Исход (самиздат): читать начало книги онлайн

Но так уж сложилось, что мне довелось пересечься с Лю Ю, и мы поняли, что можем быть друг другу полезными. Как оказалось, я мог очень сильно помочь господину Багуа, а они, в свою очередь, мне, потому как, спасибо местным законам, я с эльфой застрял на этом острове, в то время как мой корабль стоял опечатанным в воздушной гавани под усиленной охраной. Ну а моё обучение юной падаванши… ну так надо же мне было хоть как-то легализоваться и где-то жить с Янкой? Да и вообще, здесь не богадельня, так что деньги мне тоже были очень даже нужны, особенно учитывая тот факт, что эльфа наотрез отказалась продавать наднебесникам что-либо из наших, точнее, моих материальных ценностей.

– А какой второй вариант? – спросил я, когда молчание затянулось, а мой собеседник, казалось, впал в прострацию.

– М-м-м? Гх-м! Ну да, – очнулся господин Багуа. – Скажи, мастер Ли Си Цин… А ты на сто процентов уверен, что сможешь победить на Большом Императорском Турнире?

– Абсолютно, – просто ответил я, и собеседник кивнул чуть раньше, чем лингва-модуль закончил перевод, так что, скорее всего, он всё понял по моему тону.

– Хорошо, – словно принимая какое-то решение, сказал сидевший напротив меня мужчина, – а, кстати, скажи, мастер Ли. Тебе нравится Юнь Ми?

– Ну… Хорошая девочка.

– Вот и ладно, – вновь кивнул господин Багуа, а затем, посмотрев мне прямо в глаза, произнёс: – Женись на ней! Так ты станешь Шень, и ни Глава, ни Совет не смогут отказать тебе в праве участвовать в наших клановых состязаниях!

Мегаджонка, появившаяся на пути нашего героического парусника, оказалась патрульно-штурмовым кораблём Наднебесной Империи, устроившая засаду на замеченные ещё накануне рейдерские недоразумения ацтеков. Мы, как оказалось, интересовали их мало. Во-первых, наше судёнышко было сугубо гражданским, к тому же сильно устаревшей конструкции, да ещё по его движению видно было, что им практически не управляют, и летит оно фактически само по себе. Ну, а во-вторых, наднебесники не сомневались, что заинтересовавшиеся нами посудины краснокожих в любом случае займутся абордажем, проведут сцепку и перебьют команду. Вот тогда-то хитрые аборигенные азиаты и намеревались навалиться на них, покуда лоханки представляют собой малоподвижную групповую цель, и быстренько восстановить справедливость. То есть всех убить и трофеи захватить, что куда как выгоднее, нежели гонять свою огромную посудину за каждым рейдером в отдельности.

Произошедший же бой, в котором за полминуты погибли все науанские суда, заставил воздухоплавателей пересмотреть свои планы в отношении наших персон, а так как мы продолжали двигаться в сторону их границы, начать шевелиться. На деле же они уже приготовились нас сбивать. В открытых портах, которые имелись в борту корабля, на самом деле стояли вовсе не пушки, как я думал, а так называемые «Огни звёздного света». Повторить оригинальное название мне было не под силу, но по сути то были своеобразные артефактные энергетические накопители, стреляющие чем-то вроде плазмы. И вблизи они совсем не походили на привычные мне корабельные орудия, а напоминали примитивные телескопические трубы с прилепленным сбоку кристаллическим шаром, установленные на четырёхлапые тумбочки.

В любом случае они не понадобились. Капитан проявил мудрость, решив не начинать первым военные действия, а я и вовсе не собирался ссориться с аборигенной Империей, от которой рассчитывал получить помощь. В результате же к нам на борт, пробежавшись по воздуху, перескочил парламентёр в белых одеждах и с веером в руке. Этакий холодный красавец-сердцеед китайского разлива, точь-в-точь такой же, каких эта страна экспортирует в своих компьютерных и консольных играх в роли молодых да ранних главных героев азиатского фэнтези. Кстати, у наших японских союзников точно такие же товарищи обычно выступают в роли главных злыдней и вообще желающих уничтожить вселенную и покушающихся на главную героиню сволочей!

Он что-то спросил у Янки на своём языке, та ответила, а затем вдруг указала на меня. Единственно, что я понял из речи, так это то, что она действительно представила меня гостю как товарища «Лисицына». Но при этом ещё и как Кузьму Васильевича Ефимова, и всё это с непередаваемым эльфийским акцентом, из-за которого я едва-едва разобрал своё имя.

