Подхватил под руку напарницу и решительно направился к проходу, за последний час и совет и судьи успели ему изрядно надоесть. Но это он бы стерпел, главное было в другом. Хатгерн все время ждал, когда же тень по своему обыкновению задаст хоть один язвительный вопрос, но она молчала еще упрямее, чем типары. Кроме того, герцог приметил задумчивый и испытующий мимолетный взгляд Ганти, каким мастер-тень смерил бывшую ученицу, когда огр начал высказывать судьям те обвинения, которых все они интуитивно ждали от Таэльмины.
И теперь Харн просто мечтал оказаться с нею наедине, чтобы выяснить, какие события или догадки заставили его любимую вести себя так необъяснимо.
Однако, почти дойдя до портала, тень вдруг крепко стиснула его запястье и, морщась, как от внезапного приступа боли, резко остановилась.
— Мин? — заметив это, нахмурился Ганти, но получил в ответ возмущенный взгляд бывшей ученицы и, мгновенно сообразив, что это какая-то хитрость, увлек Шенлию в портал.
— Заноза… — еле слышно жалобно шепнула тень, хватаясь за сапожок, и герцог вновь заподозрил в ее словах какую-то хитрость.
Однако смолчал, искренне веря в необходимость таких действий и в то, что позже напарница все ему объяснит.
Тень быстро и ловко сдернула сапог, так же быстро потрясла, надела и потянула напарника к порталу. Теперь они уходили в него последними.
— Нашла занозу? — оглянувшись на тающий туманный овал перехода, шепнул Хатгерн и замер, вглядываясь в лицо тени.
— Не нужно нам никуда входить первыми, — чуть виновато и едва слышно шепнула Таэль, — создатели играют в свои игры, а жар пытаются грести нашими руками. Идем собираться, я хочу, чтобы спутники объяснили мне две вещи.
— Какие?
— Почему тропа называется запретной и где обещанный драконий амулет?
— А мне достаточно ответа на один вопрос, — осторожно коснувшись губами ее щеки, затаенно вздохнул Харн. — Когда ты собираешься рассказать, что с тобой происходит?
— Могу сейчас, — легкомысленно усмехнулась тень и сделала условный знак, обозначающий, что их могут подслушивать, — просто устала и переволновалась. Выпью зелья, немного полежу и буду лучше прежней.
— Тогда я тебя отнесу, — мгновенно нашел для себя лазейку Харн, уверенно подхватил девушку на руки и понес в свою комнату, страстно мечтая о том дне, когда вместо походного костюма на ней будет свадебный наряд, а спальня будет находиться в его собственном доме.
И с каждым днем все меньше имеет значение, где именно будет стоять этот дом и сколько в нем будет комнат. Лишь бы не было никого, кроме них.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Однако поговорить напарники так и не сумели. Грард появился в комнатах добровольцев уже через несколько минут.
Таэльмина всего лишь успела умыться и переодеться, и в этот раз она не оставила в мешке ни единой из вещиц, встречающихся лишь у ее согильдийцев. Все секретное оружие и особые снадобья были уложены в предназначенные для них потайные кармашки и складки в невзрачной одежде тени, и, когда Харн мог бы поклясться, что туда не поместится больше даже иголки, тихо скользнувший в комнату Ганти положил перед бывшей ученицей увесистый сверток.
Молча и стремительно сделал несколько непонятных знаков и исчез, даже не взглянув на подозрительно нахмурившегося Хатгерна. Впрочем, сердился герцог ровно до того момента, пока тень не развернула подарок. А когда между тонких березовых дощечек миниатюрного сундучка мелькнули светлой синевой лезвия боевых кинжалов, понял, как справедлива старинная поговорка, утверждающая, что бывших наставников не бывает.
Если они истинные, разумеется.
Вот в этот момент и вошел в комнату напарников дракон.
— Ваш багаж уже на месте, — сухо объявил он, пару мгновений понаблюдав, как герцог укладывает вещи, — если хотите, могу отправить вас прямо сейчас.
— Конечно, хотим, — сразу вспомнил слова тени Харн, так и не успевший выяснить, почему она просила его не спорить.
Наспех забросив в походные сумы все приготовленное в дорогу, напарники поспешили вслед за драконом в столовую и обнаружили бегущих в том же направлении спутников. Каким способом остальные узнали о немедленном отправлении, герцог так и не понял, но выяснять это пока было некогда. В центре комнаты бледно светилось окно перехода, а за ним виднелись белеющие вдали снежные вершины и несколько обычных походных тюков, лежащих на ведущей к горам каменистой тропе.
— Похоже, там холодно, — встревоженно оглянулся на Таэльмину герцог, но тут в окно первыми прыгнули типары, и оно затянулось привычной дымкой.
Торопливо метнулся к окну эльф, увлекая за собой Уатель, затем Изор с Алдером на руках, Ительс с Мейсаной…
— Там есть теплые вещи, — нехотя буркнул дракон, когда в тумане прохода растаяла крепкая фигура герцога, привычно подхватившего на руки свою невесту, и, мрачнея, еле слышно добавил: — Все там есть.
Больше всего в том месте, куда туманный путь привел отряд Крисдано, оказалось скал.
Самых разнообразных цветов, форм и размеров. Они окружали вьющуюся по дну ущелья тропу со всех сторон, словно фигуры в мастерской сумасшедшего художника, задумавшего сразу тысячи разных скульптур, но так ни одну и не закончившего. Белые и черные, синие и алые, розовые и зеленые, плавно изогнувшиеся и резко изломанные линии, проточенные насквозь малые и огромные отверстия, безумно вспенившиеся завитки и гладкие, как лед, поверхности, — разглядывать все это можно было бесконечно.
Но очень скоро тень начала понимать главное — ориентироваться в этом буйстве красок и нагромождении невероятных фигур будет очень сложно. Значит, продвигаться быстро отряд не сможет, ведь кому-то придется идти впереди и тщательно проверять всю эту сумасшедшую мешанину изваяний, в которой так легко спрятать все, чего душе угодно. Или кого угодно.