Карабас и Ко.Т. Как исправлять ошибки (полная версия): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Лентяй ты‑у, в" Асилий, думаешь, раз тебя‑у в ученики взяли, так ты уже крутой мяу‑маг и прорицатель! На великого предсказателя умные люди столетиями учатся. А ты‑у там месячишко, здесь без году неделя, а уже решил, что лучше всех все знаешь. Мур‑р‑ру‑а? Этот маразматик ведь не просто так тебя‑у уму‑разуму учит. Думает, видать, что все эти знания тебе‑у впрок пойдут. Так что давай, мрр‑р, не расстраивай дряхлого Барануса. Сказано, карту продублировать, вот и дублируй. Все равно в этой дыре что‑либо интереснее найти трудно. Глядишь, когда‑нибудь и пригодится, если не знание об этой галактике, то хоть умение точки на пергаменте ставить.

– Слушай, кис, а давай заключим соглашение? – рискнул предложить я.

Кот лениво повел ухом в мою сторону и промурчал:

– На прр‑р‑редмет?

– Я не скажу учителю, что ты называешь его дряхлым маразматиком, а ты отвалишь от меня на несколько дней?

Кот вальяжно вытянул правую лапу, выпустил коготок и, поковырявшись им в зубах, сообщил:

– Не, не вар‑р‑риант.

Я тихо заскрипел зубами, но ввязываться в спор не стал. Смысла нет. Все равно он меня переспорит. А если не переспорит, так учителю настучит, что тоже радости не доставит. Хотя, он и так настучит. Просто, если карта будет готова, старик промолчит и не сразу даст новое задание (не похвалит, ни‑ни!), а если нет – может и без ужина оставить.

Вздохнув, я снова принялся пялиться в россыпь блестящих брызг на темном фоне карты. Точки на пергаменте. Ага! Щаз! Это ж каждую звездочку не только на новый лист перенести, а еще и заколдовать, чтобы сияла, да двигалась по заданной траектории. Заклинание, конечно, простенькое, стандартное, ни мозгов, ни энергозатрат не требует, но даже его освоить мне почти год понадобился. А вы думаете, это так просто? Я два месяца только понять пытался, что там Аль себе под нос бормочет – это он мне так вербальную составляющую преподносил. Наконец понял, записал на листочке, потихоньку, чтобы он не видел, ночью выучил. Потом энергетические вектора из него еще месяца три тянул. А он же в маразме. Каждый что‑то новое талдычил. Приходилось на практике, ночами, проверять. Пока нашел, да пока запомнил… Да, да, понимаю, можно быть и посообразительнее. Ну бездарь я! Бездарь! Зачем только в маги полез? А может, это учитель от меня невозможного требует. У него метод обучения такой: разок прочел заклинание, изволь наизусть запомнить. А иначе – маг из тебя никакой. И чего он так уперся? Ясно же, что толку с меня не будет. Приятно, конечно, послушать, когда он, будучи в настроении лирическом и благодушном, вещает о всяких там прорывах и апгрейдах. Вот только это не про меня. Наверное.

Закончил я копировать карту далеко за полночь. Осталось только наложить последнее заклинание, чтобы привести небесные тела в движение в соответствие с реальным временем. Я с трудом разогнул спину и потянулся. Скукоженные в одном положении позвонки жалобно хрустнули. И тут же дал о себе знать забытый желудок. Ой, как есть‑то хочется! Нет, ну я точно сам себе злобный дурак. А еще жаловался, что меня учитель без ужина оставить может. Еле выпрямив затекшие ноги, я поднялся из‑за стола и похромал к двери. Кота нигде видно не было. Ну да, он живность ночная, выспался за день у меня над душой, убедился, что нерадивый ученик предсказателя в процессе завяз напрочь, да и слинял мышковать по закоулкам. А я тут, можно сказать, горю на работе. Хоть бы напомнил мне, гад, что поесть надо!

Прихватив стыренный по случаю у учителя светлячок (а что, он, небось, про него и не помнил, а мне в хозяйстве пригодится), я стал спускаться с башни. Путь на кухню лежал, разумеется, мимо спальни Аля (еще бы, законы подлости хоть иногда обламываются на ком угодно, кроме меня). Эх, давалась бы мне левитация, и дела бы до этих скрипучих ступеней не было бы! Вовремя вспомнив, что самая скрипучая как раз таки находится прямо напротив двери в опочивальню старого звездочета, я помолился всем богам и рискнул съехать по перилам. Примостился. Перила обиженно вздохнули. Только бы не сверзиться! Грохоту будет… Набрав полную грудь воздуха и забыв выдохнуть, я понесся вниз. Светлячок едва поспевал за мной, отставая на крутых виражах лестничных пролетов.

