– Затравка.
– Правильно! Так вот, мне нужна затравка.
– Вы же знаете, Матильда, что это не ваш конек. Позвольте мне помочь вам, для меня это пустяк. Я не забыл, как вы вывели меня из затруднения два дня назад, сочинив постельные откровения, до которых я бы сам никогда не додумался. Это срочно?
– Да, речь идет о потерявшей память принцессе, которую находят на коврике перед квартирой Каллахэнов. Эпизод нужно закончить кадром, когда она лежит без сознания.
– Мертва или без сознания?
– Без сознания, но зритель убежден, что она мертва. Только Камилла и Вальтер знают, что в ней еще теплится искра жизни. Вы не могли бы придумать что-нибудь оригинальное?
В наших рядах молчание. Мне и так трудно собрать воедино все части этой сценарной головоломки. Но чтобы завоевать уважение нашей красавицы, каждый постарается опередить других.
Однако молчание затягивается.
– Вы смотрели «Ищейку»?
Я пытаюсь определить, кто это произнес, но голос мне незнаком.
– Прием Манкевича, о котором рассказывали в «Киноклубе».
Мы дружно поворачиваемся к дивану, на котором лежит
Тристан. Ему с большим трудом удалось приподняться. Но в данный момент парализованные – это мы. Тристан говорит, опустив голову, робким, неуверенным тоном.
– Я даже не слышала об этом, – отвечает наконец Матильда.
– Один тип стреляет в упор в парня, которого ненавидит, потом склоняется над ним, берет за руку и щупает пульс. Затем с удовлетворенной ухмылкой отпускает руку, и она тяжело и безжизненно падает на пол.
Сколько жизни в этом неподвижном теле! Она бурлит в нем как лава в кратере вулкана. Напрасно он смотрит на нас исподлобья, словно заговорщик, напрасно старается говорить тихим голосом, ему не удается обуздать вулкан, бушующий внутри него.
– Когда смотришь фильм в первый раз, то не сомневаешься, что убийца проверяет пульс, чтобы удостовериться, что парень мертв. На самом деле он стрелял холостыми, чтобы увидеть, как его враг падает в обморок от страха. И когда смотришь фильм во второй раз, то уже понимаешь, что убийца проверяет пульс, чтобы убедиться, что парень жив. Один и тот же жест, но означающий совершенно противоположные вещи. Я понятно объяснил или повторить?
Все продолжают молчать.
Матильда первая разряжает напряженность, посылая Тристану воздушный поцелуй.
– Потрясающе! Вы наш спаситель, Тристан. Вы нашли решение квадратуры круга! Недостающую пятую спицу в колеснице. Решили наше уравнение.
Тристан надевает наушники и принимается переключать программы, словно ничего не произошло. Жером не знает, что делать.
– Не обращайте внимания. Он больше не будет нам мешать, я с ним поговорю.
– Мешать? – восклицает Старик. – Да он отныне будет считаться членом нашей команды.
Я в восторге от нового коллеги, однако считаю необходимым немного охладить некоторые горячие головы.
– Конечно, идея замечательна, но все же это воровство. Позаимствовать одну-две идеи – еще куда ни шло, но в трех последних сериях мы просто занимаемся грабежом. «Ищейка» поставлена по прекрасной пьесе Энтони Шэффера. Трюк с пульсом – это собственность Шэффера.
Жером с безмятежным выражением лица поднимает правую руку и, как кюре, опускает ладонь мне на голову.
– Ты будешь грабить, сын мой, но только во имя создания бессмертного творения.
– Ничто не исчезает и не возникает вновь, все просто преобразуется, – поддерживает его Матильда. – Кто сказал вам, что Шэфферу не понравится иметь последователей?
– Прекрасно, – говорит Жером. – Воспримем это как дар. Или еще лучше: как личный вклад великого Энтони Шэффера в нашу дебильную «Сагу».
Матильда и Жером с энтузиазмом обмениваются рукопожатием. Неожиданно у меня возникает убеждение, что эти двое в дальнейшем не намерены упускать друг друга из виду.