Вырай. Триединство (СИ): читать начало книги онлайн

Бордюр, в который уткнулась машина, ограничивал пешеходную зону вокруг многоступенчатого пьедестала с изображением ангела и барельефами на морскую тематику. На пьедестале стояла высокая колонна, украшенная якорями, а на самом её верху — человеческая фигура. Всё это было увешано деревянными и картонными табличками с надписями «welcome», «food», «water», «medicines», «help» и «justice», из-за их количества и разнообразия видеокамеру, направленную на точку выхода, приреченцы заметили не сразу. А заметив, напряглись — красная лампочка говорила о том, что аппаратура рабочая, и скорее всего, появление чужаков не осталось незамеченным.

Кольцевая развязка выводила сюда четыре улицы, но попасть на них было нельзя из-за забора, который ограничивал всю площадь.

Подобное путники видели уже не раз — всё-таки удобнее обезопасить точку выхода, чем ловить чужаков по всей территории, но, в отличие от других поселений, в этом забор выглядел добротно и внушительно. Никаких гнилых досок и мятых дверок от холодильников, только металлические прутья высотой в два метра. Полное ощущение клетки — тебе ничего не мешает разглядывать окружающий мир, но и выбраться ты не можешь.

Ландшафт за забором был явно городским. Слева шумел листвой то ли окультуренный лес, то ли одичалый парк, впереди и справа высились многоэтажные здания, а позади машины, как водится, клубился лиловый Туман, который по своему обыкновению каждые несколько минут становился невидимым. В такие мгновения он открывал взору путешественников всё те же высотки, естественно, недоступные. Каждый, кто пожелает к ним приблизиться, попадёт в Вырай.

— Что-то знакомое, — пробормотал сидящий на заднем сиденье Максим. — Это какое-то известное место…

— Угу, даже я где-то это видел, — согласно кивнул Слава. — Кажется, в сериале.

— И не в одном. Я вспомнил. Скорее всего, это Нью-Йорк. Но не Бронкс. Здесь мы ещё не бывали.

— Что-то нас никто не встречает, — проворчал Слава спустя несколько минут. — Не нравится это мне. Так и быть, выходим. Андреич, давай.

Покинув машину, Слава взвёл арбалет, Макс сделал то же самое. Мужчины встали спина к спине, вглядываясь в окна и кроны деревьев. Марина вышла только тогда, когда Славка разрешающе кивнул. Она закрыла глаза и прислушалась к мирозданию.

По давно заведённому правилу сразу после выхода из Вырая они не пользовались ни способностями ведьмы, ни заклинаниями и заговорами, подвешенными на амулеты. Всё для того, чтобы не привлекать лишнее внимание — слишком часто они натыкались на сообщества, которые, мягко говоря, не любили колдовство.

Но «общение» с Древом Жизни со стороны не было заметно, базовая способность по обнаружению Высших тоже никак внешне не проявлялась, поэтому ведьма спокойно им воспользовалась.

— Элиты нет, — сказала она спустя несколько секунд.

— Любителей пострелять тоже пока не наблюдается, — напряжённо ответил Слава. — И татуха молчит, значит, мелкой нечисти нету. Но чуйка говорит, что за нами наблюдают. Камера ж не зря висит.

Максим молча кивнул и опустил оружие. Искатель помедлил, но тоже расслабился, правда, лишь внешне. Пружина, в которую сжалась интуиция Славы, едва «Нива» оказалась на площади, распрямляться не спешила.

— Какие дружелюбные надписи. — Максим подошёл к памятнику чуть ближе. — Может, здесь, как у нас или в Бронксе?

— Что-то мне не верится в такое гостеприимство, — с подозрением прищурился Слава.

— Да ладно тебе, — пробормотала Марина. Она, всё так же не открывая глаза, встала на колени и развела руки в стороны. — У нас на пропускном пункте почти то же самое.

— Но мы уже минут десять перед камерой маячим, а реакции никакой, — возразил Слава. — У нас бы уже давным-давно дежурные отреагировали. К тому же дома никто не огораживает точку выхода. До ворот в само Приречье мы ничего не контролируем.

— Ну, у нас Яга в переходнике бдит, нам проще. Враждебно настроенных путников и не видим почти.

