Морис, успокоившись, сел. Он снова улыбался.
- Я так не думаю, дружище. Если бы мне пришлось обвинить в этом кого-нибудь, то я выбрал бы благородную Луизу Кэрью, дочь моего старинного друга лорда Канифеста... Однако, если вы обернетесь, то увидите за вашей спиной мою племянницу. И я не буду возражать, если вы зададите ей несколько вопросов.
<p>
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ</p>
<p>
Случайное алиби</p>
Беннетт отодвинулся на стуле и обернулся. Она вошла бесшумно и стояла неподалеку от стола. Беннетт начал было отодвигать соседний стул, чтобы она могла присесть, прежде чем невозмутимый Томпсон успел сделать хоть одно движение, но она отрицательно покачала головой.
- Кто-то хочет обвинить меня, - сказала она, - в попытке столкнуть Марсию с лестницы? И это замечание относительно Луизы... - Она с любопытством взглянула на Мориса, словно бы никогда не видела его прежде. - Вам не кажется, что ваша шутка была отвратительной?
Она надела платье, которые было, по всей видимости, самым лучшим в ее гардеробе, словно бросая вызов. Оно было мрачного серого цвета. На мгновение показалось, что от ее нервозности не осталось и следа, хотя она постоянно вертела в руках платок. Свет падал на одну сторону ее лица, и Беннетт впервые мог его отчетливо разглядеть. Она выглядела старше, чем он думал. В ее лице, с мягкими чертами, в ее взгляде читалась решимость.
Вокруг шеи, скрывая синяки, был подчеркнуто небрежно обмотан газовый шарфик.
- Ты... хм... что ты сказала, Кейт? - спросил Морис. Он не смотрел в ее сторону и казался несколько удивленным. - Ты, конечно же, лучше меня осведомлена, что мне говорить, а что нет? В связи с чем ты решила, что можешь обсуждать мои слова, сказанные по какому-либо поводу?
Она дрожала; она закусила нижнюю губу; ее глаза сверкали яростью, когда она сделала шаг вперед. Однако она была побеждена, и знала это, поскольку Морис продолжил:
- Вот как! С моей точки зрения, боюсь, это выглядит чрезвычайно глупо. Очередной маленький бунт на корабле. Ты ведь хочешь сказать: "идите к дьяволу", или я не прав?
Абсолютно уверенный в своей правоте, полностью удовлетворенный тем, как разрешил возникшую проблему, Морис бросил на нее взгляд, полный нежной укоризны и заботы. Ее глаза полыхнули.
- Я не позволю выставлять себя в глупом виде! - сказала она, сдерживаясь. - Ни вам, ни кому-либо... и, и... Джон! Что такое? Хочешь о чем-то спросить?
Она обернулась и посмотрела на него.
- Все в порядке, Кейт. Просто я не очень хорошо себя чувствую. Не обращай внимания. - Он поднял голову и оперся одной рукой на стол. Он в самом деле выглядел больным, на его лбу выступил пот. Твидовый пиджак казался сейчас слишком большим для его худощавой фигуры. - Иди сюда, Кейт... Мы ведь еще не виделись с тех пор... с тех пор как я вернулся. - Он протянул руку и попробовал улыбнуться. - Как ты, старушка? Выглядишь прекрасно. Ты изменилась... Я привез тебе подарок, вот только еще не успел распаковать свои вещи.
- Но что случилось?
Она подошла к нему. Он осторожно взял ее за подбородок и приподнял ее голову, чтобы лучше рассмотреть; он улыбался, очевидно, не думая ни о чем, кроме нее. У Беннетта возникло чувство, что только сейчас он видит истинного Джона Бохана, скрывавшегося до этого момента под множеством масок.
- Ничего страшного, пустяки. Не позволяй им запугивать себя, слышишь? Они поймали меня в скверной ситуации, когда не важно, что именно я попытаюсь доказать; в любом случае я попаду из огня да в полымя. Любое мое слово может быть шагом к виселице.
Мастерс сделал шаг вперед, Джон остановил его жестом руки.
- Спокойно, инспектор. Никакого признания я не делал. Я просто полагаю, что сейчас нет никакого смысла в том, что я скажу, или не скажу. А потому я отправляюсь в свою комнату и лягу спать. Не пытайтесь меня остановить. Вы же сами сказали, что никаких официальных полномочий у вас нет.
В его поведении сквозило какое-то напряжение, так что никто ничего не сказал. Кажется, он понял, что никто не собирается его останавливать, и быстро направился к двери, но, подойдя к ней, остановился, обернулся и внимательно осмотрел всех изучающим взглядом.
- Всего хорошего, - произнес он. Дверь за ним закрылась.
Наступила тишина. Беннетт смотрел на спокойное, немного забавное выражение лица Мориса, и ему пришлось подавить внезапно возникшее желание схватить его и стереть в порошок. Некоторое время он боролся с этим желанием. И победил. Затем взглянул на Кэтрин и попробовал закурить; его руки дрожали.
- Что происходит? - воскликнула девушка. - В чем его подозревают?..
Беннетт тихо подошел, положил руки ей на плечи и заставил сесть. Ему показалось, что она незаметно пожала ему руку. Мастерс повернулся; если он правильно понял выражение лица главного инспектора, - тот испытывал точно такие же ощущения по отношению к возникшим в деле затруднениям, что и он сам.
Мастерс медленно произнес:
- Вчера вечером и сегодня утром я был вынужден задать мистеру Бохану целый ряд вопросов по поводу происшедшего. И я полагаю, мне нужно установить некоторые факты, чтобы... Прошу прощения; вы - мисс Бохан? Ну да. Что ж, начнем с вас.
Она налила себе в чашку кофе, ее руки немного тряслись; но она ни разу не взглянула на Мориса, сидевшего напротив.