Как я босса похитила: читать начало книги онлайн

За время работы в клубе она встречалась с двумя парнями — на этот раз, разумеется, по очереди! — но эти отношения были далеки от идеала. А еще от качественных оргазмов. Не то, что той памятной ночью, но не будем об этом. Так что, когда этой весной Ольге стукнуло двадцать четыре, она решила, что нет ничего плохого в том, чтобы сосредоточиться на карьере, раз уж с мужчинами ей не везет.

А теперь пришел вот этот, от которого дыхание сбивается, и в первый же вечер взял ее и уволил.

Ткань рубашки в плечах Воронцова натянулась до хруста, когда он потянулся к полному стакану. Оля ждала, что сейчас он, наконец-то, посмотрит в ее сторону, раскроет обман и они, как и должно быть, поговорят о работе. Но Воронцов просто опрокинул стакан виски и откинулся назад на спинку дивана. На Ольгу он так и не посмотрел.

Ольга преодолела последние разделяющие их шаги. Она, конечно, не станет садиться к нему на колени, еще чего! Спишем на то, что это такая шутка. Работа у них нервная, всякое бывает. Ольга просто сядет рядом и попытается четко выяснить, что произошло сегодня вечером, что босс остался настолько недоволен ее работой, стоило ему только появиться в клубе. Так просто не увольняют с порога, Оля была уверена.

Но стоило приблизиться к бархатному низкому диванчику, как Воронцов, резко выпрямившись, сжал ее запястье, потянул на себя… и Оля потеряла равновесие.

Через миг — бац! — и она уже сидит у него на коленях, лицом к танцполу.

— Эээ… — только и сказала Оля.

Она попыталась обернуться, но бедрами вдруг ощутила жаркую эрекцию, которая пробивалась к ней через все разделяющие их слои одежды.

— Да, детка, поерзай еще немного, — прошептал босс.

Ольга так и застыла, больше не пытаясь шевелиться. Даже дышать боялась. В горле пересохло. В животе все сжалось в тугой комок нервов. А вот это уже не шутки.

— Тебе налить? — дыхание Воронцова обдало жаром шею.

Она кивнула быстрее, чем поняла, с чем согласилась. Здесь же нет воды! Здесь нет ничего, кроме чистого виски! А ей нельзя пить в таких обстоятельствах. Ни в коем случае!

Воронцов потянулся к бутылке. И так получилось, что он стиснул ее в своих объятиях, вжался грудью в спину, а рукой, словно случайно, провел по ее груди. Даже через одежду Олю прошило словно током.

Быстро чокнувшись с ней своим бокалом, Воронцов снова выпил, а Оля так и осталась сидеть на его коленях с бокалом в руке, ошарашенная тем, как заныли соски под бюстгальтером в ответ на его касания. И еще более пораженная жаром, исходящим откуда-то снизу.

Что это с ней? Это из-за воздержания?

Но как теперь ей слезть с его колен и потом смотреть в глаза? Как начать говорить о работе после того, как она поерзала на его члене, а ему это, судя по всему, понравилось?

Не способствуя решению щекотливой ситуации, Воронцов, как на зло, снова приник к ее спине, коснулся ладонями ее талии и сказал:

— До дна.

Чего?! До какого дна?

Он обхватил ее пальцы, в которых она сжимала позабытый бокал, и поднес к ее губам. Ольга сделала глоток. Расплавленное золото виски разлилось огненной рекой.

— Я ведь сказал, до дна.

И она сделала еще один глоток.

Воронцов снова ее обнял, чтобы наполнить свой бокал, и снова выпил. Кажется, чей-то план на сегодня прост до безобразия — надраться как можно быстрее. А какая же роль в этом безобразии отведена Ольге? Все-таки пусть и бывший спортсмен, но пьет Воронцов, как грузчик. Глушит элитный виски, как выпускник дешевую водку.

В голове Оли сразу шумело. Ладно, пошутили и хватит. Она еще может списать происходящее на шутку. Вот только надо слезать с его колен как можно скорее и спасать репутацию.

Но ее босс вдруг прошептал ей на ухо:

— К черту прелюдию, ладно?

Рука Воронцова скользнула к пуговицам на рубашке, и Ольга дернулась, намереваясь положить этому безобразию конец, но в итоге — только опять поерзала на его коленях. Воронцов держал ее крепко, а от движений ее бедер так хрипло застонал, что Оля вся покрылась мурашками. Да что с ней такое?!

И вздрогнула, когда Воронцов, не собираясь тянуть, просто разорвал на ней рубашку, чтобы добраться до груди. Пуговицы разлетелись неоновыми горошинами по темной вип-ложе, и Оле казалось, что она видит каждую, как в замедленной съемке.

Приспустив чашечку ее бюстгальтера, Воронцов сжал сосок пальцами. Вместо зычного «Эй!», как ей следовало отреагировать после нагло порванной рубашки, у Оли вырвалось только томное «Ох!».

Все. Обратной дороги больше не было.