Страшное оружие. Острие, прошедшее в область грудины Джона Доу, было направлено прямо в сердце. Если б не крючки, наконечник стрелы пробил бы его насквозь. Это казалось нелогичным, ведь чем дальше проник бы наконечник стрелы, тем больше повреждений мог нанести. Но, судя по тому, каким был наконечник и как он застрял в грудной клетке… похоже, его разработчики хотели именно этого.
Робин отложила грудную клетку в сторону.
Осмотрела сердце – и замерла.
Наконечник стрелы разрезал правый желудочек, почти отделив легочную артерию. Выстрел был, несомненно, смертельный. Но ее оцепенение было вызвано не сердцем убитого.
– Что это, черт возьми, такое?
В этот момент дверь кабинета открылась, и внутрь зашли Брайан и Пукки.
– Робин-Бобин… – как обычно приветствовал ее Чанг, но запнулся, увидев труп на столе. – Фу, какая мерзость.
Она подняла защитную маску и махнула им рукой:
– Эй, парни, хорошо, что вы здесь! Взгляните-ка сюда!
Брайан смерил ее удивленным взглядом.
– Разве нам не нужно во что-нибудь переодеться?
– Да ладно тебе! – отмахнулась Робин. – Подойдите поближе.
Небольшое помещение было рассчитано как раз на трех человек, не больше. Мужчины подошли к столу. Робин указала на окровавленную грудь и на гладкую фиолетовую форму сразу над сердцем.
– Что это такое?
Брайан и Пукки посмотрели на странный орган, затем переглянулись между собой. Робин увидела, как правой рукой Клаузер осторожно погладил себе грудь. Потом он снова взглянул на фиолетовую форму, слегка отпрянув, как будто увиденное испугало его.
Пукки испуганным не выглядел – скорее был взволнован. Он наклонился поближе.
– Это ведь его собственное сердце, правильно? Я прав?
– Да нет же, идиот, – раздраженно проговорила Робин. Она указала на красное сердце. – Его сердце выглядит вполне нормальным… – Она снова указала на фиолетовую форму. – Вот о чем я говорю. Такого я раньше никогда не видела.
Женщина сунула левую руку внутрь тела и обхватила пальцами странный кусок плоти; на ощупь он оказался плотным. Правой рукой она взяла скальпель и полностью высвободила непонятный фиолетовый «орган».
– Хм… – пробормотал Пукки.
Робин вытащила этот кусок наружу. По форме он напоминал небольшой диск размером с ладонь, фиолетового цвета, липкий от крови. Она показала его Брайану. Тот сморщил нос от отвращения.
– Может быть, это какая-нибудь опухоль?
– Не думаю, – ответила Робин. – Это не похоже ни на какие злокачественные или доброкачественные новообразования, которые мне когда-либо приходилось видеть. От других врачей я тоже ни о чем подобном не слышала. Возможно, это эктопический орган, дисплазия – то есть некий уродливый орган, который образуется в нетипичном для себя месте. Иногда такие органы могут быть вполне функциональны, но… подобного, такого, как этот, я что-то не припомню.
Пукки попытался наклониться поближе, но ему явно не хотелось прикасаться.
– Ну, и в чем же его функция?
Робин пожала плечами:
– Понятия не имею.
Она подошла к весам, поскольку обычно взвешивала все извлекаемые органы.
– Эй, – воскликнул Пукки и указал на промежность погибшего. – У этого парня нет яиц.
Брайан прыснул.