Он показал назад. Огоньки были вдали, но я не знала, чему они принадлежат.
Я посмотрела на Шана, а тот все еще выглядел опасно и мощно, хоть и был без сознания.
— Мы не можем так его оставить. И не можем оставить вещи в машине.
— Я закрою двери.
Я вскинула руки и чуть не упала.
— О, ладно тебе.
— Мы заберем самое дорогое. Вернемся на ранчо. Возьмем машину Мигеля. Поедем в город, где есть люди, встретимся там с шерифом.
— Проблема остается, — сказала я.
— Но мы не будем одни.
Он был прав. Я вздохнула и попыталась успокоить сердце и тело.
Декс склонился, подхватил Шана и посмотрел на меня.
— Придержи дверь.
Я подошла и открыла дверь сзади. Мы втащили Шана на заднее сидение. Я тут же ощутила себя грязной, словно мы прятали труп. Все почти так и было.
Я быстро схватила свою сумочку, а Декс — камеру и ноутбук из багажника.
Он направил ключ на машину, но я остановила его руку.
— Нельзя запирать кого-то в машине.
Мы посмотрели на дорогу к дому. Он был прав. Мы ехали лишь минут пять. Мы были ближе к Ланкастерам, чем к другим местам.
— Пойдем по дороге? — спросила я.
— Не думаю. Это слишком просто.
— Конечно, — кивнула я. Он собирался идти среди камней и кактусов, хотя я была не в состоянии.
Он отдал мне фонарик, поправил камеру на плече и включил на камере свет, чтобы нам было лучше видно. Он схватил меня за руку и повел с дороги на каменистый пол пустыни. Я хотела, чтобы мы держались за руки в более счастливое время.
— Думаю, нам нужно спешить, — добавил он. — Если он скоро придет в себя…
Ему не нужно было заканчивать. Мы ускорились и направились по пыльным землям в сторону огней Ланкастеров.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ:
Мы почти не говорили, пока шли во тьме по огромной пустыне. Огни вдали покачивались от неровных шагов, рука Декса придерживала меня. Голова то кружилась, то нет. Не имело значения, как я себя чувствую. Я знала, что нам нужно спешить.
Было тихо, слышалось лишь наше тяжелое дыхание, шорох камней и песка под ногами. Мы не осмелились говорить, да и что сказать? Мы бежали почти десять минут, пока мои легкие не стали подводить меня.
Я замедлилась и остановилась, уперла руки в колени, и меня стошнило. Декс хотел положить ладонь на мою спину, но я отмахнулась. Я не хотела прикосновений, когда я была потной и слабой.
Переведя дыхание, я выпрямилась и огляделась. Кроме света моего фонарика и его камеры, все было темным. От этого становилось лишь хуже.
— Ты это снял? — сказала я, едва дыша.
Он кивнул, свет камеры сверкнул.