Ливви сначала улыбнулась, потом саркастично усмехнулась.
- Будешь меня из-за этого отчитывать?
- Нет. У нас у всех есть плохие привычки.
Я в любом случае собирался придумать что-нибудь, чтобы отучить Ливви от курения, но не хотел ей в этом сознаваться.
Повернув голову ко мне, она расплылась в улыбке.
- Но не все мои привычки плохие.
Я также улыбнулся, несмотря на свою неловкость.
- Некоторые из них мне очень даже нравятся, - процитировал я ее.
Подойдя ближе, я смахнул волосы с ее лба. Мне нравилось прикасаться к ней. Мне нравилось напоминать себе, что она была рядом. К моему облегчению, Ливви закрыла глаза, наслаждаясь моим прикосновением.
- Я курю только когда нервничаю. Увлеклась этим после того, как вышла из больницы, но не курила вот уже несколько месяцев.
Отвернувшись, она сделала еще одну затяжку.
- Какова настоящая причина, по которой ты не стала звонить?
Мой страх стал нарастать.
- Ты... передумала? По поводу нас?
Кинув на меня взгляд через плечо, Ливви демонстративно перевела его на ночной город, и еще пару раз затянулась сигаретой.
- Я не знаю, чтоможет быть по поводу нас.
Мои глаза стало щипать. Наверное, от дыма.
- Может быть все, что захочешь, Ливви. А может и ничего не быть. Это зависит от тебя.
Как только эти слова сорвались с моих губ, я знал, что они были ложью. Она сердито на меня посмотрела.
- Нет, Калеб, не все так просто. Прошел год. Целый гребаный год! Ты ни разу не дал мне возможности на тебя позлиться. Ты просто исчез, оставив меня переживать о том, что, возможно, тебя уже нет в живых. Все это время у меня на хвосте сидело ФБР, и все это время я защищала тебя и то, что ты делал со мной, потому что я любила тебя, а ты поступился всем ради моего спасения. И вот теперь ты вернулся в мою жизнь...
Она утерла слезы со своих щек.
- И, черт бы тебя побрал, но мне невыносима мысль снова остаться без тебя. Но к этому примешивается и другая хрень - чувства, которые я не позволяла себе испытывать, потому как отказывалась признавать, что возможно, Рид и Слоан были правы. Может, я не могу тебя любить.
Мои вены затопил адреналин, пока надо мной брали верх до сих пор бездействующие, долго неиспользованные эмоции.
- Пожалуйста, - услышал я свой шепот.
Я даже не знал, о чем просил. Наверное, я всего лишь хотел, чтобы Ливви прекратила говорить такие вещи. Ее слова причиняли боль. Они причиняли самую сильную боль, которая только существовала на всем белом свете. Почти такую же боль, как и воспоминания об угасающих глазах Рафика. Мне вернулись мои собственные слова, - Хотя, думаю, было довольно мило, когда ты сказала, что любишь меня.
Ливви, со своей безграничной способностью к всепрощению, затушила сигарету и обернула свои ручки вокруг моей талии. Приняв предложенную мне надежду, я заключил ее в свои объятия, и, должно быть, слишком сильно сжал, не желая отпускать. Просто потому, что не мог.
- Калеб, - с трудом произнесла Ливви.
Я ослабил свои объятия, но не отпустил ее до конца.
- Я не хочу, чтобы ты снова исчез. Пожалуйста, обещай мне, что этого не произойдет.
В попытке обрести дар речи, прежде чем заговорить, мне пришлось несколько раз прочистить горло.