– Да-да, не беги, – спокойно произнесла Эви, чуть крепче сжав его ладонь.
Когда они подошли ближе, стал слышен лёгкий шум воды, Лорен нервно и восторженно захихикал, прикрывая рот грязной ладонью и опустился на колени.
– Гнездо… – он поднял голову, посмотрев на стоящую рядом Эви. – Почему светится? – спросил он, подергав за подол её длинного платья.
Во влажных мелких камушках была выкопана лунка, в которой лежало большое, размером с крупную тыкву яйцо. Белоснежная скорлупа его была покрыта светящимися голубыми прожилками и излучала приятное тепло.
– Светится? – переспросила Эви, присев. – Я не знаю… Не трогай его! – она резко повысила голос, заставив Лорена отдернуть руку.
Он недовольно фыркнул.
– Как ты нашла его?
– Я не знаю… – призналась Эви. – Я просто шла, и эта дорога… показалась мне знакомой. Возникло чувство дежавю, а потом я услышала шум реки… Я сказала – не трогай!
Лорен вновь отдернул руку и обиженно заворчал.
– Откуда оно? – спросил он. – Лес же необитаем…
Эви поднесла палец к губам и многозначительно улыбнулась.
– Значит, это не так… – она легко коснулась плеча Лорена. – Идём домой. Только не забудь, что ты обещал никому не рассказывать, что мы сюда ходили…
Высокий, обвитый лесными щупальцами плюща дом был окружен хороводом длинных кольев, вбитых в землю через каждые два метра. На каждый такой кол была повешена лампа, они чуть покачивались на ветру, и вместе с ними покачивались тени.
Эви бежала по освещенной тропинке, не оглядываясь и держа свою трость за середину, чтобы она не мешала. Позади она слышала быстро приближающиеся шаги, которые заставляли её бежать ещё быстрее, так, чтобы ветер свистел в ушах и казалось, что ноги не касаются земли. Но до хоровода ламп добежать вновь не удалось. Лорен хлопнул её по плечу и, смеясь, обогнал.
– Я догнал тебя! – закричал он, когда пересёк круг света. – И я снова первый! – Лорен радостно подпрыгивал, глядя на подбежавшую Эви.
– Когда-нибудь ты не сможешь меня догнать… – весело заметила она, перехватывая трость за рукоятку и направляясь к двери в дом.
Звон наддверного колокольчика оповещал о возвращении ушедших жильцов. Теперь дома были все.
Эви прислонила трость к стене и села на стульчик у входа. Наклонившись, она ловко развязала шнурки ботинок. Лорен вошел, шаркая ногами и попытался разуться без помощи рук, стягивая носком правого ботинка ботинок с левой пятки. При этом он неуклюже шатался, подпрыгивал и взмахивал руками.
– Лорен, – негромко произнесла Эви, ставя обувь на низкую полочку. – Сейчас будет буря… – предупредила она, встав.
Не успел Лорен снять второй ботинок, как на лестнице раздались быстрые шаги, и в прихожей возникло прекрасное, словно ангел, но чертовски злое создание в бордовом платье и с чёрными кудрями.
– Опять грязь в дом притащили! – она уверенно направилась к Лорену, который как раз в этот момент смог избавиться от второго ботинка. – Я же просила разуваться у самого порога! Неужели нельзя не размахивать ногами, разуваясь! – скрестив руки на груди, зло посмотрела на Эви. – А ты что!? Ладно этот: больше двадцати лет уже, а ума нет! Ты в волосах столько мусора притащила! Сама тут подметёшь!
– Хорошо, Дафна, – Эви кивнула, спокойно улыбнувшись. – Только не надо так кричать, – она слышала, как Лорен, хихикая, подобрался к Дафне. – Лорен…
Тут Дафна оглушительно взвизгнула и запрыгала, тряся головой. Лорен тоже запрыгал, только он при этом хохотал. С волос Дафны на пол шлёпнулся лесной хвостатый паук, он сразу помчался к стене и взобрался на неё.
– Лорен! – прекрасное светлое лицо Дафны исказила ярость. – Тупица!
Хихикая, Лорен бросился бежать к лестнице на второй этаж. Гнаться за ним было бы слишком глупо для Дафны, поэтому она моментально переключилась на Эви, которая стояла на месте.
– А ты вытряхивай всё из волос и бери метлу! Надеюсь, сможешь найти её…
– Смогу, ты не волнуйся.
Дафна хмурилась, а Эви стояла перед ней абсолютно спокойная. С распущенными светлыми волосами, в своём длинном платье, босая – она походила на призрак. Внешность её являла собой странную смесь неприятного с красивым: неприятный рот с растрескавшимися губами имел свойство растягиваться в самую очаровательную улыбку, неестественные белые глаза могли принимать выражение приятной весёлости и наполняться живым блеском, а кончик носа милейшим образом шевелился, когда Эви разговаривала.
– Что здесь за шум? – раздался низкий женский голос, и после из гостиной выплыла его обладательница, которой по виду можно было дать как тридцать, так и пятьдесят лет. – Дафна, милая, опять ты ругаешься....
– Лорен с Эви опять притащили на себе грязь… – голос Дафны сразу стал тише.