– Если это не мужчина и не женщина, я умываю руки.
– Мальчишка?
– Ну нет…
– Почему обязательно человек?
– Собака?
– Уже было.
– Ласка, землеройка, страус… вам еще не осточертело?
– Почему обязательно живое существо?
– …?
– Привидение?
– Бог?
– Робот?
– Вирус?
– Инопланетянин?
– Понятие.
– Что?
– Что ты понимаешь под понятием?
– Идею, принцип, состояние духа, что угодно…
– Ты знаешь много понятий, которые убивают?
– Фанатизм, расизм, тоталитаризм…
– Капитализм, прогресс…
– И множество других.
– Дайте мне неделю, – просит Жером.
Большую часть обеденного перерыва я разглядывал официантку. Сексуальное воздержание иногда вызывает ощущение легкого опьянения: все женщины кажутся желанными, а любые уголки – пригодными для секса. Но я сразу же перестал пялиться на официантку, когда заметил через два столика от моего трех новых посетительниц. Три подруги по работе – спешащие, болтающие, смеющиеся. Три обычные женщины. Впрочем, похоже, они давно забыли, что они женщины, хотя каждая из них заслуживает того, чтобы ей об этом напомнили.
По дороге из кафе я разглядывал всех встречных женщин. И мне хотелось крикнуть каждой из них: «Я здесь!»
Я вернулся в контору, рассчитывая, что окажусь в безопасности, но именно там меня ожидала угроза.
Откуда в нашем коридоре такая лавина блондинок?
Я услышал зов джунглей и увидел тысячи гордых красавиц, сжигающих все на своем пути, двигающихся как пантеры, давно забывшие вкус крови. Нимфы, озаряющие все вокруг своей красотой и выставившие напоказ, словно боевые медали, свои груди. Было поздно хвататься за оружие, оставалось лишь спрятаться и следить за ними издали.
– А, это идет набор актрис для «Тривиального», – объяснил Старик, усаживаясь перед монитором.
– Но ведь такие женщины не встречаются в обычной жизни, – сказал Жером.