– Вы знаете, что настоящий убийца Оскара Вуди разгуливает на свободе. Так же, как и убийца Джея Парлара и Сьюзен Пейнос. Вы не можете сказать нам, что просто сворачиваете это дело, и все.
Зоу наклонилась поближе. Ее глаза, казалось, немного смягчились.
– Джентельмены, я прошу вас, не лезьте сюда. Я не могу сказать вам, почему, но так для нашего города будет лучше всего. Доверьтесь мне.
Брайан махнул рукой.
– Довериться вам? Поверить, что вы разберетесь с кровавыми символами в этом деле так же, как вы разобрались с Потрошителем Золотых Ворот?
Клаузер сразу же пожалел о своих словах. Он сейчас вытащил ту карту, которую следовало бы придержать до более верного случая.
Мягкость медленно исчезла из глаз шефа, и на смену ей вернулся обычный, холодный как лед отблеск.
– Комиссия может вернуться к вашим прошлым расследованиям, – предупредила она. – Что, если в одной из предыдущих перестрелок была допущена ошибка и вскроются новые обстоятельства? Тогда вы вообще можете оказаться на скамье подсудимых…
То есть за решеткой? Брайан смотрел на нее, словно ожидая чего-то, – но выражение ее лица не изменилось. Зоу не шутила.
Безупречная репутация Метца позволит ему сфабриковать любые доказательства, которые будут нужны Зоу. На суде любой окружной прокурор охарактеризовал бы Брайана как одержимого жаждой власти полицейского, который убивает людей по собственной прихоти. Даже если этого окажется недостаточно, чтобы упечь его за решетку, с карьерой можно будет точно попрощаться.
Его охватила злость – такая, которой он никогда раньше не чувствовал. Он, конечно, проявлял порой излишнюю жестокость, но делал это не преднамеренно. Теперь у него руки чесались от желания размазать Эми Зоу по стенке. Он знал, что ему доставит удовольствие схватить ее за горло…
Пукки вовремя схватил его за правую руку, сильно сдавив пальцами. Ярость сразу прошла. Брайан растерянно заморгал – неужели ему в голову и в самом деле лезли ужасные мысли?
– Мы понимаем, – сказал Пукки. – Шеф, вы ясно изложили свою позицию. Наше положение тоже вполне очевидно. Если у вас больше нет вопросов, то мы, пожалуй…
Зоу щелкнула пальцами, указав на дверь.
– Идите.
Брайан споткнулся и едва не упал, когда Пукки дернул его за руку и поволок к выходу.
– Пукс, давай-ка полегче…
Пукки внезапно остановился и повернулся. В глазах блестели гнев и досада.
– Брайан, больше ни слова до тех пор, пока мы не доберемся туда, куда нам нужно. Ты понял меня?
Его напарник был в ярости. Клаузер никогда не видел Пукки в таком состоянии.
– Конечно, Пукс, – сказал Брайан. – Куда направимся?
– Нас ждет неслужебный разговор. Пора собирать под знамена верные войска.
Робин принимает гостей
Эмма подбежала к двери квартиры, забуксовав на гладком деревянном полу. Прижав нос к дверному проему, она энергично завиляла хвостом.
Робин открыла дверь квартиры, едва не столкнувшись с усталым Пукки и чрезвычайно сосредоточенным Брайаном. Обычно она видела Клаузера в подобном состоянии в моменты серьезных расследований, когда тот чувствовал, что затягивает петлю на шее подозреваемого. Эмма гавкнула на Пукки, потом, радостно заскулив, бросилась к ногам Брайана.
Тот наклонился и подхватил собаку под брюхо. Ее задние лапы свисали вниз и не двигались. Подобное положение с виду казалось неудобным, но он всегда так держал Эмму, и та, похоже, не возражала. Ее хвост вертелся во все стороны, а язык облизывал лицо Брайана.
– О, ну хватит же, Эми, – говорил Брайан, отворачиваясь. – Я тоже по тебе соскучился.
Пукки выступил вперед и дружески обнял Робин.
– Робин-Бобин, как дела?
– Да никак, – ответила она. – Я до сих не понимаю, что произошло в морге… – Наклонилась и проговорила спокойнее: – Джон уже здесь. Он весьма расстроен.