Герцогиню вновь призвали к ответу.
Выяснили, что душка Алек Съеврин давно влюблен в красавицу Анелию. Шлет ей письма с признаниями и подарки.
Письма изъяли. Изучили в подробностях. Между слащавых строчек о пламенной любви проскальзывали строки о том, что хорошо бы от герцога избавиться. Потихоньку, не привлекая внимания. А уж потом, когда Анелия будет свободна, насладится статусом вдовы — через год, примерно — лорд Съеврин сделает ей предложение, от которого она не сможет отказаться.
Для того в помощь прекрасной леди посылает своего доверенного человека. С весьма интересными травками….
Конечно, в письмах не было конкретных указаний, типа — вот тебе трава, вот тебе лекарь, вот тебе план действий. Иди и отрави мужа. Нет. Все было тоньше. Там словечко, тут предложение, там намек, тут упрек — ах, вы так холодны, а я прямо весь горю от страсти к вашему герцогству….
— Бабы! — смачно выругался герцог, выслушав подробности. — Чего тебе не хватало, дуре? Ведь все было. Деньги, наряды, праздники, чтоб их Семерка праздновала без передыху. Детей родила, двух — я ж больше и не требовал, раз не случаются. Чего тебе еще надо было?
Герцогиня гордо вскинула головку. Ах, где понять мужланам тонкую душевную организацию стареющей леди! Всю жизнь в этом замке, всю жизнь в столицу только по большим праздникам! Всю жизнь муж занят делами герцогства, а ей хотелось балов, модных торговых лавок, вечерних чаепитий в салонах придворных дам…. И как тут устоять, когда так жарко смотрит бирюзовым взглядом лорд Алек Съеврин. Он пока не маркиз, граф, но ведь его отец не вечен…. Жена? Фи, какая малость! Обитель принимает всех в свои стены….
— Что ж, думаю, вы сами решили свою судьбу, леди, — поставил точку Его Величество. — Какая из Обителей более всего нуждается в насельницах?
Герцогиня упала в обморок.
— Сынок, а как же с Риком-то быть? — задал волнующий его вопрос герцог.
Вальен-таль вздохнул, и вытащил из кармана небольшой кулон из горного хрусталя.
— Это артефакт, отец, — сказал он, демонстрируя действие артефакта. — Видишь, он подтверждает наше родство. Я действительно твой сын. Зови Рика.
Мальчик оказался законным сыном герцога Аверис. Впрочем, это и без артефакта было видно всем, кто смотрел на них сейчас. Более точную копию найти было сложно. Он жался к отцу и смотрел на старшего брата с испугом.
— Эх, надо бы тебя в академию отдать, да нельзя, — посетовал отец, взъерошив светлые волосы сына. — Законный ты. А в академии только бастарды и обучаются. Ну, да ладно. двенадцать тебе. Самое время обучением заняться. Где я сам, где учителей наймем. А где и старший брат не откажется помочь. Поможешь ведь, сынок?
Вальен-таль кивнул, понимая — поможет. И потому что отец попросил. И потому что Ангелок не поймет отказа. И потому что…. Просто потому что — брат…
И хватит об этом.
— Значит, все ниточки так или иначе тянутся в маркизат, — задумчиво сказал Его Величество, отложив в сторону толстую пачку допросных листов. — Кто еще у нас остался недопрошенным? Граф Съеврин? А его отец? Маркиз Жермен Съеврин все еще на свободе?
— Нет. Маркиз сейчас находится в своем доме без права выезда и даже выхода. Возмущен, но устраивать побег не намерен. Впрочем, ему это и не удалось бы. Маячок ему поставили сразу же, как только взяли сына, — ответил капитан гвардейцев. — Переживает о внуке. Джай-таль все еще находится в лечебном отделении.
— Значит, пора вызывать сюда дядюшку, — сделал вывод король.
— Допрашивать без жалости. Одно только наличие травки, запрещенной в Королевстве, даст нам возможность упрятать графа. Пусть дядюшка не стесняется. Ломает все блоки, если они есть. Что Содружество?
