Когда мы с резко побледневшей и спавшей с лица рыжей, от чего её и без того очень светлая кожа стала практически белой, собрались было выйти из зала административного центра общежития, меня окликнул молодой человек, появившийся из комнаты, отгороженной от основного помещения стеклянной перегородкой.
– Не за что, – пожал плечами парень. – Это наша работа. У вас есть какие-нибудь ещё вопросы?
– Понял, – смысла отмазываться я не видел.
«Для активации, следуя инструкциям, поместите удостоверение ученика на соответствующую позицию».
– Есаул…
Последний факт меня удивил, ведь я как-то вначале даже не обратил внимания на то, что сидящая передо мной девушка подозрительно молодо выглядит. Да ещё и одета в стандартную студенческую форму.
Она вообще не могла сейчас спать! Ведь как тут уснёшь, когда сердце бешено колотится и, похоже, готово выпрыгнуть из груди. И ведь непонятно, на что она надеялась, когда, вернувшись, не застала этого Кузьму в своей комнате. Неужели на то, что он ради неё будет спать в холле или вообще на улице. Кстати, было бы неплохо!
– Ответь мне!
– Да почему ты решила, что я его занижаю? – мне действительно стало интересно.
– Я… хочу… знать! Какой твой настоящий ранг!
– Прорвусь как-нибудь, – отмахнулся я. – Ладно, ты готова? Тогда пошли в администрацию с комнатами разбираться?
Я немного постоял, глядя в спину удаляющейся девушке, пожал плечами и отправился искать хозяйственную часть. Федосеев «поступил» меня на юридический факультет, здание которого располагалось в самом центре студенческого городка, а наша общага была выстроена в парковой зоне, на живописном берегу старицы Москвы-реки, напротив бывшего села Архангельское. В далёком девяносто шестом году, когда был заложен первый камень Пятого Императорского магического колледжа, его кампус занимал только полуостров, образуемый старицей и нынешним руслом Москвы-реки, однако со временем студенческий городок разросся и поглотил соседние сёла Ильинское, Глухово, Архангельское и Захарково и коттеджный посёлок Горки-6. Уж не знаю, как там господа договаривались с местными жителями, но нынче здесь жили, работали и учились исключительно абитуриенты разросшегося городка.
– Ну, ты головой-то подумай, – вздохнул я. – Какой парень будет клеить на свой ПМК наклеечки с Hello Kitty? То, что он розовый, это ещё ладно… всякие у людей вкусы встречаются. Но вот кошачьи мордочки….
– А говоришь третий уровень! – слегка надувшись, рыжая подошла к своему столу и, выдвинув стул, села на него. – Ха! Более нелепого вранья я в жизни не слышала.
Чуть ниже ответственный юрист кампуса, назначенный мне, как принявшему вызов, составил подробную справку о том, как я могу отказаться от поединка без потери лица. Приводился детальный и положительный для меня разбор произошедшего с камер наружного наблюдения, установленных на фасадах общаг, и заверения в том, что с вероятностью в семьдесят шесть процентов студенческий суд чести признает меня потерпевшим, а вызов на дуэль – нарушением со стороны подавшего.
И всё же я решил не бродить бесцельно, а потому, подойдя к ближайшему информационному столбу, быстро выяснил, где находится хозблок, оказавшийся небольшим особнячком. До него было недалеко, минут пять-десять тихого хода, да и там все необходимые мне дела я закончил на удивление быстро, став счастливым обладателем новенького комплекта формы Пятого Магического и студенческого планшета, заменявшего нынешним ученикам кипы разнообразных учебников и пособий.
Когда я вернулся, рыжей в комнате не оказалось. Однако в ванной шумела вода, а на замке горел красный индикатор. Присев на стул, я какое-то время бездумно пялился в стену, а затем, встряхнувшись, прикоснулся к нанесённой прямо на поверхность столешницы метке активатора маджи-компа. Тот мелодично тренькнул, и передо мной появился объёмный куб экрана. Технологическая голограмма вроде рыбок в холле этажа, функционирующая при помощи стандартного заклятия. Однако у меня было маловато опыта работы с таким экраном, ведь для этого нужно было быть магом или использовать особый контролёр, поэтому я, не колеблясь, ткнул в пиктограмму, меняя тот на плоскую проекцию на стене.
– Если бы мог, – усмехнулся я, доставая из кармана ПМК рыжей и вертя его в пальцах, покосился на ахнувшую и принявшуюся охлопывать свой пиджак себя девушку. – То обязательно, и два раза.
– Пусти!
– Понимаю скепсис, – улыбнулся он. – Всё довольно просто. Эти страны наравне с нами входят в Высший Совет Магического Конгломерата Наций. Так что они просто вынуждены предоставлять нашим учащимся автоматическую учебную визу, так же как и мы не можем отказать студентам, например, Гарвард-Маджика или китайского Циньхуа.
– Корнет, вы…
Она даже испугалась собственной храбрости и зарылась носом поглубже в подушки, пытаясь выгнать из головы всяческие развратные мыслишки, которые так и лезли в неё непрошеными гостями. От них стало так жарко, что Андре готова была взвыть! И в этот момент, наконец, прозвучал сигнал отбоя.
– Как знаешь, – ответила она и поплелась в сторону двери, нарочито медленно двигая ногами. – Но это – откровенное насилие над логикой и организмом. Я бы лучше погулять сходила.
Кстати, на мой вполне логичный вопрос: а почему же, собственно, в таком случае все из кожи вон лезут, лишь бы запихнуть своих детишек в такую глубокую задницу? Не проще ли воспитать своё ненаглядное чадо в тепличных домашних условиях? Мне доходчиво объяснили, что это всё равно, что собственноручно изуродовать ребёнку жизнь.
«Вот же ленивая задница!» – подумалось мне, в то время как, вышагивая следом, наблюдал за тем, как покачивается её соответствующая нижняя часть тела.
– Я же тебе прямым языком сказала, что Ромушев – Ауктор! Четвёртый ранг, в его-то возрасте! Пусть ещё и не квалифицированный. Даже полные идиоты в самом дальнем медвежьем углу знают, что связываться с магами такого уровня – не особо изощрённый способ самоубийства. А ты не просто на него попёр, словно кабан, и за шкирку как котёнка оттаскал прямо при куче народа, а ещё и вернулся невредимым. И что я должна была подумать? Что ты мне говоришь правду, и ты действительно Есаул? Да не в жизнь!
– А… Ой, – она уставилась на крышечку и как-то жалостливо посмотрела на меня. – Но ведь жалко же…
Однако Кузьма предпочёл ей компьютер. И от этого девушка не то что не успокоилась, а наоборот, отчего-то почувствовала себя брошенной, а по прошествии пары часов сильно-сильно разозлилась. Захотелось сделать какую-нибудь глупость. Например, вскочить и раздеться при соседе догола, чтобы тот наконец оторвался от монитора и обратил на неё внимание.
– По вопросам «веры» следует обращаться к моему папеньке. Я тут не помощник.
– Ага – раскатала губу. Будет день и будет пища, – фыркнул я. – Не спеши меня хоронить. И вообще – с делами следует разбираться по мере поступления!
Конец ознакомительного фрагмента.