Небытие. Бессмертные: читать начало книги онлайн

— Почему провал? Цель будет достигнута. Доброволец, скорее всего, уйдёт на возрождение. А взрыв такой мощности будет виден из космоса. Что и требовалось доказать. Я бы никогда не обошёл запрет, если бы контроль за деятельностью лаборатории осуществлял ИскИн. Великий Космос! Как же вовремя сгинула Система…

— Ну хоть так. Будем выкручиваться. Кстати, а сколько мы можем выделить энергии на молекулярный синтез необходимых нам веществ? Вот сколько потребляла Термодинамическая лаборатория в режиме изготовления золота и уников?

— Полтора процента. Но ты учитывай, что там молекулярный синтез не занимает и доли процента. Всё остальное — металлургия, кристаллизация и комбинаторное выращивание керамопласта.

— Выращивание? Он что, органический?

— Нет, там процесс лишь внешне напоминающий камбиальный рост клеток у растений, ускоренный в сотни раз. А сам материал стопроцентная неорганика. Да, учитывая наши нужды на сегодняшний день на конвертер можно смело выделять до пятнадцати — двадцати процентов энергоресурсов.

— Отлично! Тогда я пока составлю список необходимого и распишу порядок последовательности синтеза прежде всего лекарств. Целительство с помощью Магии Жизни вещь хорошая, но я не всегда могу находиться во всех местах, где нужен. А походные аптечки для Бессмертных будут совсем не лишними. У нас только Базилевс может похвастаться низкими рисками для здоровья. А остальные?

— Справедливо, Первый. Даже обычное несварение желудка донимает меня в Небытии гораздо чаще того времени, когда я служил в орбитальной разведке.

— Вот о чём я и толкую. Конечно, как радикальное средство, смерть лечит от любого недуга, но не пойдёшь же убиваться из-за простого поноса или гонореи… Кстати, лейтенант — секунда, вы у себя в разведке не практиковали ничего вроде боевой химии для организма?

— Ты о чём, Эскул?

— О допинге. Выпил или укололся — и супермен. Не спишь неделями, не устаёшь, повышается работоспособность…

— А-а-а… понял. Были такие, квикбласт, ZU-60, вполне легальные препараты для экспресс-монтажников и смен наблюдателей.

— Если легальные, значит, можно синтезировать?

— Вполне. А тебе зачем?

— Пригодицца! Эх, Сим! А ещё военный… Это ведь тоже оружие. Ладно, до связи. Если увлекусь планированием синтеза и превышу лимит, вызывай. А то я тут дорвался до сладкого. И вопрос напоследок. Как-то обойти запреты на синтез всё же нельзя? Взломать доступ…а?

— Нет, Эскул. Невозможно. Никак. Этих протоколов на гражданской станции просто нет. Только список веществ. Хочешь сделать порох, иди и выращивай хлопок, добывай селитру, азотную кислоту, может, и синтезируешь, но в очень малых масштабах. А потом потрать на эксперименты годы, прежде чем что-нибудь получится.

— Жаль. А как же, скажем, конвертер синтезирует вещества, где в самом процессе промежуточными являются запрещённые?

— Так это же совсем другое дело! Ведь они всё равно не выходят за границы объёмов рабочей зоны конвертера.

— Ну вы там у себя на орбите и перестраховщики, Сим Ка!

— Приходится, Эскул. Паранойя в создании этих самых разрешительных протоколов спасла немало жизней. Но на военных объектах и Станциях всё в должном объёме. Но даже там сложная иерархия допусков. А на синтез некоторых веществ или создание аппаратов требуется коллегиальное решение членов орбитального Совета.

— И при всей вашей осторожности, Сим, вы всё же допустили победу Системы…

— Никто не идеален, Эскул. В конечном счёте Система проиграла. Удачи! — мне показалось или напоследок голос лейтенанта — секунда был довольно печален. Ну вот, расстроил ещё одного хорошего человека. Что-то я сегодня в ударе. А не поработать ли нам, Эскул Ап Холиен? Себя-то уж мы всяко не обидим. А если и да, то простим очень быстро. Ибо любовь к самому себе — это святое…

Даже у Демиургов бывает предел работоспособности. Это я понял, когда проснулся в лабораторном кресле от вызова коммуникатора.

— Эс! Ты где? — вибрирующие нотки возбуждения в голосе Деда пытались прорваться сквозь эфир и вклиниться в работу моего полусонного мозга.

— Работаю, — буркнул я, пробегая глазами графики и понимая, что, слава Рандому, уснул, завершив введение всех запланированных алгоритмов. И менее чем через четыре дня у нас будет весь положенный набор аптечек с необходимыми лекарствами для членов Лиги и один большой индивидуальный комплекс препаратов для моего инвентаря. Мысленно я уже ликовал. Наконец-то мои возможности, как целителя серьёзно расширятся…

— Бросай свою бодягу. Уже утро скоро. Там наш Максимка всех желающих посмотреть на запуск зовёт. Когда ещё увидишь первый старт первой ракеты Небытия? А? Одного тебя ждём, Первый.

— О! Это дело. Пять минут, — я ещё раз, уже более спокойно, пробежался по динамике синтеза. Вроде бы всё основное учёл. А, ладно, что забыл, потом запущу. Главное — научился всей этой системой управлять. И теперь я знаю потенциал конвертера.

На улице было довольно холодно, ещё темно и сыро. Накрапывал уже не летний дождик. Со стороны озера на площадку перед входным шлюзом ветерок нагонял клочья тумана, казавшегося грязно-серым в тусклом свете трёх Сестёр, едва пробивающимся сквозь облачность.

— Ну наконец-то, Эс! — из полумрака подскочил Базилевс и увлёк меня в сторону леса. Здесь, в неглубоком овражке, уже собралась вся наша немногочисленная команда. Народ сгрудился у небольшого костра. Не за теплом, нет. Несмотря на то что многие уже обзавелись униками и не страдали от утреннего холода, в ожидании необычного события всех тянуло к живому огню, дающему яркий домашний свет.

Собрались все: Руна, Базилевс, Редьяр, Астра, Инфа, Гудрун и Лоос. Никто не стал пропускать возможность посмотреть на запуск. Лоос, заметив меня, успевшего продрогнуть за те пять минут, что пробирались к оврагу, пробралась ко мне и, ничуть не стесняясь, обняла сзади, прижавшись всем телом. Поразительно, но даже сквозь метал кольчуги я почувствовал тепло её тела.

— Мой альв, Сим Ка правда запустит в небо новую звезду?