Мои друзья - кошки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рис. 9

Кутька был явно растерян. Он подошёл ко мне, вспрыгнул на столик, обнюхал парик, а потом доверчиво потёрся об него. Спустя несколько минут котёнок уже теребил парик своими острыми коготками. Когда же вечером я уходил из гримёрной, Кутька мирно спал, устроившись в парике. С тех пор это стало его любимым местом.

Но особенно любил Кутька играть со мною в мячик. Однажды я заметил, что в погоне за ним котёнок высоко подпрыгивает, делает сальто-мортале, перелетает со стула на стул. "А что, если применить его природные способности в цирке?" - подумал я тогда впервые.

Эта мысль и перевернула всю нашу жизнь. Начались репетиции. Обычно они проходили по ночам, так как я заметил, что именно в это время Кутька был особенно восприимчив, как, впрочем, и все кошки. Учил я Кутьку ходить между ног, подбегать ко мне по команде, вставать на передние лапы. Сколько сил, сколько времени потребовалось, пока у нас начало кое-что получаться! И тут произошёл досадный срыв...

Рис. 10

За нашими репетициями наблюдал сторож цирка дядя Кузя. И вот как-то, когда Кутька особенно удачно проделал все номера, дядя Кузя захлопал в ладоши, аплодируя четвероногому артисту. И тут-то Кутька, привыкший к тишине и спокойному полумраку, так испугался первых в своей жизни аплодисментов, что задал

стрекача и пропал в темноте. Сколько я его ни звал, сколько ни искал - Кутька исчез. И только утром, весь в пыли и краске, он появился в гримёрной.

- Вот так премьера, - сказал я ему. - Такой талантливый артист, а испугался аплодисментов.

Как бы там ни было, а с тех пор Кутька словно забыл, чему я его учил. Но как жалко было сдаваться! Ведь в буквальном смысле слова "коту под хвост" были отданы шесть месяцев работы.

"Ну нет, не так-то нас легко скушать, - сказал я самому себе. - Нужно преодолеть и эту трудность".

Мне вспомнилось то время, когда я поступал в цирковое училище. Так получилось, что на экзамены я пришёл... на костылях. Накануне, купаясь в реке, наступил на разбитую стеклянную банку, которую кто-то бросил в воду. Очевидно, я задел какой-то важный сосуд, потому что кровь хлынула ручьём. Врач, извлёкший из ступни осколок, говорил: с мечтой о цирке придётся расстаться. Ведь порез был настолько сильный, что могла навсегда остаться хромота. Убеждали меня и члены приёмной комиссии. Но как было забыть о том деле, которое стало мечтой всей моей жизни. Я напомнил членам приёмной комиссии о знаменитом акробате Льве Осинском, выступавшем на манеже без одной руки, о цирковом мастере Сандро Дадеше, чьи выступления поражали не только врачей, но и знатоков цирка. Он великолепно рисовал, стрелял из ружья, наливал в стакан воду, зажигал спички... и всё это проделывал одними ногами, так как родился без рук... Долго сомневались члены комиссии. И всё-таки я стал студентом.

Начались дни занятий. Нога по-прежнему болела. А ведь приходилось выполнять десятки различных упражнений, в которых нагрузка падала именно на ноги. Целый год я тренировался, проделывал специальную гимнастику. Иногда боль становилась оглушающей, и я, спрятавшись от всех, тихонько стонал, сжав зубы. Порой хотелось всё бросить, но я старался взять себя в руки. "Главное, не поддаваться отчаянию, - говорил я себе, - тогда всё можно преодолеть". И в конце концов болезнь отступила.

Для меня всегда была девизом мудрая пословица: "Тот, кто хочет что-нибудь сделать, находит способ, а кто не хочет - ищет причину". И теперь, думая над тем, что же произошло с Кутькой, я решил не отступать.

Прежде всего нужно было приучить Кутьку к свету, музыке, аплодисментам. Я начал с того, что включал в комнате, где находился кот, магнитофон, часто хлопал в ладоши. А затем смастерил миниатюрный домик. Туда я сажал Кутьку и во время представления относил в оркестр. Дирижёр часто подшучивал надо мною. "Слушай, твой кот очень музыкальный, - говорил он. - Кричит как раз в той тональности, в которой мы играем".

Рис. 11

Со временем Кутька, наверное, понял, что перекричать оркестр ему не удастся. Он стал спокойно переносить даже барабанную дробь, от которой у него ещё недавно дыбом становилась шерсть.

Затем настало время приучать Кутьку к манежу. Я часто выходил к кулисам во время представления и, держа его на поводке, словно собачку, показывал зрительный зал. В первые дни Кутька при взрыве аплодисментов зрителей пытался убежать, но вскоре привык и к ним.

Шли дни, месяцы. Постепенно кот понял, что яркий свет, весёлая музыка, громкие аплодисменты не грозят ему никакой бедой. К тому же каждый раз, когда он спокойно слушал музыку или аплодисменты, наградой ему становился лакомый кусочек. И вот настал день, когда Кутька впервые должен был появиться на манеже.

Это было детское представление, и к нему мы готовились особенно тщательно. Кутьке предстояла несложная работа: я выходил, держа в руках большую конфету, и мой партнёр спрашивал: "Юра, что это за конфета?" Я просил, чтобы он угадал. Партнёр называл несколько сортов, но я отвечал ему: "Ты угадал неправильно. Это конфета - ирис "Кис-кис". С этими словами я открывал верхнюю крышку "конфеты", и из неё выпрыгивал спрятанный там Кутька.

В день представления перед выходом на манеж я, как мог, старался ублажить своего четвероногого друга. Наконец мы вышли. Кутька, притихший, сидел в "конфете". Но вот я произнёс положенные слова, открыл крышку и... Кутька как ни в чём не бывало мирно спал в коробке, свернувшись калачиком.

Рис. 12

Пришлось вытряхнуть его. Он прошёлся по манежу, не обращая внимания на аплодисменты, а затем, выгнув хвост трубой, вдруг легко перепрыгнул через барьер и побежал в зрительный зал. Я кинулся за ним. Сколько было смеху, пока я ловил кота между рядов! Кутька прятался под кресла, бегал по ступенькам, и вместе со мной его ловили все ребята. Наконец беглец был пойман, и я под громовые аплодисменты ушёл за кулисы.

Я не мог сердиться на Кутьку. Пусть он сделал всё не так, как было задумано. Но ведь кот очень понравился маленьким зрителям. И это было самое главное.

А потом потянулись наши цирковые будни. Постепенно Кутька привык появляться в манеже и уже не убегал с него. Он легко проделывал все трюки, и вскоре в городе, где мы выступали, о нём пошла слава. Пришла посмотреть на дрессированного кота и моя домашняя соседка. После представления она сказала:

- До чего же Кутька молодец! Может быть, Юра, он вернётся домой? Пусть теперь что хочет, то и делает.

Но мы с Кутькой не согласились. Он продолжал жить в гримёрной и каждый день выступал перед зрителями. А я, окрылённый успехом своего партнёра, старался всё больше и больше усложнять его трюки. Вскоре нас пригласили выступить в Москве. Вот тут-то и появилась.

Стрелка

Как-то после представления я зашёл в комнату отдыха и застал там плачущую семилетнюю Танечку - дочку наших артистов. Забившись в уголок, она всхлипывала, размазывая по щекам слёзы.

- Это что за рёва-корова? - спросил я. - Что за слёзы в солнечный день?

- Стре-е-лку жалко! - плача, ответила Таня.