Девятый этаж. А не слишком ли рано я так ускорился?

Седьмой этаж. Ух ты! Круто‑то как! Аж дух захватывает!

Пятый этаж. Раскатистые рулады с почти нежным присвистыванием. Спит! Не дышать! Пролетаем спальню учителя! Тихо‑тихо‑тихо‑тихо… Уффф! Пронесло!

Третий этаж. У‑а‑о‑у‑э‑ооооооооооо! А кто ж тебя, идиота, за руки‑то тянул перила ножичком царапать! Ворк! Как больно‑то! А еще ведь занозу из э‑э‑э… филейной части вытаскивать! У‑у‑у!

Первый этаж. Уф, почти приехали и почти без жертв. Ай да я!

Баммммммммммммм!

Собственноручно забытое возле лестницы пустое ведро сниматься с ноги не хотело, продолжая погромыхивать при каждом движении. Светлячок с любопытством порхнул вниз, норовя пощекотать босую ступню (тапок куда‑то предательски слинял). Я застыл и прислушался. Через минуту в напряженной тишине снова послышался храп учителя.

– Тапок высвети! – шикнул я на светлячка, с трудом сдерживая хихиканье, когда тот поднимался вдоль ноги.

Поджав пальцы, все же вытащил ногу из ведра и оглянулся в поисках тапка. Светлячок весело подмигивал тремя пролетами выше. Ах ты ж, краптобряку тебе в печенку! Это я его почти на третьем этаже посеял, когда занозу схлопотал. Не, на фиг, поужинаю босиком. На пищеварение это не повлияет. На мое пищеварение уже ничего не повлияет. Я сейчас только им заниматься и могу. Ворк, как же хочется есть.

Спустя полчаса, когда желудок уже не требовал ничего, кроме того, чтобы его оставили в покое и дали спокойно обработать поставленную задачу (смею заметить, изрядного объема), передо мной встала дилемма. Ну, я спустился. Даже не разбудил учителя и теперь сыт и готов к подвигам. Хотя нет, не готов ни шиша, спать хочется. Ничего, потерплю. Но проблема в том, что теперь нужно подняться обратно. Тихо так подняться. Нет, можно, конечно, забить и пойти к себе, предоставив многострадальному желудку заканчивать свою работу в условиях, максимально приближенных к комфортным. Но последнее‑то заклинание я на карту не наложил. А значит, копия не готова. И если Аль утром это обнаружит, то завтра мне точно придется сидеть голодным или гонять пауков в подвале – старый маг давно грозился припахать меня навести там порядок. Еще можно понадеяться, что я успею закончить карту утром, до завтрака… Бой часов прозвучал гвоздями в крышку гроба этой надежды. Дважды. Нет, не проснусь, можно и не мечтать.

В очередной раз помянув недобрым словом собственную лень и глупость, я начал восхождение.

Карта подмигивала белыми карликами и красными гигантами, кокетливо грозила черными дырами и смущенно прятала голубые искорки обитаемых миров. Я аккуратно разгладил пергамент, пару минут полюбовался на свое творение и решил, что пора заканчивать. Расставив по углам листа зеленые свечи, как то предписывал ритуал, я вздохнул, открыл рот и… понял, что не помню слов. Нет, ну не идиот, а?

Свечи пришлось быстренько затушить. Это ж вам не какой‑нибудь парафин дешевенький, это ж нутряной жир Неуловимого Зверя Йоу, живущего вне времени! Я перевел дух и, тихо ругаясь, попробовал вспомнить, в какой из заполняющих бесконечные стеллажи инкунабул находится текст нужной волшбы. Помню, книжка была довольно тоненькая, в красном переплете, и учитель мне в руки ее не давал, а заставил прочитать заклинание пять раз и так зазубрить. Вот только давно это было, года два уже прошло. Как же она называлась‑то, а? Нет, не помню, если вообще знал. Ладно. Красная, сафьяновая, тонкая, формат покетбука. Будем искать.

