- Ты понимаешь, что вместе с ней в твою жизнь войдут и вампиры? - тихо спросил он у Катерины.
Женщина медленно кивнула головой, не сводя глаз с кусочка бумаги перед собой:
- Но она — моя сестра. Моя родная сестра.
- Она — любовница вампира.
Катерина перевела на отца тяжелый взгляд и, чуть помолчав, повторила:
- Она моя сестра.
Маг обреченно вздохнул и перевел тему разговора:
- Алина приходила просить помощи. Твоей помощи, Катя. Ей нужно, чтобы в прыжке именно ты изменила вероятность.
Дочь встала со стула и взяла визитку в руки.
- Почему я? Она ведь тоже ткущая.
Старик огорченно покачал головой:
- Нет, дитя мое, к сожалению больше нет. И все теперь ложится на твои хрупкие плечики. Теперь от тебя зависит…
- Ты всегда учил меня быть честной, - рассеянно перебила его Катерина.
- А еще помогать другим и делать добро, - дополнил ее отец, - и сейчас наша задача сделать все, чтобы исправить созданное твоей сестрой.
- А Алина будет считать, что я прыгаю в день штурма? - уточнила она, отвлекаясь от столешницы и переводя взгляд на отца.
Отец замолчал, обдумывая свои следующие слова.
- Да.
- А я должна буду изменить ее судьбу так, чтобы больше подобного не повторилось?
- Да, дитя мое, - снова кивнул старик.
- Но тогда получается, что штурм выиграет Орден? И всю войну в итоге?
Старый маг глубоко вздохнул.
- Вампиры это зло, которое надо выжигать с лица земли. Уничтожив верхушку клана, мы сможет постепенно очистить страну от этой грязи.
Катерина проницательно глянула на отца:
- И тебе не придется нарушать собственные принципы и делать из Лины полу-вампира?
Отец отпустил голову. Катерина была права полностью.
Нарушение одного из своих самых серьезных принципов — вот что угнетало старика больше всего.
Но вампир тогда поставил на чашу весов жизнь Кати.
Жизнь сестры против жизни сестры. Катя в Лабораториях или Алина-гемофаг.
Выбор был сложнейший, но тогда отец Сергий считал, что он сделал правильный выбор.
До поры, до времени.