Естественно, что для неподготовленного азиата русские имя, фамилия, да к тому же ещё и отчество оказались слишком уж сложными для понимания и воспроизведения речевым аппаратом. Хотя длинное имя с несколькими составляющими, как я узнал немного позже – явный признак высокородного в их стране, и в моём случае это, похоже, произвело определённое впечатление на переговорщика. А тут ещё пискнул автоматический переводчик, и искин радостно сообщил мне, что разговор, который я слышу, ведётся на вполне себе китайском языке «У», учжоуской ветви, на немного изменённом диалекте «Иу». После чего предложил мне подгрузить пакет и начать вносить в него корректировки для соответствия лингвистическим реалиям. Конечно же я согласился, задумавшись заодно над тем, что получил очередное подтверждение касаемо взаимных проникновений цивилизаций между мирами.

Дальше с переговорщиком-дипломатом говорил я уже сам, аккуратно задвинув Янку в дальний уголок. Честная ушастая душа хоть и была младшей жрицей своей богини и относилась к дипломатическому корпусу эльфийского государства, но тем не менее уже успела объявить себя моей безраздельной собственностью, чем сразу же потеряла сотню-другую пунктов в глазах распушившего было пёрышки хлыща-собеседника. С одной стороны, правильно сделала, обезопасив себя от возможного воздыхателя и переведя все стрелки на меня, эльфа уже прекрасно знала, что если что – за мной не заржавеет и в морду дать, устроив полный отвал башки. А вот с другой стороны, в бросаемых на меня взглядах молодого человека появились искорки ревности, недовольства и зависти.

Впрочем, тут я был человеком наученным, и как управляться с подобной шелупонью знал. Благо школу «новорусского аристократа» я постигал под руководством наставниц, ничуть не уступавших эльфочке красотой и значительно превосходивших знатностью рода. Пусть даже дома. А потому, сделав рожу кирпичом, причём не обычным, а керамогранитным, да ещё элитной марки и дизайнерской выделки, заявил, что являюсь высокородным аристократом, герцогом Российской Империи, а заодно Земли Германских Наций и прибыл в Над-небесную с неофициальным визитом.

Говорил я уверенно, лицом выражал надменность и скуку от необходимости общаться с каким-то там сыном младшего главы могущественного, пусть и провинциального, клана. Плюс мой слегка потрёпанный, но очень необычный внешний вид, что легко списывалось на долгое путешествие… Вот молодой человек слегка и убавил гонора, осторожно поинтересовавшись, а не я ли, случайно, сбил только что ацтекские посудины? Услышав честный и прямой ответ – проникся, после чего пригласил нас на свой корабль.

Именно пригласил, а не арестовал, как вообще-то намеревался поступить до этого. Никогда не понимал книжных попаданцев, которые где надо и где не надо разводят тайну относительно своей реальной личности. Вроде бы пишут авторы чаще всего про без пяти минут Воевод и Аватаров, а ведут себя их герои как откровенные тряпки. Им, видите ли, не хочется в политику и чужие интриги влезать! А потому они, вместо того чтобы сразу поставить себя на должный уровень и получить соответствующее отношение окружающих, предпочитают, чтобы их воспринимали как ничего не значащих простолюдинов и вроде бы как оставили в покое. И при этом неважно, что в тех же самых произведениях литературные герои сами постоянно ссылаются на тонны прочитанных романов, критикуя поведение коллег, вышедших из-под пера других авторов. Они из-за своей скрытности, с вероятностью в сто процентов, влипают в неприятности и в те же самые интриги, но уже на уровне практически бесправных пешек.

Как я и сказал, ареста мы избежали, как, впрочем, и моря презрения со стороны заносчивых сыновей ляо, которых на мегаджонке, принадлежащей клану Чень, было аж пятеро. Впрочем, совсем уж на слово мне не поверили, и пришлось подтвердить свой статус на особом артефакте-полиграфе, похожем на хрустальный шар. Но благо умница Инна заставила меня назубок выучить все мои титулы, а с германской стороны их было особенно много – громких и ничего не значащих, – впечатлились внезапному визиту могущественного иностранного гостя и оставили в покое. А точнее говоря, побоялись связываться из-за возможности резко получить по шапке даже не столько от меня, сколько от собственного Императора.

