— Доброе утро.
Приветствие, прозвучавшее полушёпотом в нескольких миллиметрах от моего уха, напугало меня до чёртиков, я чуть из трусиков не выпрыгнула.
Слава небесам, камера висела у меня на шее.
— Отлично выглядишь этим утром. Кровати здесь просто изумительные, да? — Ник вторгся в моё личное пространство, обняв одной рукой, но я объятие не вернула.
Ветер развивал мою лёгкую тунику, но чёрный топик, надетый под ней, скрывал все мои девчачьи прелести. А вот коротенькие шорты наоборот мало чего скрывали, и его томный взгляд задержался на моих ногах.
Я выпуталась из его объятий.
— И тебе доброе.
Он немного поднял свою камеру, повернув голову в мою сторону.
— Что мы фотографируем этим утром?
— Мы? — выгнув бровь, переспросила я.
— Конечно, — сказал он расслабленно, не разрывая со мной зрительный контакт. — Мы. Я подумал, что будет прикольно, если мы немного пофотографируем одно и то же. Потом можно сравнить результаты. Убедиться, что наши стили подходят для этой кампании.
Ладно. Когда он говорил так, то это правда имело смысл.
Я махнула рукой в сторону пустых шезлонгов, ожидающих своих жертв, которым в будущем, возможно, грозит рак кожи.
— Сегодня мало интересного.
— Не соглашусь, — подмигнул он. — Я считаю, здесь много всего интересного.
Он протянул руку и заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо, прочерчивая пальцами линию моей шеи.
Закусив губу, я отступила назад и скрутила свободный пучок на затылке, завязав его резинкой для волос, которую сняла с запястья. На этот раз розовой. Он не обратил внимания на мою попытку держать между нами дистанцию и всё равно остался стоять очень близко.
Ник указал в сторону воды, слегка задев меня рукой.
— Видишь того серфингиста? Который с татуировкой птиц на спине? Это наш объект.
Я изучающе посмотрела на парня. Он был горяч. Его тело и то, как он управлял своей доской, плавно скользя по воде, говорило о годах практики, которые есть не у каждого серфера.
Хороший выбор.
— Посмотрим работы друг друга через двадцать минут?
Он пожал плечами.
— Если тебе необходимо так много времени, чтобы сделать хорошие фотографии, тогда без проблем. Двадцать минут работы.
Я сузила глаза.
Игра началась.
Настроив камеру, я подошла ближе к берегу. Ник последовал за мной, но не остановился, а зашел прямо в воду по пояс. Я поняла это лишь тогда, когда его обрезанные желтые армейские шорты раздулись в воде. Ник даже не потрудился снять рубашку, поскольку, казалось, его абсолютно не беспокоило, что он её намочит.
— Что ты делаешь? — крикнула я, чтобы меня можно было услышать сквозь сильный ветер.
— Фотографирую, — подмигнул он. — А ты?
Покачав головой на его шуточки, я поднесла камеру к лицу и немного отошла, чтобы Ник не испортил мои снимки. Я чуть-чуть развернулась, меняя, таким образом, угол обзора. С этого ракурса серфер являл собой продолжение волны, он будто завершал ее, в то время как пенный гребень гнался за ним.