Ага! Легко сказать! Часы уже пробили половину пятого утра, когда я, задыхаясь от книжной пыли, проклиная все на свете, снова чувствуя зверский голод и почти потеряв надежду, все же извлек вожделенный томик, прятавшийся за парочкой неподъемных фолиантов. В башне царил разгром. От одной мысли, что теперь все это нужно убирать по местам, причем до пробуждения учителя, мне стало дурно. Но, как говорится, от судьбы не уйдешь. Тем более от судьбы ученика звездочета.

Из‑под стола высунулась мышь. Задохнулась от восторга при виде разбросанных книг, аж слюнки по длинным желтым резцам потекли. Но, заметив меня, взвешивающего на руке книгу на манер метательного снаряда, обиженно пискнула и снова скрылась.

Я победно усмехнулся, но тут же вздохнул. Разгром никуда не делся. Ладно, будем двигаться поступательно. Сначала карта. Отряхнув от пыли штаны и свою добычу, я наконец посмотрел, что же такое откопал ценой воистину титанических усилий.

"Простейшие заклинания для поступающих в Магическую Академию", – невинно сообщила мне обложка. Перед глазами пролетела вся жизнь. Вся бездарно растраченная жизнь лопуха, попавшегося на простейший развод. Я всхлипнул. Первым желанием было засунуть книжицу за пазуху и бежать отсюда куда глаза глядят. Стать отшельником на пару лет (домой‑то мне без профессии никак – братья засмеют, отец расстроится…), выучить все эти нехитрые хитрости и снова сунуться в Академию. Но тут я разозлился. Я вообще‑то редко злюсь, натура у меня такая, незлобивая. Зато когда накатит… Да нет, не думайте, пятый угол искать никому не нужно. Я не кидаюсь на людей, не бью посуду, не увеличиваю мировую энтропию бессмысленным рукомашеством. Я, напротив, становлюсь очень спокойным. И рассудительным. А рассудительность дурака – это, поверьте, страшное оружие.

Я хмыкнул, сунул все‑таки учебник в карман и принялся методично складывать по местам разбросанные экспонаты библиотеки мага. Ни один из них не избежал моего пристального внимания – от тонюсенькой брошюрки об экологии кикимор да толстенного тома "Бестиария" Сливета. Старания себя оправдали. К концу уборки у меня были не только учебники по заклинаниям за все шесть курсов Академии, но еще и специальные пособия по звездочтению (три года обучения), спецкурс по хиромантии, от одного взгляда на объем которого меня затошнило, и монография о свойствах хрустальных шаров. Монография меня заинтересовала тем, что в ней приводились очень интересные данные о зависимости свойств от размера и материала, из которого изготовлен шар. Раньше мне как‑то казалось, что заниматься предсказаниями по шару можно только сидя в кабинете и глубоко сосредоточившись, а та миниатюрная сфера из желтого горного хрусталя, что пылится в буфете вместе с парадно‑выходными кубками, всего лишь игрушка. Оказывается, нет. Горный хрусталь менее хрупок, чем обычное стекло, на него легче наложить заклинание прочности, а гадать по такому шарику можно не хуже, чем по самому большому и стационарному. В общем, я счел необходимым как‑нибудь на досуге проштудировать эту книжицу.

Наведя порядок, я все так же обстоятельно припрятал большую часть добычи в свой личный тайник. Когда‑то я расшатал половицу и выдолбил ямку в насыпанной внутри перекрытия земле с исключительно хомячьей целью. Обедов и ужинов учитель лишал меня довольно часто, вместо этого заставляя заниматься какой‑нибудь ерундой в башне. Вот я и закидывал туда себе самому на бедность все, что удавалось стянуть на кухне. Учитель, конечно, о тайнике не знал, да и знать не мог. Где ж ему догадаться, если в моей нычке магии нет совсем. Не по углам же, как мне, ползать. Так что я не опасался, что он найдет там мой кладезь знаний. К моему удивлению в тайнике и сейчас обнаружился кусок подсохшего, слегка обгрызенного – очевидно, мышью – сыра, четвертушка не черствеющей замагиченной лепешки и сморщенное яблоко. Странно! Это когда ж я это все туда сунул? И не вспомнил даже… А чего мышь на меня голодными глазами смотрела? Или ей сыр не в жилу, что не долопала? Харчами перебирает? Тоже странно…