— И что? Они поэтому чужаков держат в клетке незнамо сколько времени? — всё больше раздражался Слава. — С каких пор, Андреич, ты веришь всему, что на заборе написано? Ты прям как будто на уродов никогда не нарывался. Я вот тоже, наивный пацан, в самом начале когда, забрёл в окрестности Новокубанска, повёлся на улыбочки. Щаз-з-з. Улыбались, потому что представляли, как гуляш из меня варить будут. Еле ноги унёс.

— Я читал отчёт, — перебил Славу Максим. — Кажется, то вообще твой первый поход за Туман был. А ты не думал, что здесь никто не живёт? Мы такое не раз видели.

— Заброшенной площадь не выглядит, ты чего, Андреич. Да и дымом пахнет, ты ж понюхай…

Марина в споре больше не участвовала. Если честно, она вообще вдруг перестала слышать спутников, сосредоточившись на ощущениях своего артефакта. Древо ровно и спокойно транслировало уверенность, что один из его осколков находится где-то здесь, на участке человеческой земли, не изуродованной потусторонним миром. Правда, из-за расстояния можно было определить лишь вектор направления, в котором нужно двигаться. Тянуло куда-то влево, за дикий парк. Ведьма почувствовала, как её душу заполняет невероятное облегчение — наконец-то путь длиною в несколько месяцев привёл к искомой цели. Конечно, изредка троица возвращалась в Приречье, чтобы отдохнуть и пополнить припасы, но по сути вся весна и половина лета ушли на путешествие. Древо искало части себя по всей планете, очень широкой сетью. Поначалу оно определило континент, и троица уже подустала от Северной Америки. Здесь нечистая сила представляла собой мешанину из мифов европейских, азиатских, африканских народов, индейская культура тоже оставила свой след, и всегда был риск наткнуться на что-то неизвестное ни колдунье, ни биологу.

Затем артефакт стал сужать область поисков, Вырай выпускал их всё ближе и ближе к морю, и наконец-то привёл туда, куда надо.

Восторг поутих, ведьма открыла глаза и бросила недовольный взгляд на массивное кольцо, изъеденное ржой. Фиолетовый камень закрывал всю фалангу. Он тоже был вечным конденсатором, тем самым, который с большим трудом удалось выторговать у приреченского водяного. Почему-то Марина раньше думала, что, как только перстень окажется в её руках, он тут же сольётся с остальным Древом в единое целое, как случилось в тот первый раз, во время сражения с Прасковьей. Но почему-то этого не произошло. Кольцо сливаться не желало, хотя всё остальное вышло точно так, как и предполагала колдунья — и базовая особенность имелась, и потенциальные способности хозяйки увеличились, и подвеска в виде кроны дерева была рада присутствию своей третьей части.

Если подвеска на волосяном шнурке держала в узде личного голема и чувствовала Высших, то перстень реагировал на неинициированных магов любого возраста. Марина даже вычислила несколько потенциальных будущих коллег среди детей Приречья. Правда, никому об этом не сказала, чтобы не пугать родителей. Да и не всякий потенциальный станет развивать способности, так что незачем лишний раз баламутить народ. Но вот почему эта деталь не присоединилась к основе, ведьма не понимала.

Впрочем, она надеялась, что когда четвёртая часть Древа окажется в её руках, то, что до́лжно, наконец-то случится.

От прикосновения к плечу Марина вздрогнула и непонимающе уставилась на Славку.

— Маня, ну что? Мы тут оббежали эту хренову площадь, пока ты в нирване была, вон там что-то типа ворот, но они закрыты. Есть переговорное устройство, вроде рабочее. Но нам никто не ответил. И улицы вроде как пустые, но гул стоит. Наверное, жильё чуток подальше. Так что либо тут кукуем, пока Вырай не откатится или нас кто-нибудь не встретит, либо валим в Туман, наплевав на откат. Второе предпочтительней, чуйка моя от этого местечка не в восторге, а она ещё ни разу не подводила. Ну, если не считать Новокубанска.

— Никуда не валим, — торопливо сказала Сычкова, поднимаясь с колен. — Осколок Древа здесь.