– Любой, чтобы летал в гипере и не разваливался на части.
– Жив, давайте сюда врача, – перевел мне Корабль.
Отступать было некуда, и я согласился. Ровно через час, как и обещал диспетчер, на моем коммуникаторе прозвенел звонок голосвязи: ответив, я увидел коренастого человека в сопровождении каких-то странных механизмов. Я быстро перевел остатки суммы на счет фирмы и, накинув куртку, вышел из корабля.
– Твои предложения? – поинтересовался он.
– Что ж, годится, – согласился я. – В общем, цель у нас такая: как можно быстрее заработать денег на приличное оборудование и отправиться на осмотр тех баз, координаты которых у нас есть. Если части роботов так дорого стоят, то это хороший шанс разбогатеть.
По завершении тестирования я сказал, что согласен приобрести этот образец за шестьсот пятьдесят кредитов, с учетом того, что нужно заменить один из неисправных блоков стабилизатора поля. Торговец склонился к моему уху и вкрадчиво спросил:
– Может, стоит имитировать нападение на корабли-погрузчики и фабрику? – предложил Корабль. – А когда флот бросится сюда, мы под маскировкой проскользнем к базе и там объявимся уже с сигналами бедствия. Пусть думают, что мы вышли из гиперпространственных ворот.
Как рассказал Корабль, пентагрионы любили жить на планетах, полностью покрытых водой, но не брезговали и сушей – благо могли дышать и там, и там. Гелар был планетой, где суша с водой соотносились между собой примерно как две трети к одной, причем вся твердь была отдана людям под пастбища и поля, засеянные сельскохозяйственными культурами. Сами пентагрионы обитали на водной части планеты, добывая там продукты пропитания. Они бы и рады были ничего не выращивать, занимаясь торговлей или пиратством, но ввозить еду с других планет было дорого, и им приходилось заниматься самым нелюбимым делом всей расы – работой.
Я сделал вид, что не понял, о чем он:
«Переводчик», – догадался я и повесил ее на шею.
Занеся их на корабль, я спросил у Келлера:
Новая жизнь
Глава 3
Прилетев на следующую сырьевую базу, построенную на большом астероиде, мы нашли на ее месте только спекшийся воедино кусок металла и камня. Только хорошо поработав промышленным буром, мы за несколько дней смогли раздробить проплавленные останки, но этот каторжный труд был хорошо вознагражден – количество дронов-рабочих под поверхностью астероида оказалось очень велико, мы забили их частями весь трюм и опять мою многострадальную каюту. Проблема нехватки свободного места под груз стала очень острой, с каждым днем мы с Келлером убеждались в том, что новый корпус с вместительным трюмом нам просто необходим.
Когда все части берсеркеров были собраны и мы собрались улетать, Келлер неожиданно сказал:
– Где вы видите тяжелое вооружение? – поинтересовался я.
– Может, и хватило, но тогда ничего больше мы бы приобрести не смогли, – с грустью ответил Келлер.
«Нужно найти другого, – подумал я, – из-за этого недоучки все интересное пропускаю».
– Меня начинают пугать твои познания о берсеркерах, – сказал я, слегка нахмурившись.
– Тогда я еще немного полюбуюсь на цифры нашего счета, – сказал я, опять включая коммуникатор.
– Слишком вы дерзкий для человека, – еще суше ответил мне терон.
– Мне кроме серверов нужны будут кое-какие детали для увеличения их производительности, поэтому я предлагаю тебе продать двух наших роботов-помощников и одного дрона из тех, что мы нашли. Я подсчитал, это будет стоить порядка десяти тысяч.
– Добрый день, господин ученый. Я рад встрече с вами, но, прежде чем вы получите доступ к моему кораблю, давайте договоримся о цене. Вот опись всего имеющегося на борту, с головидео каждого объекта, тут же указана моя цена за него. Цены взяты из общего прайса научных центров, так что если хотите поторговаться – я готов.
– Думаю, ты не удивишься, если я тебе скажу, как эти контейнеры открываются? – спросил меня Келлер.
– Хочешь, не будем покупать серверы, а купим нового дрона? – предложил Келлер.
– Ты, наверное, прочитал мои мысли, но как тебе понравился мой подарок? – спросил я его, указывая на нос корабля. Там огромными буквами было написано «Келлер».
– Это радует, – хмыкнул я, оглядывая дронов со всех сторон. – А что это у них за фиговины на плечах? Коробки какие-то…
Меня вдруг пронзило осознание того, что Келлер полностью самостоятелен, он таким был и таким остается. Это я навязался к нему в компанию, это я попросил об операции, повлекшей ненужные для него последствия. Если посмотреть на эту ситуацию с его точки зрения, то я вообще абсолютно ему ненужный организм – так, пришлый приживала. У меня навернулись на глаза слезы, и я снова почувствовал себя шестиклассником на уроке физкультуры, осмеиваемым всем классом.
– Да, жаль, – ответил Келлер. – Ладно, проверим последние помещения и отзовем дронов.
– Ничуть, – подтвердил я, действительно не удивившись. – Лучше скажи, для чего они нужны?
– Господин знает, что использование тяжелого вооружения в городе запрещено?