Читать книгу «Я на тебе никогда не женюсь» онлайн.
— Я ее сейчас покалечу, — мрачно сообщила мужу, глядя, как по его лицу скатываются капельки какой-то розовой жидкости с жутким ароматом. — Какой самоубийца назвал именно этот приворот «нежным»?
— Тьфу… Из-за розового масла… тьфу…
— Валь, она платье рвет…. Это ж что? Она хочет тебе домогательство пришить? Чтоб ты, как честный человек… Я ж из нее жаркое сделаю!
И тут в дверь ворвались давешние курицы.
И понеслось!
Ах-ах-ах! Да как такое возможно! Да почему! Да вы теперь, как честный лорд! Ах, бедная леди Ви! Какой позор!
— Уж да! Большего позора для вас, леди, и быть не может! — раздался из-за каменной стены глас, грому подобный. У Шан-таля нервы не выдержали. Он вышел из-за занавеса, весь такой великолепный, пышущий жаром праведного негодования. Брови сурово нахмурены, руки на груди скрещены, взглядом мечет молнии…
— Ах!
И леди Ви совершенно не эффектно рухнула в обморок. Планировала-то упасть на руки мужчине, а грохнулась на так и недочищенный коврик.
Прошипела что-то ругательное, поддернула подол платья, картинно раскинула руки….
— Я буду ходатайствовать перед Их Величествами, чтобы вас — всех трех, отправили на наш блокпост. Вас двоих — простыми служанками, а эту леди — на кухню. Помои выносить, — припечатал Шан-таль.
В обморок рухнули все трое. По-настоящему.
***
Вечером того же дня мы сидели в нашей гостиной втроем. Я, Валико и Шан- таль. Мужчины смаковали вино нового урожая, недавно присланное нам заботливым свекром. Правда, о том, что стал свекром, герцог Аверис пока не знал. Не до этого ему было сейчас, разгребал проблемы в поместье, которые ему успели создать любящая женушка и доверенный лекарь, в данный момент упрятанные одна в монастырь, а другой в тюрьму.
А мы как-то не рвались афишировать наши отношения. Кому надо — знают, остальные пока переживут.
— Не о таких невестах для своих ребят я мечтал, — негромко говорил Шан- таль, вертя в пальцах тонконогий бокал с золотистым вином. — На границе эти девчушки не выживут. Уж ты-то, Вальен, знаешь. А женщины нам нужны. Парни, бывает, бесятся, а до ближайшего Красного Фонаря*, сам знаешь…. Кстати — не желаешь составить мне компанию? Пробежимся по старым адресам в столице. И парня твоего прихватим. Ему пора становиться настоящим мужиком.
Я фыркнула, а Валь едва не захлебнулся.
— Нет, мы уж как-нибудь так, — прокашлялся он. — И Ангел обойдется без подобного опыта.
— Так вы…. Валь, не ожидал! Ты — и мальчишка?! Хотя…. Ты ж и в юности не увлекался девочками….
— Дам в глаз, Шан, — прошипел мой супруг, отставляя в сторону бокал. — Ты зачем сюда приехал? Невесту выбирать — вот и выбирай, а свои мысли и домыслы попридержи. Я-то ладно! Дам в глаз, и успокоюсь, может быть. А вот Ангел….
— Ангел заполирует, — хмыкнула я, вновь ненавязчиво демонстрируя умникам свою змейку, которой именно в эту минуту захотелось проснуться, сползти с запястья на ладонь, и уставиться в глаза нашего гостя. Проникновенно так. Можно сказать — с любовью. К хорошо прожаренному бифштексу.
Шан-таль поежился.
— Так я ж ничего, так, предложил…. Не хотите — не надо.
— И вы, уважаемый, тоже не хотите! — веско сказала я, поднимаясь. Это мужики сыты вином и разговорами, а мне жрать охота. Я молодой, растущий организм, потому пойду-ка на кухню, пока и в самом деле кого не поджарила. — Вам сейчас категорически не стоит светиться в таких местах. Начальство бдит! Облико морале, так сказать! Чтоб комар носу не подточил. И мальчиков своих уймите. Кто хочет плотно поужинать — подтягивайтесь через полчасика.
И ушла. О чем мужчины еще беседовали — не слушала. Валь мне и так все расскажет.
На плите шкворчало мясо в собственном соку, исходила паром картошечка, мои руки привычно управлялись с ножом, шинкуя лук и морковку. Не люблю я морковку ножом строгать, а терки тут отсутствуют, как класс. Изобрести, что ли? Ведь, казалось бы — чего проще! Напробивал в куске железа дырочек гвоздем — вот тебе и терка! Правда, такой теркой только картошку на крахмал тереть. Помнится, в детстве нас бабуля к этому неблагодарному занятию привлекала. Огород-то свой. Картошки садили много, с расчетом на хозяйство. А когда копали ее, болезную, не без того, чтобы клубни не попортить. Вот их-то тщательно мыли, а потом на большой терке перетирали. Заливали водой, тыщу раз промывали, пока вся мезга не отставала. Потом получившуюся белую массу отцеживали, раскладывали на листах и просушивали. Мне больше всего нравилось засунуть руки в подсыхающую массу, жамкать ее и слушать, как крахмал скрипит в пальчиках…. Ша, девочка, до слез довспоминаешься! А крахмала тут тоже нет, и кисель никто не варит….
— Ангелок, ты нас в дом-то пустишь?
ПапА прибыли. Стучать ногой в дверь отучились быстро. Достаточно было пристроить к косяку одно мерзопакостное изобретение моего шаловливого ума. Вернее, я мужу о домофоне рассказала. Теперь у нас есть свой собственный магофон. Если кто ногой в дверь — тому ласковые слова на древнем диалекте давно вымершего народа. Плюс протухшая вода в глаз. И не надо на меня всех чертей вешать! Я только идею подкинула, а исполнение — моего крайне озлобленного супруга. Нам в ту ночь так и не дали процесс завершить как должно…. Раз пять кого-то с визитами приносило. Теперь все вежливые, порядочные и по пустякам не шастают. Правда, иной раз забываются, и тогда сами на тот диалект переходят, но это мелочи.
А Валико еще и переговорник изобрел. Теперь гость на кнопочку нажал, высказался, и привет.
— С кем ты там? — спрашиваю, потому что Валико явно увлекся беседой, и не спешит на призыв.