В тот раз мы подобрали совсем немного мелких осколков, в первую очередь нужно было дотащить домой тушку козла.
Шествие впечатляло. Впереди с факелами и оружием Тимур и Илья. Позади Женька и Олег тащат обратно лестницу и страхуют. По бокам Лёва и Андрей «дымят». И мы с Николаичем вдвоем волочем этот «опасный груз» по камням и буеракам почти в полной темноте. Думаю, если кого из хищников мы вначале и привлекли, то потом громкий и смачный мат в исполнении Николаича разогнал всех в округе.
Николаич с Ильей заготавливали древесину. Рубили и обтесывали доски. Но попутно уже придумывали конструкцию пока небольшой лодки. Кажется, кризис нервных срывов уже прошел. Все адаптировались к новому для себя миру.
Лёвочка тем временем продолжал причитать, что не может изготовить стеариновые свечи, и приходится довольствоваться тем, что имеем. Вообще-то свечи мы еще не изготовляли. Масляные лампы нас вполне устраивали. Но в данной ситуации свечи требовались для другого дела.
Идея насчет посадки фиников пришла в голову Федорову, когда Лёва уверенно сообщил, что часть пальм, увиденных нами в рощице, были очень старыми, и потому на них не висело плодов. Мол, взгляд художника распознал схожие листья. И в следующий раз, если захотим рубить, стоит брать старые растения, что уже не будут плодоносить. Такая новость всех обеспокоила, и мы с посадочными планами согласились. Плюс вырыли молодые побеги от пальм и тоже высадили вдоль линии гор.
— Действительно интересно, как у него это получилось, — произнес непонятную фразу Тимур. А потом подобрал небольшой булыжник и с силой чиркнул по валуну, выбивая сноп искр, что ранее удивили меня.
Главное, что парни не хандрили. Каждый уже нашел для себя занятие. Олег, как и я, в основном, занимался выделкой шкур. Тим, кроме охоты, увлекся столярным делом. Про Лёву и говорить нечего. Тот буквально фонтанировал идеями.
На охоту мы отправились на запад к обрыву. Потом спустились вдоль скального гребня к реке. Там козлов и встретили. Хотя зима здесь была теплой, эти животные все равно нарастили хорошую шерсть. Именно эту разновидность мы еще не встречали. Пусть я и не особый знаток, но ориентировался по форме рогов. Огромный самец, завидев нас, грозно стал бить копытом, явно предупреждая, что стая под охраной.
И уже, чуть отдышавшись, выбирались из спальни. Собственно, Тим просыпался, заслышав шаги Николаича или Женьки. Те вставали самыми первыми. Растапливали печь в бане и под навесом. Воду и дрова мы оставляли с вечера. А утром мужчины спешили нагреть воды, чтобы дать возможность помыться любимым мальчикам после утреннего секса.
Следующий день после похода был объявлен выходным, а потом мы вернулись к заготовке древесины и работе с деревом. Лёвочка еще зимой попросил помочь ему собрать простейший гончарный круг. Крутил он свою конструкцию примитивно — ногами. Но изделия теперь получались на загляденье ровными и аккуратными.
Еще Андрей наловчился готовить баранину. Теперь он мариновал баранину в смеси соли, кислых ягод и тех специй, что у нас имелись. Выдерживалось мясо два дня. Оно становилось мягким, а специфичный запах почти не ощущался. Тимур беременных самок не убивал. Так что приходилось брать самцов. Но тоже выбирали некрупных. Ходили на охоту и за козлятиной. Это уже сам Тимур в начале зимы проявил инициативу, мотивируя, что к зиме шерсть у козлов должна быть хорошая.
— Кремень, — коротко сообщил Тим.
В общем, пчел мы принесли. Олег потом все это гнездо аккуратно с палки стянул и как-то уже без особого благоговения плюхнул всю эту массу с воском, пчелами и чем-то еще в улей. Крышечкой закрыл и сообщил, что можно отдыхать. Мол, пчелы сами разберутся с новым местом жительства.
— Ты смотри, аж искры выбивает! — восхитился я козлиной мощью.
Дни рождения почти всех парней уже отметили. Только Николаича пропустили. У нас на тот момент еще не было привязки к календарю.
