Или показалось?
— Где ты? Ты как-то так неожиданно пропал… — дрожащим голосом продолжила девушка.
Говорит так, будто я обязан перед ней отчитываться. Кем она себя возомнила? Моей девушкой? Я хотел было уже огрызнуться в ответ, но раздражение мое заглушалось нарастающим чувством тревоги. Голос Венди был какой-то напряженный, звенящий, будто она готова была вот-вот расплакаться. Или уже плачет, с трудом скрывая это.
— Да, нужно было отъехать по делам… — неохотно ответил я.
— Скоро вернешься?
В голосе прозвучала такая отчаянная надежда, что стало ясно — с ней точно что-то не так.
— Если честно… Я не собираюсь возвращаться. Ты сама-то в порядке? Где ты?
Повисла долгая пауза, после которой в разговор вдруг вклинился другой голос — хрипловатый, вкрадчивый.
— С ней все в порядке. Пока что. Сидим вот, общаемся, расслабляемся. Заезжай и ты в гости.
От этого голоса у меня дрожь пробежала по хребту, а пальцы сами собой стиснули рукоятки по бокам ложемента. Все тело будто окатило волной жара, участившийся пульс пулеметной очередью застучал в висках. Я узнал этот голос, узнал с первой же фразы.
Васкес!
Глава 20
Голос Васкеса поначалу подействовал на меня парализующе. Дыхание на секунду перехватило, весь мир, казалось, схлопнулся до размеров крошечной комнаты. Быстро накатила паническая атака, но почти сразу же, будто отдача от выстрела, в вены выплеснулась волна ярости.
— …Заезжай и ты в гости.
— Да пошёл ты! — выпалил я, вложив в эту короткую фразу все свое презрение.
И повесил трубку.
Ноги подкашивались — не столько из-за затекших от долгого сеанса VR мышц, сколько от нахлынувших эмоций. Я согнулся, опираясь ладонями о покатый глянцевый бок капсулы и борясь с приступом тошноты.
Повторный сигнал вызова раздался почти сразу же, но я не спешил отвечать на него. Мне нужна была хотя бы короткая передышка, чтобы совладать с собой.
Ох, как же я ненавидел себя за этот очередной приступ слабости! Но ярость постепенно брала верх над паникой. При этом она быстро видоизменялась — словно ослепительно-яркую полоску раскаленного металла вдруг опустили в воду. Шипение, брызги, клубы пара. И на выходе — все та же ярость, но холодная, леденящая душу. Я с каким-то садистским удовольствием представил, что бы я сделал с Васкесом, окажись он сейчас передо мной. Боже, да я бы его голыми руками…
Стоп! Соберись, Фрост! Остынь!
Пауза затягивалась, и единственное, что меня успокаивало — это то, что сам головорез сейчас наверняка бесится так, что во все стороны слюной брызжет. Надо продолжать в том же духе. Он считает, что контролирует положение? Что он придумал отличный план, как заманить меня в ловушку? Пусть усомнится в этом. Пусть тоже понервничает.
Я, наконец, ответил на вызов.
— Ну чего тебе?
Вместо ответа полился поток отборнейшей брани. Половину слов я даже не понял, потому что, рассвирепев, Васкес то и дело срывался на испанский.
— Ты что, не понял, щенок? Твоя девчонка у нас, и если ты…
— Ты д-дебил! — рявкнул я, перебивая его. — Я сто раз говорил, что она не моя д-девчонка!
— А без разницы! Мы ее сейчас…
Я снова сбросил вызов и зажмурился, медленно вдыхая и выдыхая, чтобы хоть как-то успокоить колотящееся сердце.
— С вами все в порядке, сэр?
Андроид-администратор замерла рядом с фальшивым выражением участливости на лице.