Нужно было срочно придумать новое времяпрепровождение, пока она не разорилась или не раздалась во все стороны. Ни то, ни другое ей не нравилось, но как проводить свободные вечера, которых у нее не было в последние шесть лет, Оля не знала. Вот если бы рядом был Воронцов…
А чтоб ему пусто было!
Глава 17. Знак свыше
— Рецензия?! — крикнул в трубку главный юрист. — Какая еще рецензия?
— Лицензия! — крикнул в ответ Воронцов.
В телефоне шумело море, а еще пропадала связь. У юриста хоть и был роуминг в отпуске, но основной лицензии, конечно, с собой не было. Это Воронцов и так знал, но не мог сидеть сложа руки.
Решил набрать юриста, пусть тот и был в отпуске. Разговор выходил золотым по меркам роуминга, а толку от потраченных денег не было.
— Вы видели лицензию, когда просматривали документы?! — Орал в трубку Воронцов, стараясь перекричать бриз, чаек, детей, собак и продавцов чурчхелы и кукурузы
— Так ведь это было три месяца назад!
— Знаю, — отвечал Воронцов, — но саму лицензию вы видели?
— Конечно! Как иначе?
— Это был оригинал или ксерокопия?
А в трубке вдруг все затихало, а потом возвращалось с новой силой, а слова юриста звучали, как диджейский микс.
— Конечно! Я же должен был проверить документы… А как иначе? Конечно! Я же должен был проверить документы…
И финальным аккордом было:
— Вы пропадаете.
Звонок прервался.
— Вы тоже, — ответил Воронцов в пустоту.
Хотелось швырнуть телефон в стену, но это не помогло бы отыскать злосчастную лицензию, которая как сквозь землю провалилась.
Он даже звонил в комитет лицензирования, но медленная вдумчивая женщина на том конце трубки сказала:
— Чтобы запросить лицензию, вы можете оставить запрос, а мы удовлетворим его в течение семи — десяти рабочих дней. Будете оформлять?
Это было слишком долго, чтобы ждать ответа, который Воронцов хотел получить здесь и сейчас.
Мимо бесшумными мышами сновали работники клуба. Время безжалостно отсчитывало четыре дня из тех двух недель отработки, приказ о которых Воронцов подписал в кабинете Марьванны. Всем работник был дан приказ сдать все мыслимые и немыслимые отчеты — звенели столовые приборы, официанты подсчитывали вилки. Гремели тарелки — это повара проводили ревизию на кухне.
Был разгар рабочего дня, горел верхний свет, и клубный интерьер смотрелся странно и неуместно. Воронцову хотелось снова подняться в вип-ложу, но он не совсем понимал, зачем.
— Алексей Сергеевич, там это…
Воронцов поднял взгляд. Бармен Вова кивнул на рабочий компьютер.
— Ну вы просили отчет по бару… А там это… Все зависло.
Это у Воронцова все зависло, а как отвиснет, полетят головы.
— А компьютерами у нас занимается кто? — аккуратно спросил Воронцов.
Бармен замялся. Воронцов почувствовал, что закипает.