Тогда война была неизбежностью. Теперь ее можно избежать. Но цена высока. Не трогать красивую графиню. Кто бы подумал, что на свадьбе нового друга его будет ждать такое искушение.
- Жена человека! - шептали, лукаво скорчившись, лица на котле. - Напои нас ее кровью, и мы дадим тебе такую силу, какой ты еще не ведал.
Зачем ему это? Он и так был достаточно силен. Когда-то он победил в честном бою их всех, но радости и гордости не ощущал. Держать побежденных в миниатюре, как в плену, тоже оказалось неприятно.
- Лети и узнай, как дела у наших новоиспеченных друзей и союзников из рода людского, но только никого не обижай, - скомандовал он Паку.
Тот что-то обиженно пропищал, но все равно полетел исполнять приказ. Никто из волшебных существ, даже тех, которые прибыли под его знамена когда- то по собственному почину, не имел теперь права ему не подчиняться.
Оставшись один, Дагда отмахнулся от назойливых бесплотных советчиков, вечно зовущих его из темноты, и представил себе Амаранту. То, как легко, будто паря над землей, она спешит через неф к алтарю. Его платье воздушное и легкое, как крылья мотылька. Белокурые локоны спускаются до пояса. Фрезии и камелии из свадебного букета рассыпаются по полу. Облачный храм вполне ей подходил. Он мог стать местом ее обитания. Она сама похожа на облачную фею. Такие создания когда-то и прогнали его с небес. Так почему его к ней так влечет?
Дагда с силой сжал руку в кулак, так чтоб стало больно. Он попытался представить себе Ангуса. Граф пригож, как летний эльф, достаточно силен и натренирован в бою, чтобы дать отпор, кому угодно. А еще он умен - редкое качество для рыцаря. Кто из них сейчас грамотен? Но Ангус спознался близко не только с ристалищем, но и с библиотекой. Его стоит уважать. Он начитался о волшебном народе и сумел с ним поладить. Мудрый смертный! Будь он бессмертным и стал бы правой рукой волшебного правителя.
Дагда испытывал симпатию к нему. Но камнем преткновения внезапно стала его жена. Что за шутка судьбы? Взбрело же этому доброму молодцу жениться на заморской красотке вместо того, чтобы выбрать невесту в своем графстве. Или это все проказы Медеи Шаи, которая прослышав о необычной свадьбе, куда между прочим не позвали ее саму, решила подменить девушку одной из своих фей? Если так, то настоящая Амаранта давно уже лежит в овраге со свернутой шеей или томиться в магической клетке, а воздушный дух притворяется ею.
Дагда тут же отмел эту догадку. Вряд ли! Девушка точно из человеческого рода. Поэтому и кажется таким поразительным то, что к ней привязалась волшебная птица. Обычно такого не случается. Этти свободолюбивые и мудрые создания не приемлют людей.
Котел снова зашипел. Кажется, он наполнился бурлящей кровью, которую между прочим сейчас никто не проливал. Она закипела, тысячи голос зашипели свои требования из красной жижи, которая, как тесто на дрожжах все поднималась и вдруг осела. ННа дне котла остался один драгоценный камень размером с женскую голову. Дагда вынул его и впервые за вечность вздрогнул. Это была голова Амаранты. Кто посмел? В нем все перевернулось. Захотелось раскрошить и страну смертным, и свою собственную голыми руками.
Но голова оставалась неподвижной всего миг. Вдруг она дернулась, перевернулась в его руках и одарила его такой наглой и лукавой улыбкой, которая никак не могла принадлежать Амаранте. И в самом деле черты миловидного личика начали разительно меняться, превращаясь из человеческого в эльфийское.
- Простите, государь! - чьи-то руки забрали голову, поиграли ею, как мячом и приставили назад к собственному безголовому телу. Квентин любил так шутить. С тех пор, как Медея Шаи отсекла ему за какую-то провинность голову, а он после так и не умер, он естественно был охоч подразнить раздосадованную королеву фей и играл своей головой, будто шариком для кеглей. То снимал, то надевал, то подкидывал в воздух. Как он это делал, черт его знает. Верно, одно, крепко голова на его плечах не сидела никогда. Как в прямом, так и в переносном смысле. Иначе б он никогда не вступил на пиру в дебаты с самой королевой и не оказался на плахе.
- Тебя прислали из Корунда?
- Из королевства фей, - деловито поправил Квентин. - Не люблю называть его иначе только из-за силы громадного драгоценного камня, от которого все мы якобы зависим.
- Что хочет твоя государыня?
- Она естественно обиделась, что ее не позвали на свадьбу.
- Я полагал, она не выносит общества смертных, а тем более их развлечения.
- Да, но если уж речь зашла о свадьбе, где кроме людей среди приглашенных числятся представители высшей расы, то не пригласить и королеву фей было явным невниманием. Она весьма раздосадована.
- Я сам был всего лишь гостем и лишь потому, что заключил союз. Не в моих силах было внести ее в списки гостей.
- Но в ваших силах было посоветовать. Местный граф вас слушается, как собачонка.
- А ты представь, что было бы, если б злая коронованная фея прибыла на человеческую свадьбу на своем верном черном драконе. Где мы разместили бы его?
- Собор вроде большой, - поймал на слове Квентин. - С драконом проблем бы не было. А вот с тем, что Медея Шаи вцепилась бы в волосы невесты, которую посчитала соперницей. Та бы облысела и обожглась от ее когтей.
- Не думал, что твоя государыня планирует заполучить смертного графа.
- Нисколько. Она желает заполучить вас. Кстати, она спрашивала, когда планируется объединение двух королевств, эльфийского и фейского, с помощью вашей свадьбы. На нее тоже пригласят смертных? Она сама составит список.
- За свой острый язык ты и лишился однажды головы!
- Я серьезно! Она действительно намекала, что вам пора пожениться.
- Она намекает на то уже полстолетия.
- Пока, увы, безуспешно. Такой правитель, как вы, смирил бы ее настолько, что она перестала бы вымещать на нас свое вечное недовольство, и мы бы зажили почти, как в раю.
- Да ты всюду ищешь лишь свою выгоду.
- Разумеется!