- Правда, - он отставил чашку на стол и сложил руки на груди, - Наркоман - едва ли не лучший из видов рабства. А из вас сделали именно наркоманку. Доказать? На что вы были бы согласны, если 6ы получили кровь понтифика вовремя? - девушка застыла, и бывший священник кивнул головой, он знал, что бьет прямо в точку. - Уважаемая Алина, я вполне допускаю, что Марк действовал из лучших побуждений, но вы стали его рабыней, настолько покорной и верной, какими редко становились даже рожденные в неволе.
Лина отвернулась, стараясь сдержать злые слезы. Она прекрасно знала, кем по сути является, но понтифик на разу не подал даже знака, что считает Лину своей рабыней. Марк действительно любит ее.
И слушать сейчас обвинения в его сторону и намеки на использование Лине было очень неприятно.
- Поэтому, - продолжил старик, не обращая внимания на ее реакцию, - я искренне рад, что вы в итоге избавились от Печати.
Доказывать что-либо девушка не стала.
- Но я избавилась и от дара. И чтобы вернуть все обратно…
- А вы действительно хотите вернуть? - уточнил старик, пристально глядя в ее лицо.
Лина виновато опустила голову. Вспомнила Марка, Милу и горько улыбнулась.
- Я обязана все вернуть обратно. Я понимаю, что мои действия могли причинить другим людям …
- Зло?
- Проблемы, - переиначила она, - Но знаете, я не согласна с вами. Да, быть может, раньше я и была эгоисткой. Но мне пришлось многое пережить, и это дало возможность переоценить все по-новому, - девушка качнула головой, - И то, что я сделала и у “Странного места”, и в резиденции - было ради других, а не ради себя.
Сергей Константинович хотел было что-то ответить ей, но лишь упрямо поджал губы. Он все равно оставался на своем - для Алины, по его мнению, в первую очередь важно лишь то, чего хотела она.
- Кстати, Марк знает о Катерине? - вдруг спросила девушка.
Старик иронично поднял одну бровь и цинично усмехнулся:
- А вы думаете, кем он меня шантажировал, чтобы я поставил на вас Печать гемофага? Этот аркан нарушал слишком много моих принципов, чтобы я добровольно согласился работать с ним.
…
Марк хмуро читал письмо по электронной почте. Филипп предупреждал своего учителя, что недавно в Уральской директории появились вооруженные банды посвященных-смертных. Они пропагандировали восстание против недавно назначенного понтификом префекта и агитировали за смену власти в клане. Особенно он обращал внимание на лозунги о смещении верховного понтифика.
Новость была неприятной. Сейчас Филипп писал именно о посвященных, но подобная истерия среди смертных грозила выплеснуться и на обычных людей, не знающих о существовании кровососов. Вампиров не так много, смертные же плодятся как тараканы, и чем больше народу будет известно о реальном существовании созданий из суеверных ужасов, тем больше шансов получить вторую Инквизицию.
Фил, разумеется, смог вовремя разобраться и уничтожить поднявших бунт, но подобные стайки смертных, по его словам, были замечены и в других областях.
- Когда приезжает Александрос? - Дитрих уже был в курсе событий на Урале и тоже считал, что приезд лидера европейцев слишком подозрителен.
Понтифик бросил взгляд на календарь.
- Через три дня.
- Значит, основные выступления надо ждать в это время, - резюмировал Палач, - Что предполагаешь делать?
Понтифик задумался.
- Марк, - Дитрих начал очень осторожно, он знал, что друг не любит поднимать эту тему, - Мы сами уже вряд ли справимся. Клан очень ослаблен, и если периферию подпитывает Александрос…
Мужчина согласно качнул головой.
- Больше некому. Точно так же он присоединял Испанию в пятнадцатом веке, помнишь? Сначала разжег Инквизицию, чтобы уничтожить Цех менталов, затем начал вырезать все руководство.
- Марк, нам нужна ткущая. Мы не справимся одни.
Дитрих уже пару раз напоминал об этом выходе из сложившейся ситуации, но каждый раз Марк был категорически против.
Ткущие не умеют работать точечно, с одним определенным объектом. Как правильно высказалась тогда Элсбет: “при попытке поджарить яичницу, они сносят к чертям собачьим весь курятник”.