– Кто тебя обидел? – Вплыв в комнату, поинтересовался Тритон.
– Никто, я просто только что проснулась, – пояснила я.
– Как ты смеешь спать, ведь тебе надо писать лекции, которые ты пропустила, – начал читать мораль братец и отодвинув мою тушку в сторону, проплыл в комнату.
– Тебе отец передал письмо, – сообщила я и подплыв к своему гардеробу, открыла дверцу и достав конверт подала его брату.
Тритон нахмурился и взял письмо. Вскрыв конверт, принц уселся за стол и стал читать его. Я замерла, потому что знала, о чём идёт речь в этом письме. В процессе чтения на лице у брата сменяли друг друга разные эмоции. Сначала он ухмылялся, потом его брови постепенно поползли вверх, а ухмылка пропала, и вот Тритон закусил нижнюю губу, когда закончил читать. Брат уставился в окно и какое-то время сидел молча, сминая лист в руке. Вдруг из шкафа выплыла Аквочка, и Тритон вздрогнул, увидев её.
– Сестра, плыви за мной, – прозвучало из уст брата, как приказ.
– Зачем? – Почему-то поинтересовалась я.
– Не надо задавать глупых вопросов, Марина. Не волнуйся мы просто поговорим без свидетелей, – объяснил Тритон и выплыл за дверь, я последовала за ним.
Заплыв в беседку возле общежития, Тритон огородил нас куполом от подслушивания и как закричит:
– Ты знала, что Марий незаконно рождённый сын отца? Причём он его старший сын и получается я теперь средний. Вот же позор, – брат уселся на скамейку и взъерошил свои светлые пряди.
– Ну, какая разница, ты всё равно наследник и оттого, что ты средний сын уровня силы это тоже не уменьшило. Марий сейчас вообще без магии, он утратил её, когда спас западную часть тихоокеанского царства от монстра. Прошу, прими его, как приняли я, бабушка, папа и даже мама, – подплыв к брату и положив ему руку на плечо сказала я.
– Ты предательница, сестрица, не сказать своему родному брату про это. Я давно присматривался к Марию, ведь он постоянно отмазывал меня перед ректором. Хотя я иногда творил такое, за что мне потом в глаза Дальвосу было стыдно смотреть. Но меня постоянно прощали и оставляли в академии, – от слов Тритона мне стало стыдно за то, что я послушалась Мария и скрыла от него, что у отца есть ещё один сын.
– Прости, но меня об этом попросил Марий, и я ему пообещала не говорить тебе, – попыталась оправдаться я.
– Жалко, что он уплыл с Итом в царство западной части тихого океана, а то я бы с ним с радостью поговорил. А ты, сестричка, умничка, что не нарушила обещание, но в следующий раз рассказывай мне о таких вещах – я же всё-таки твой родной и любящий тебя брат, – сказал Тритон и встав обнял меня, поцеловав в макушку.
Из действий брата я поняла, что он тоже принял Мария, и теперь моя душа была спокойна, ведь в моей семье все ладят.
9 глава.
Марий.
С одной стороны, я был рад повидаться с царём Луцианом, отцом Итаниса, но с другой стороны я расстроился из-за того, что на время пришлось расстаться с Каравеллой, с которой у меня завязались серьёзные отношения. Началось всё с того, что эта русалочка меня всё-таки уговорила провести с ней тренировочный бой. И она меня удивила, потому что уложила на лопатки уже на пятой минуте нашего импровизированного боя. Примечательно в этом то, что я ей не поддавался.
– А ты хороша, – похвалил русалочку я, встав со дна и отряхнув налипший на хвост песок.
– Ты тоже не плох, но видимо засиделся ты в своей академии, – с самодовольной улыбкой сказала Каравелла и меня, как будто электромагией шибануло от того, как она посмотрела на меня.
– Кажется, ты повредила мне плавник, – изобразив хромоту, подметил я. Мне просто хотелось побыть с русалочкой наедине и поэтому я немного притворился.
– Тогда тебе нужно наложить тугую повязку. Поплыли ко мне, у меня в комнате где-то была аптечка, – помогая мне расправить, якобы пострадавший плавник, проговорила Каравелла. От прикосновений этой леди, у меня по всему телу распространился жар.
– Не прими за наглость, но не могла бы ты помочь мне доплыть до твоей комнаты, – попросил я и мило улыбнулся ей.
– Конечно же помогу, обопрись об моё плечо, только не стесняйся и наваливайся всем телом, я сильнее, чем кажусь, – сказала Каравелла и закинула на своё хрупкое плечико мою руку. Но я постеснялся наваливаться на неё всем своим весом и поэтому старался плыть самостоятельно, но прихрамывая при этом.
Когда мы доплыли до её комнаты, я не выдержал и признался:
– Прости, но я солгал тебе, на самом деле я просто хотел уединиться с тобой. И я не привык утаивать свои чувства и сразу хочу признаться, … - но мне приставили ко рту указательный палец не дав закончить монолог.
– Тссс, не продолжай, я не дура, и всё сразу же поняла, уж больно резво ты поднялся со дна. Мне ты тоже приглянулся и …
Но тут уже я не дал ей договорить и заткнул ей рот поцелуем, очень жарким и страстным. Я прижал её к стене и наслаждался вкусом губ этой русалочки, в которую, кажется, влюбился. Если бы не явление моей сестры, я бы потерял голову и похитил Каравеллу, утащил бы на ближайшую сушу и там сполна насладился бы не только телом, но и внутренним миром этой красавицы. Потом мы уговорили Марину не говорить никому про этот поцелуй, которым Каравелла вернула мне половину души, которую я потерял, когда погибла моя мать.
Сейчас я стоял перед Луцианом и его старшим сыном, наследным принцем Марианом, в котором конечно же присутствовали все родовые признаки всех тихоокеанских царей: голубые глаза и светлые волосы. Когда я видел его в последний раз, у него ещё не было бороды, а сейчас уже наблюдалась небольшая растительность.
– Приветствую тебя, Марий, и тебя, сын мой, как же я рад вас видеть, – и с этими словами царь принялся обнимать нас.