Впрочем, помимо положительной стороны моего статуса, нашлась и отрицательная: нас не стали неволить, не пытались обобрать до нитки и даже поместили в «достойные условия», то есть выгрузили на ближайшем летающем острове, выписав охранную грамоту, позволяющую жить, как хотим, и делать, что хотим, но только в пределах провинции Лянь Куинь. Покинуть же её мне как высокородному иностранному гостю позволялось исключительно с позволения самого Императора или по надобности Наднебесной Империи, так как дипломатических сношений между нашими странами не было! Правда, и быть не могло, но об этом знали только мы с Яной.

Другими более понятными формулировками это означало: сидите здесь и не рыпайтесь, мы наверх доложим, ну а там уже разберутся, что с вами такими красивыми делать. При этом, надо отдать должное – в отличие от аборигенов летающего острова Лянь Куинь, господа из клана Чень обладали куда как большей прозорливостью, а потому помимо нужных бумаг, не пожадничали и, войдя в положение, при расставании одарили иностранного гостя небольшой суммой местных денег «гунько». Я тоже показал свою благосклонность к их клану и, порывшись в багаже мотоцикла, порадовал парней тульским охотничьим ножом из очень хорошей стали и набором игровых карт, судя по всему, купленным тем, кто собирал меня в дорогу в каком-то уличном печатном ларьке. Вот только не стал говорить, для чего они нужны на самом деле, а слегка влив в них чистой Сансары, назвал «Амулетами на удачу».

Так в результате получилось, что мы вроде бы как устроились, но деньги, пусть по местным меркам и приличные, тут же начали таять. Местный покупает рисовую лепёшку за три медных монетки, нам продают не менее чем за десять. И так со всем, включая питьевую воду, обходиться без которой было совсем уж трудно, будь ты эльф или человек. В результате через пару недель мне это надоело. Поссорившись с Яной, которая хотела, чтобы мы сидели тише воды, ниже травы, я отправился прямиком в имперскую таможенную службу, где и устроил натуральный погром, требуя соблюдать мои права и выказывать должное уважение.

Попутно пришлось расхреначить целое подразделение стражи и четырёх мастеров Джень и Шень, чтобы ко мне начали относиться как к человеку, а не как к попискивающему хомячку. Именно тогда пришло понимание, что здесь, в Наднебесной Империи, понимают не тех, кто пытается договариваться, а тех, кто не задумываясь бьёт в морду! Культ личной силы, чтоб его!

В результате добился, чтобы меня отправили к одному из чиновников – Шень Лю Ю. Сделано это было явно, чтобы отомстить за попорченные физиономии, так как он ничего не решал, но уже здесь я вёл себя так, как в своё время с нашими власть имущими. И в результате – мы подружились.

Правда, этому поспособствовал совместный поход в местный трактир, который я предложил провести за мой счёт на последние деньги… но вмешался случай. Точнее три идиота из клана Шень, вставшие у нас на пути. Моего спутника начали оскорблять вот просто так, без предисловий. А он просто опустил глаза в землю и молчал, то смурнея, то бледнея, то наливаясь кровью. Меня просто игнорировали, а так как я уже понял основной принцип этой нации, то положил уродов на землю, а заводилу взял за глотку и чуть приподнял над мостовой, что было делом нескольких секунд.

Ну а дальше нужно было только рычать на тему «Ты меня что? Не уважаешь?» Ведь чиновник был моим спутником, и это оказалось очень правильным ходом. Гуляли мы уже на его немалые средства, а заодно выяснили, как можем помочь друг другу.

Так я оказался вхож в семью господина Багуа. Не увидел особых проблем в том, чтобы заняться обучением Юнь Ми и свёл тесное знакомство с её отцом. А заодно обеспечил нам с эльфой нормальную жизнь в их особняке, где к моей самоопределившейся рабыне относились с должным почтением. Так и жили последние полтора месяца.

– Интересное предложение, господин Багуа, но я вынужден отказаться! – ответил я, отодвигая от себя пиалу с чаем.

– Что? – даже не сказал, а скорее ахнул хозяин дома, быстро наливаясь кровью. – Да я же тебе дочь отдать готов…

– Если я соглашусь на ваше предложение, – всё тем же ровным тоном произнёс я, – дома меня назовут педофилом, арестуют и посадят в тюрьму. Вашей дочери слишком мало лет, чтобы я мог жениться на ней и…

– Предо…

– Человеком, совершившим страшное преступление, прелюбодеяния к ребёнку. Ей всего тринадцать, и брак между нами – невозможен.