И он жестом фокусника вытащил из нагрудного кармана голубенькую, слегка полинявшую ленточку.
— Да вы не подумайте чего! — тут же вскинулся он. — Я не дурак. Понимаю — чего стоит слово маленькой девчонки. Но раз так карта легла…. Почему бы не попробовать?! А что строптивая…. Это пройдет. Справился же я со своей теткой, а она уж точно не маленькой была, когда отец меня к себе забрал. Сейчас у нас мир и порядок. И девчонок она не обижает, хотя мачеху мою терпеть не могла.
Ангелок улыбнулась, и кивнула, соглашаясь.
— Хорошо, Реж…. Пробуй. Думаю, если ты тетку усмирил, коней укрощаешь, то и леди Ви сумеешь. Но смотри мне — без грубостей!
— Обижаете, лорд Ангел-таль! — развел руками Реж, улыбаясь ну очень хитро. — Лаской больше можно добиться. Особенно, когда ласки — через край!
— Наш человек! — одобрительно шлепнула парня по плечу моя супруга. — С чего начнешь?
— Со сватовства, конечно!
***
Леди Виола злилась. Все шло не так. Впервые за многие годы закоренелые подруги вдруг отвернулись от нее. Даже перебрались в соседнюю спальню. Ей пришлось самой раздеваться, распутывать волосы — между прочим, та еще проблема. Обычно девушки помогали друг другу… ну, ладно — сначала раздевали принцессу, а потом раздевались сами. Леди Ви считала ниже своего достоинства обслуживать кого-то. Ведь остальные — дети каких-то баронов, графов, а она никак не может быть дочерью кого-то другого! Ведь она такая хорошенькая!
— Да как они посмели, — шипела девушка, срывая с себя платье, и оставаясь в одном белье. — Как они посмели! Как только…. Как только узнает Ее Величество! Да я сегодня же напишу ей! Она немедленно заберет меня отсюда!
Она бросила платье, сорвала разорванный кем-то из лордов корсет. Надо же — ей порвали корсет, а она даже не знает, кто это был! С кого требовать предложения руки и сердца?!
— Да я потребую, чтобы этот…, Герой…, Как его там? Шан-таль? Вот, пусть он и берет ее в жены! А когда он женится — она на нем отыграется! Да он будет с ее руки есть!
— А Вальен-таля я потребую сослать в самую отдаленную провинцию, — бормотала леди Ви, раздирая расческой волосы и сглатывая злые слезы. — Вместе с противным рыжим мальчишкой…. Подумаешь — сын герцога! Бастард! Да как он посмел! Я хотела оказать ему честь!
Она еще долго металась по пустой спальне, пинала мебель, сорвала с окна штору, порвала ее и бросила на пол. Хотела было устроить истерику, но вовремя вспомнила, что зрителей нет, наблюдать за ней некому. И успокаивать тоже. А выходить в коридор, чтобы устроить истерику там — опасно. Сегодня дежурила самая противная из жриц. Она не будет смотреть, как леди бьется об пол.
Обольет ледяной водой — и вся помощь бедной девушке. А потом еще и заставит мыть этот противный пол. Один раз эта старая ведьма едва не подловила леди Ви, когда она скандалила с леди Ли. Тоже мне — леди! Тихоня’
Да как она посмела указывать ей, леди Ви! Говорить, что они все в равном положении, что никто из них не может с точностью сказать, кто их родители! Тихоня не может, а она, леди Ви, знает наверное! Иначе все служанки не обращались бы с ней, как с настоящей принцессой. Не называли бы маленьким ангелочком, не исполняли бы все ее капризы.
To, что служанкам и нянькам проще было дать то, что ей хочется, а не успокаивать истеричную подопечную, леди не приходило в голову. Особенно после того давнего случая, когда она потерялась в толпе. Загляделась на миленького пони, который как привязанный шел за мальчишкой. Мальчишка был старше юной леди, долговяз и худощав, но она тогда не придавала никакого значения внешним данным каких-то мальчишек. Ей пони был гораздо интереснее. Потом, когда мальчишка и пони почти скрылись из виду, она огляделась и заревела в голос.
— Чего ревешь? — вернулся к ней мальчишка. А она, захлебываясь слезами, пожаловалась, что ее все бросили, что она дочка самого короля, а няньки…. Леди Ви уже не помнила точно, что говорила. Мальчишка погладил ее по голове, дал леденец на палочке, усадил верхом на своего пони и повез искать королевских воспитанниц. Нашлись они быстро, у входа в шатер циркачей. Старшая нянька уже хваталась за голову, представляя, что с ней сделают Их Величества.
— Вот ваша потеряшка, — сказал мальчишка, снимая ее с пони. — Как тебя зовут, кроха?
— Леди Виола! — все еще всхлипывая, ответила она, приседая в изящном — во всяком случае, ей так думалось — книксене. — Ты будешь моим рыцарем!
И подарила мальчишке ленточку. Все равно она испачкалась, когда леди Ви упала, споткнувшись.
— Вы повели себя, как настоящая принцесса, — похвалила ее старшая нянька.
А потом еще долго ставила ее в пример другим девочкам. Может быть, именно тогда леди Ви и поверила в то, что она и есть принцесса?
Того мальчишку, имени которого она так и не узнала, леди Ви долго считала своим настоящим рыцарем. Тем более, что каждый год именно в тот самый день, белый голубок приносил маленький подарочек. Иногда это была новая ленточка, иногда красивый камушек, иногда просто цветущая веточка. Леди Ви хвасталась подружкам, что ее верный рыцарь не забывает свою принцессу. А в последние годы голубок стал почему-то обычным, и приносил уже не цветущие веточки, ленточки или камушки. В последние годы он приносил голубоватые веточки терпко пахнущей полыни. Леди уже не хвасталась. Выкидывала веточки и тщательно отмывала руки….
Она уже собиралась написать письмо, и приказать своему рыцарю оставить ее в покое. Принцессе не пристало принимать подношения какого-то простолюдина. Но тут их отправили в академию.
Леди Ви со злостью запустила расческой в стену и улеглась в постель. Снились ей насмешливые глаза. Темно-серые, с искорками, они будто светились в темноте. И чей-то ласковый голос напевал ей ту песенку, которую много лет назад насвистывал ее рыцарь.
А под утро, за несколько минут до побудки, она услышала тихий шепот:
— Маленькая ты еще, моя леди. Это ничего. Я подожду, это ничего…,
— Я взрослая, — пробормотала леди, с трудом открывая глаза и ежась от холода. — Взрослая…
И едва не заорала от страха: рядом с ее подушкой лежала еще одна. Примятая чьей-то головой и еще теплая. В ямке лежала веточка степной полыни, и чуть слышно поскрипывала приоткрытая оконная створка….