— Пока тишина. Шан-таль прислал депешу. Подходил к границе взвод. Осмотрел место побоища, полюбовался на блокпост и тихо-тихо отошел обратно, оставив стандартный отряд пограничников. Правда, мне донесли, что Шан-таль не постеснялся продемонстрировать им иллюзию произошедшего там. И это Ангелово «Спецназ непобедим», и» Кто с мечом к нам»…
— Впечатлились, значит. Это хорошо. Вовремя дядюшка дочку отыскал….
Допрос графа Съеврин велся без малого сутки. Вначале он, как водится, грубил и ерничал. До тех пор, пока за дело не взялся палач. Боль — она отрезвляет даже закоренелых преступников. Плюс заклятие правды. Так что у графа не было ни единого шанса солгать. Потом за дело принялся Вайзер-таль. Сковырнул все блоки, и Алек Съеврин запел…
Все началось чуть меньше четверти века назад. Граф был молод, амбициозен, мечтал о большем, чем мог предложить ему отец. И надо ж было такому случиться — попал граф в Содружество. Уже тогда он увлекся разведением элитных коней, решив вывести новую породу. С этой целью и отправился за границу, благо, это не запрещено. На торгах купил прекрасного жеребчика. Молодого, но подающего большие надежды. Потом по случаю прикупил еще и кобылку той же породы. На бегах встретился с графом Тинк. Разговорились — тем более, что графство Тинк входило в маркизат его отца.
Граф посетовал, что слегка поиздержался, вывозя дочь на балы. Девочке всего шестнадцать, пора приглядывать женихов, но увы — графство приносит малый доход. Потом предложил отметить удачное приобретение.
Граф очнулся уже на границе, в компании графа Тинк. У него оставались какие-то смутные воспоминания о том, что они вреде бы с кем-то пили за знакомство, потом за дружбу, потом еще и еще…. Потом были какие-то встречи с кем-то, странные разговоры о короле и королевской власти….
Надо сказать, что граф Тинк, как опытный рыбак, вываживал крупную рыбку — умело, и настойчиво, то отпуская лесу, то натягивая ее. Беседы о том, что маркизат — слишком мелкая единица для такого умного молодого человека. Потом откуда-то возникли некие бумаги — маркиз Съеврин, тот самый, что когда-то закрыл собой предка нынешнего короля, был никем иным, как братом короля. Вроде бы даже близнецом, к тому же первенцем. Не секрет же, что близнецы не всегда идентичны друг другу…. Мол, это подтверждает право рода Съеврин на трон…
Граф ненавязчиво выспрашивал — что происходит в маркизате, особенно вокруг блокпоста. Именно тогда участились случаи прорыва нечисти, участились и провокации на границе. Содружество будто проверяло — насколько прочен заслон.
Король Златовлас, тогда совсем еще молодой, только-только принявший власть, совершал ежегодный объезд своих владений, особенно озабоченный участившимися стычками на границе. Маркиз Жермен Съеврин встретил своего сюзерена хлебом-солью. Был устроен бал в честь короля, на котором блистали юные леди, только-только прибывшие ко двору маркиза. Среди них были две девушки, дочь и племянница графа Тинк. Именно племяннице и была отведена роль любовницы короля. Она должна была пробраться в опочивальню, отведенную Его Величеству. Соблазнить молодого мужчину не казалось чем-то несбыточным. Соблазнить, и понести от него. Для этого девушку напоили специальным зельем. И все бы сошлось, если б не случай. Во-первых, девушка страшно боялась короля. Во-вторых, ее сестра влюбилась в Его Величество с первого взгляда. В-третьих, когда дочь графа, подлив сестре сонные капли, пробралась в опочивальню, — как следовало по плану, одетая лишь в простыню и черную полумаску, короля там не оказалось. Вместо него в постели мирно спал граф Съеврин, изрядно принявший на грудь горячительного….
Утром Его Величество отбыл по своим делам, даже не подозревая о произошедшем. Он-то всю ночь провел за карточным столом, выиграв приличную сумму. А кто бы позволил себе обыграть сюзерена?!