— Молодец. А ты краля, — обратился стражник к Нэйприс, — беги давай отсюда и радуйся, что он тебе не успел мелкого заделать.
— Если ты справишься, мне нужно будет отправить гонца в ближайший город с вестью о гибели адмирала гарпий. Заодно прикреплю записку, что беглец с печатью был пойман и обезглавлен лично мной. Тебя вычеркнут из разыскиваемых, а ты вали на все четыре.
— О! Мозги! — блеснул свирепым взглядом комендант и сорвался со своего места. — Не всё так безнадёжно, а?
— А дочь?
— Я не могу просто взять и перестать замечать плавучий курятник на горизонте, мать твою! Это гарпии, и их сюда не течением занесло, они сюда приплыли, работая день и ночь грёбаными вёслами, упорно и с чёткой целью!
— Ты про фейерверки? — растерянно уточнила Нэйприс, перейдя на странноватый жаргон инженеров. — Естественно, умею.
«Долго ли ещё продолжаться фальшивому перемирию?»
«Схватить бы сейчас заказчика за шею и допросить».
— Ладно, — вздохнула Нэйприс и взяла себя в руки. — Мы идём в Вион вместе.
— …Пять, шесть…
«Как предусмотрительно».
Летар и Нэйприс стремглав ринулись из башни, моментально очутившись у двери наружу. Дальше испытывать прочность цепочки случайностей и допущений Летар не стал.
— Ну нет, ты бредишь! — Нэйприс отказалась принимать даже мысль о том, что сказанное было правдой. — Дракон?! Прирученный дракон?! У тебя и вправду психоз. Голод, усталость, недосып и гарпии на пороге. Неудивительно, что крыша протекла.
— Видимо, эффект выветрился не весь. Но сработала ты чисто, — похвалил Летар в ответ. — Паренёк попался не шибко уверенный. Болтливый к тому же. Опытные дознаватели вытаскивают правду вопросами, подразумевающими ответ либо да, либо нет, отсекая половину вольно трактуемых смыслов. Мало ли что цель заклятья думает о сути вопроса, и о сути ответа. Люди, знаешь ли, бывают как слишком умные, так и слишком тупые.
Дверь распахнулась от удара плечом, и Летар вылетел под открытое небо с поистине нечеловеческой прытью. Пялившийся на разгром флота гарпий колдун не сразу понял, что происходит. Его руки взмыли навстречу летящему убийце, но недостаточно быстро. К тому моменту, когда он почти принял нужную стойку, Летар оказался вплотную и схватил его за запястье. Зажатая в тиски рука рванула вверх и по широкой дуге зашла за спину колдуна, на миг заглушив звук ливня хрустом. Колдун упал на одно колено и приземлился лицом во влажную грязь. Ударом ноги Летар раздробил его ключицу, полностью лишив шансов оказать сопротивление магией.
Летар скривил губы и тяжко выдохнул куда-то в сторону. У него не было причин доверять девушке напротив, ведь она была случайной встречной. Или чуть больше? Сестрой по несчастью. Но оттого не менее случайной. А случайности Летар ненавидел всем сердцем.
— Не особенно, — не стал лукавить убийца. — Но если к ним вдруг не вернулась магия, мы в относительной безопасности. Если они и возьмут Вион, нас к тому времени там не будет.
План возник спонтанно. Под утробный рёв дракона, добивающего бросившиеся в разные стороны корабли, мысли в голове Летара развернулись в единую последовательную ленту.
— Передо мной возникла проблема. Про ситуацию со связным ты откуда-то в курсе, про дракона тоже, так что заполню единственный твой пробел — без связного дракон бесполезен. Тварь не поведёт и ухом, даже если гарпии начнут штурмовать город. Так что мне нужны иные способы выйти из этой ситуации. А именно: ты убьёшь для меня адмирала гарпий. Без координирующего стратега пернатые варвары ни на что не способны. Разведка молчит, так что времени у нас может быть в обрез. Я дам тебе, — комендант коротко глянул на напольные часы, — времени до полуночи. И закреплю срок печатью.
— Многовато ты видел для оборванца, сбежавшего из повозки.
— Да ну? — бросила девушка. — И почему дракон не нападает?
— Я говорю о штуке, которой в десять раз больше лет.
«И если с первыми можно использовать нож, то от вторых результата ждать не приходится».
— Где выгода?
Нэйприс поникла.
Летар бросил разглядывать редкие деревья по правую руку от себя на предмет притаившегося зверья — какой животине сейчас захочется вылезать из своей норы? — и обратил взор на море. Море Факелов — неподвластная воображению масса воды, разделяющая империю Синномин и западные земли Края, на тысячи километров. Начинается ледяным панцирем на крайнем севере, но постепенно оттаивает и расширяется, протягиваясь далеко на юг, и омывает своими водами нутро гарпиевых владений в глубине континента.
— Чудно. Где вы взяли дракона?
Империя и Край имели одну общую черту, служившую как поводом для объединения, так и поводом для непрестанных попыток поглощения одного государства другим. Раса. Человеческая раса, не встречающаяся более нигде. Если взглянуть на карту мира, континент походил на вытянутую подкову, где рога подковы представляли собой человеческие государства, а соединительная дуга владения гарпий. Со стороны империи рог был неопределённо длиннее усечённого Края, но вся эта неопределённость выпадала на долю снежной пустыни, где что зимой, что летом, в лёд превращался даже спирт. Помимо опасности с юга и севера, морские воды на востоке скрывают архипелаг эльфов, а стоит отплыть к западу от Края, и ты встретишь погибель в жестоком шторме. В такой ситуации остаётся одно — объединиться. Собственно, во все времена с этой мыслью были согласны и императоры Синномина, и герцоги Края. И во все же времена эту мысль каждый понимал по-своему. Со времён Драконопадения, произошедшего полтысячи лет назад, две человеческие страны грызлись за власть, останавливаясь только чтобы перевести дух. Редкие острова в море Факелов переходили из рук в руки, берега окрашивались кровью, а вода бурлила от источаемой ненависти. Летар жил в годы затишья: маги неизвестной государственной принадлежности утопили последние спорные острова, берега утратили сходство с кровоточащими дёснами, и только море всё не унималось, не оставляя попыток захлестнуть обе страны.
— Сними перчатки, — резко потребовал он.
— Кончай придуряться. Нам ещё вчера сказали высматривать рослого мужика, а ты, чёрт, самый рослый из всех, кого мы видели.