Я повернулся, притянул тебя и поцеловал сам и это было безумием. Ты оторвался, когда мои губы уже саднило и достал презерватив из куртки, раскатал по члену, а я просто ждал, когда уже это случится. Ты вставил слишком сильно и резко, было больно и я понял, что ты первый раз с мужчиной. И видимо, по тому, как я напрягся, ты понял, что поторопился. Ты целовал мое лицо, думая, что это заглушит боль, в то время как я просто ждал, когда все закончится. Ты трахал жадно, с оттяжкой, а я не мог противиться, потому что мне нравилось, что это был ты, что ты запал на меня.
Несколько раз я думал, что кончу, но ты все портил слишком быстрым темпом. Слишком жадным ты был, твои губы скользили по моему телу, будто ты никогда до этого не занимался сексом. Ты вцепился в мои колени и кончил, уткнувшись мне в шею, а потом долго еще так лежал, оставаясь во мне и, как-то автоматически, гладил по голове. Я помню, как почти молился про себя, чтобы ты не попросил прощения, такого унижения я бы не вынес. Но ты не попросил. Ты посмотрел на меня, застегнул ширинку и ушел, закрыв за собой дверь, а я лежал и думал, что больше никогда не смогу смотреть тебе в глаза и играть вместе мы вряд ли теперь сможем. Я не понимал, почему не прогнал тебя, почему согласился «Дать тебе».
Утром на площадке ты подошел сам. Ты решил все прояснить и твердо сказал, что лучше сделать вид, что ничего не было. Я лишь поправил темные очки, что скрывали стыд в моих глазах и кивнул. Тем же вечером, когда мне хотелось повеситься, ты пришел снова и все повторилось, только ты был не так груб, ты был терпелив и даже нежен, но ты снова не остался до утра. Потом ты приходил уже каждый вечер и больше не скрывал, что я тебе нравлюсь. Мы начали встречаться и ты уже не бежал к себе сразу после секса. Мы подолгу разговаривали, лежа в кровати, перед тем как заснуть. Я боялся влюбиться так же, как и ты. Мы оба знали, что все это на время съемок. Так и получилось. Негласный закон сработал. После «Александра» мы больше никогда не были вместе и сейчас я стою здесь, в гребаном туалете и пытаюсь не сорвать выступление, которое задерживаю уже на двадцать минут больше положенного.
Я скучаю по тебе, все это время я ждал, что ты напомнишь о себе, сейчас я понимаю это как никогда. В голове просто сломался предохранитель, я не могу больше обманывать себя. Ты был единственным… Таким особенным в моей жизни. И я бы отдал многое, чтобы никогда не знать тебя.
========== Часть 2 ==========
-Джаред, все в порядке? Где ты был? Паршиво выглядишь, - Шеннон вышел встретить меня за сценой, взгляд взволнованный.
-Да, да. Все, выходим, я готов.
Он кладет руку мне на плечо:
-Ты уверен, может врача позвать?
-Нет, не нужно. И так сильно задержали.
-Ага. Слышишь, как они орут?
Я улыбнулся: люди в зале скандировали название нашей группы.
-Пора.
-Пора.
Я дал команду звуковому инженеру, чтобы начинал. Заиграла Carmina Burana O Fortuna. Звук, свет.
Началось. Трибуны орут, я в своей стезе. Только первый раз мне некомфортно здесь. Хочется спрятаться, убежать, чтобы все оставили в покое. Ненавижу тебя, как же я тебя ненавижу! Почему именно сейчас, а не ночью, как обычно, ты лезешь мне в голову. Fuck!
Уже второй раз Томо играет вступление под «Conquistador», а я снова проебываю свою партию. Даже не хочется смотреть на охуевшего Шеннона. Он не первый раз видит, как я лажаю, но первый раз видит, что мне на это похуй.
Я иду к микрофону, показывая знак «Стоп». Все стихает.
-Подождите, подождите.
Толпа беснуется, думает, что все это спланировано. Любое мое действие вызывает восторг, даже когда я вот так вот лажаю на сцене, подводя всю команду.
-Подождите, даже самые сумасшедшие shut the fuck up!
Наконец-то меня услышали.
-Спасибо. Сегодня я хочу начать немного по-другому, чем это у нас запланировано. Ок? Сегодня будет особая атмосфера, я думаю, всем понравится. Как насчет олд скула? Немного олд скула еще никому не навредило. Правда?
На парней даже смотреть не хочу, они не знают, как на это реагировать, ведь я никому не говорил об изменениях. Сто процентов Шеннон думает, что пьяный или под коксом.
-Гитару акустическую принесите.
Подбежал мой ассистент с гитарой и у него глаза навыкате. Боится меня. Я в качестве босса и так далеко не подарок, а тут еще и сбрендил. Похуй, пусть думают, что хотят. У меня просто крик души, который я уже не могу сдерживать.
Первые аккорды «Capricorn», черт, пальцы не слушаются. Для тебя Колин, где бы ты ни был. Толпа узнала, орет, а вот мне, как-то не весело.
So I run, hide and tear myself up
Start again with a brand new name
And eyes that see into infinity