А еще Андрей решил часть финиковых косточек посадить. Мы же на месте огорода пальмы вырубили. Пусть это другие сорта, но изначально эта почва и влажность для пальм годилась.
Свечи уже через час стали напоминать «самих себя». Мы же с Тимуром должны будем потом этот сюрприз от именинника припрятать. Такие маленькие праздники стали для нас своеобразной отдушиной. Удивительно, как в наших условиях можно что-то придумать. На мой день рождения Тим устроил СПА-процедуры в бане, с массажем и обилием секса.
Простейшая конструкция, состоящая из педали и орясины, дала невероятный для наших условий результат. Вначале Тимур хотел вытачивать для себя болты к арбалету, чтобы не расходовать на мелкую дичь или тех же крокодилов патроны. Но сама идея Тимура увлекла. Он выточил веретено и стал еще всякие поделки вроде посуды точить. Плошки, мисочки, стаканчики из древесины оказались очень даже удобными в быту.
Собственно, на первом огороженном участке мы только картофель с помидорами посадили. А укроп, кинза и болгарский перец росли, где только можно. И рядом с домом, и вдоль плетня огорода, и на террасе.
Я же любил брать Тимура с долгой прелюдией, поцелуями и минетом. Оттого получался у нас такой секс только вечером. Или не получался. Если уставали так, что только до постели добирались, то уже ни о каких дополнительных физических упражнениях и речи не шло.
Саму ветку, на которой пчелиная семья слепила гнездо, пришлось рубить. Вначале поставили лестницу, что притащили с собой, потом полотенцем обвязывали ветку и рубили. И поволокли к дому, как ту бомбу замедленного действия.
— Может, еще география, вернее, раздел геологии, — поддержал я Тима.
Между прочим, на день Весеннего равноденствия с погодой необычайно повезло. Попутно проверили свой календарь. Совпал идеально. Но Лева мечтал потом «Стоунхендж» устроить. Это чтобы на всякий случай иметь дублирующий календарь. Человеческий фактор никто не отменял, и мы элементарно могли забыть сделать запись о прошедшем дне.
Правда, теперь Лёва и Тим старались перещеголять друг друга, соревнуясь, у кого посуда получится красивее и удобнее. Николаич, глядя на это, только хмыкал, но полочки дополнительные в нашей зале повесил, выставляя на них особо удачные экземпляры.
Тим же пока через прицел снайперки высматривал менее увесистую жертву. И когда грохнул выстрел, то животные бросились врассыпную. А вот Тим отчего-то пошел не в сторону туши, а тому месту, где раньше стоял вожак.
Для создания иллюзии того самого СПА-салона мой любимый бегал чуть ли не до перевала (не один, конечно), наломал веток хвойных деревьев, потом заварил их и этим ароматом пропитал помещение бани.
Женьке через три дня исполнится двадцать пять лет. И Лёва решил наши нехитрые закуски украсить двадцатью пятью свечами. Парнишка накрутил фитилей из волокон пальм примерно по десять сантиметров длиной. Закрепил на палочках. И теперь поочередно опускал в теплый бараний жир. Дожидался остывания и повторял процедуру.
Хранил запасы фиников наш хомячок в малых корзинах на чердаке. И выдавал эту сладость только по праздникам. А сладенького порой очень хотелось. Хотя Олег все же отследил то место, где обитали пчелы. Оттого предлагал заняться пчеловодством. И даже уже начал улей конструировать, чтобы потом перенести в него пчел. Основная загвоздка была в том, что эту авантюру лучше проводить ночью. А мы как-то по ночам из дома опасались выходить. А тут переться по горам, да еще в темноте.
Илья поначалу ворчал, встречая утром голый народ перед баней. Потом перестал. А смысл одеваться, если все равно придется все снимать? Да и кого стесняться? Иногда по утрам мыться в баню заходил Николаич. Парни обычно деликатно помалкивали, поскольку и так понимали, кто в это утро был топом.
Погреб в доме у нас тоже имелся. Хороший, с вытяжкой, с цементным полом, с полками и крючками под продукты. Это была вотчина Андрея. Хомяк в свои владения не пускал никого. Мы картофель увидели, только когда опять сажали огород. Между прочим, гороха у нас имелось столько, что огород пришлось расширять.