-то случайно задел девушку, проходя мимо и Оливия отвлеклась от сверкающей витрины. Взгляд проследовал за компанией мальчишек, веселящихся у афишной тумбы, и зацепился за знакомое лицо. Дин стоял буквально в нескольких метрах от нее, прислонившись к стене бара с небольшим пластиковым стаканом.
«Ну надо же, - Подумала Оливия, наблюдая как напарник высыпает сахар с тонкой бумажной трубочки в стакан, - а еще кривился, когда я ему сладкий кофе сделала».
Девушка сделала шаг в сторону знакомого, но тот, даже не посмотрев в ее сторону, оторвался от стены и быстро направился по улице в обратном направлении. Оливия, все же намереваясь догнать его, быстро зашагала следом, огибая прохожих. Она очень удивилась, когда недавно купленный напиток был отправлен в мусорный бак и даже растерянно притормозила, следя за удаляющимся напарником. Тем временем Дин свернул на боковую улицу и вовсе пропал из виду. Неприятное чувство тревоги вновь забилось внутри, чтобы взреветь сиреной, когда позади и где-то над головой громыхнуло. Оливия, тут же присела, закрывая голову от острых осколков стекла, посыпавшихся сверху. Кто-то закричал и, придя в себя, девушка кинулась назад по улице, в то время как остальные метались в панике. Добежав до места взрыва, девушка остолбенела, закинув голову вверх. Несколько верхних этажей элитного здания горели. На сколько она знала, там располагался один из самых популярных ресторанов города. Из здания выбегали сотрудники, но, попадая в обезумевшую толпу, которая сбивала их, падали на землю. Еще несколько хлопков прозвучало откуда-то сверху и на спешащих людей начали падать тонкие белые листы бумаги. Люди на какую-то минуту замерли, наблюдая за странным происшествием. А следом, как только листовки достигли их, начали вылавливать бумагу с воздуха. Оливия, в числе многих, повторила действия, всматриваясь в яркий красный заголовок: «А где наша свобода?». Ниже была напечатана фотография, увидев которую, девушка непроизвольно сжала руку в кулак, сминая бумагу. Взвыли сирены.
- Да как они смеют! – Закричал кто-то в стороне.
- У нас есть право на свободу! – Подхватило несколько голосов.
Здание полыхало, но никого уже не волновало это. Градус общественного возмущения близился к критическому. Люди ругались, оскорбляли власть, кто-то выл от боли, кто-то звал на площадь. Оливия видела, как огромная пожарная машина застряла где-то в начале улицы без возможности проехать к горящему зданию. В толпе замелькали знакомые мундиры стражей порядка, призывающие людей расступиться. Но взбешенные граждане, начали сопротивление.
«Надо выбраться», - подумала девушка, попытавшись пробиться сквозь толпу.
- Помогите! – Кто-то схватил за лодыжку, от чего она чуть не упала.
На земле лежал мальчишка, стараясь прикрыть одной рукой голову и подняться на ноги. Но его все время кто-то сбивал. Не думая, Оливия бросилась к нему, помогая встать. Перекинув руку паренька за шею, что бы он смог держаться, она медленно пробиралась сквозь толпу. Сзади послышались характерные звуки драки, но лейтенант уже практически добралась до цели. Люди разбегались, а потому идти стало немного легче.
- Сюда! – Несколько машин скорой помощи стояли не далеко от медленно продвигающейся пожарной. Как только удалось выбраться с толпы, медики приняли парня. – Видимые повреждения мягких тканей лица, серьезный ушиб на темени. – Принялись за парня медики, попутно помогая другим выбравшимся пострадавшим.
- Все в порядке. - Отмахнулась Оливия, от принявшегося рассматривать и ее медика.