Одеон. В общем, он довольно груб… и любит провокации, вам не кажется?
Данфер. О, да, совершенно согласен… и что дальше?
Одеон. Дальше ничего, абсолютно ничего.
Данфер. То есть?
Одеон. Ну, всякие вольности относительно дам. Невыносимо.
Данфер. Каких именно дам? Секретарш?
Одеон. Невыносимо.
Данфер. О своей секретарше что ли?
Одеон. Нет, о Гренель… Ей богу, это не слишком интересно.
Данфер. Нет уж, пожалуйста. Что же он вам сообщил по этому поводу?
Одеон. Точно не припомню…
Данфер. Уж, конечно, всякие глупости.
Одеон. Да, глупости, как вы говорите.
Данфер. Какие именно глупости?
Одеон. Вчера вечером мы вышли вместе, чтобы поговорить по одному из пунктов контракта, и, когда я его спросил, как обстоит дело у американцев с инфракрасными датчиками, он ответил, что лучше спросить об этом у Гренель.
Данфер. А дальше?
Одеон. Он совершенно не желал говорить о контракте, он хотел говорить только о Гренель.
Данфер. А дальше?
Одеон. Он сказал, что костюм у нее — облегающий, как никогда, и что самое время этим воспользоваться и, кстати, если она и впредь будет носить такого рода шмотки, он укусит ее в задницу прямиком в коридоре, не отходя от кассы. Как вам подобный уровень?
Данфер. Он в самом деле так сказал? Кроме шуток?
Одеон. Невыносимо.
Данфер. Но как он произнес дословно?
Одеон. Послушайте, я только что вам это сказал и повторять не намерен.
Данфер. Да, да, понимаю. Так и ляпнул: «прямиком в коридоре, не отходя от кассы»?
Одеон. Думаю, да… или что-то в этом роде… неважно, в конце концов.
Данфер. Знаете, он, как бы это сказать, несколько зациклился на заднице.
Одеон. Невыносимо.
Данфер. Ой, ой, ой… Прямиком, не отходя от кассы. Занятное выражение, правда?
Одеон. Не знаю.
Данфер. Что же, по- вашему, он хотел этим сказать? «Прямиком, в коридоре, не отходя от кассы» … на глазах у всех?